Прерывание срока исковой давности подачей заявления о возбуждении приказного производства

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 21 апреля 2022 г.

На примере из судебной практики разбирается вопрос о том, будет ли исковая давность считаться прерванной и исчисляться заново, если в порядке приказного производства от должника поступает отзыв на заявление о возбуждении приказного производства, исключающий вынесение определения о судебном приказе.

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

● Гражданский кодекс (далее – ГК)

● Хозяйственный процессуальный кодекс (далее – ХПК)

● постановление Пленума ВХС от 02.12.2005 № 29 «О некоторых вопросах, связанных с применением сроков исковой давности» (далее – Постановление № 29)

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ст. 204 ГК течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

Пунктом 12 Постановления № 29 разъяснено, что защита нарушенного права может осуществляться не только путем предъявления иска, но и посредством подачи в суд заявления о возбуждении приказного производства. Подача кредитором заявления о возбуждении приказного производства с соблюдением требований, предусмотренных ст. 220–222 ХПК, прерывает течение срока исковой давности, как и предъявление иска.

Однако указанное разъяснение не разрешает вопрос о порядке исчисления исковой давности, когда, например, должник представил отзыв на заявление взыскателя о возбуждении приказного производства, из которого усматривается наличие спора о праве, либо в вынесении определения о судебном приказе было отказано, либо в случае, когда определение о судебном приказе было отменено.

При этом на примере из судебной практики следует рассмотреть, будет ли исковая давность считаться прерванной и исчисляться заново, если в порядке приказного производства от должника поступает отзыв на заявление взыскателя о возбуждении приказного производства, исключающий вынесение определения о судебном приказе.

Фабула дела. Между ОАО (субподрядчик) и ЗАО (генподрядчик) был заключен договор строительного субподряда, предметом которого являлось выполнение строительно-монтажных работ по бурению замораживающих скважин на объекте строительства.

В процессе исполнения договора между сторонами возник спор относительно наличия со стороны генподрядчика просрочки оплаты выполненных работ.

Порядок расчетов был согласован сторонами в разделе 5 договора с установлением:

● расчетного периода – месяц;

● валюты платежа – 30 % денежного обязательства – белорусский рубль, 70 % денежного обязательства – доллары США;

● сроков оплаты – 15 банковских дней со дня подписания генподрядчиком акта и справки, а в случае неподписания акта и справки и ненаправления письменного мотивированного отказа – в течение 25 банковских дней со дня получения генподрядчиком документов.

Сторонами в приложениях к договору были согласованы формы справки о стоимости выполненных работ (этапов) и акта приемки выполненных работ (этапов).

В период исполнения договора субподряда сторонами был подписан ряд актов о приемке выполненных работ (этапов) и справок о стоимости выполненных работ (этапов), в т.ч. за август 2013 г. стоимостью к оплате 3 288 243,62 USD, за сентябрь 2013 г. стоимостью к оплате 1 090 685,50 USD, за октябрь 2013 г. стоимостью к оплате 1 178 643,26 USD.

При этом на представленных экземплярах справок ОАО за указанные периоды выполнения работ в графе генподрядчика была проставлена дата подписания – 12.06.2014, на экземплярах ЗАО дата подписания с его стороны отсутствовала.

На предложение генподрядчика, оформленное письмом от 22.05.2014, согласовать оплату задолженности за выполненные работы общим сроком до 01.08.2014, с разбивкой 400 000 USD – по 21.05.2014, 1 000 000 USD – по 17.06.2014, 3 143 015,69 USD – по 31.07.2014, субподрядчик письмом от 23.05.2014 ответил положительно.

Фактически оплата стоимости работ по актам за август, сентябрь, октябрь 2013 г. была произведена генподрядчиком в следующих размерах и сроки: 12.09.2014 – 100 000 USD, 29.09.2014 – 500 000 USD, 16.10.2014 – 500 000 USD, 05.11.2014 – 450 000 USD, 26.02.2015 – 1 181 301,09 USD.

Полагая, что имело место нарушение договорных обязательств, ОАО 23.03.2017 направило в адрес ЗАО претензию об уплате неустойки за нарушение обязательств по своевременной оплате строительно-монтажных работ. ЗАО письмом от 05.04.2017 направило ответ на претензию, в котором не согласилось с заявленными требованиями, в т.ч. со ссылкой на истечение срока исковой давности.

Ввиду невозможности урегулирования спора во внесудебном порядке ОАО обратилось 30.06.2017 в экономический суд с заявлением о возбуждении приказного производства о взыскании с генподрядчика неустойки за просрочку оплаты выполненных работ.

ЗАО, получив заявление о возбуждении приказного производства от взыскателя и не дожидаясь вынесения судом определения о возбуждении приказного производства, представило в суд отзыв, в котором просило не просто отказать в выдаче определения о судебном приказе, а отказать в возбуждении приказного производства.

Суд, несмотря на наличие спора о праве в связи с истечением срока исковой давности и наличие основания для отказа в возбуждении приказного производства (абз. 5 ч. 1 ст. 222 ХПК), приказное производство возбудил, а впоследствии отказал в удовлетворении требований.

ЗАО в силу ч. 1 ст. 216 ХПК было лишено возможности обжаловать определение о возбуждении приказного производства, чем впоследствии попыталось воспользоваться ОАО уже при рассмотрении дела в порядке искового производства.

В июле 2018 г. ОАО обратилось в экономический суд с исковым заявлением о взыскании пени за нарушение срока оплаты по справкам за август, сентябрь, октябрь 2013 г.

Расчет пени был осуществлен истцом исходя из размера 0,15 % от причитающейся к перечислению суммы за каждый день просрочки на основании п. 16.5 договора с применением курса белорусского рубля к доллару США на день обращения с иском в суд. В результате сумма исковых требований составила 708 108,08 руб.

Правовая позиция истца. По мнению ОАО, течение срока исковой давности со ссылкой на ст. 204 ГК было прервано сначала письмом ЗАО от 22.05.2014 об установлении сроков оплаты задолженности за выполненные работы, а затем подачей 30.06.2017 в экономический суд заявления о возбуждении приказного производства.

Указанные обстоятельства, по мнению истца, подтверждались положениями Постановления № 29. Так, согласно ч. 3 п. 13 Постановления № 29 к действиям, свидетельствующим о признании долга, которые прерывают течение срока исковой давности, могут относиться, в частности, обращение должника с просьбой о предоставлении отсрочки или рассрочки платежа, а также другие действия в зависимости от конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке хозяйственным судом.

В связи с этим, как полагал истец, письмо ЗАО от 22.05.2014 следует расценивать как фактическое обращение должника с просьбой о предоставлении отсрочки или рассрочки платежа, которое прерывает течение срока исковой давности.

Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 201 ГК).

Следовательно, течение срока исковой давности началось с того момента, когда ЗАО не произвело своевременно платежи. Срок платежей был согласован сторонами в следующие даты – 21.05.2014, 17.06.2014 и 31.07.2014. В таком случае применим общий срок исковой давности в 3 года, который по первой части платежей истекал 21.05.2017. В течение этого срока 23.03.2017 в адрес ЗАО была направлена претензия об уплате неустойки, на которую ЗАО 05.04.2017 ответило отказом.

Также истец ссылался на п. 12 Постановления № 29.

На основании вышеизложенного, по мнению истца, исковые требования подлежали полному удовлетворению.

Правовая позиция ответчика. ЗАО не признало исковые требования по следующим основаниям:

1. Истцом пропущен срок исковой давности по требованиям об уплате неустойки.

Согласно условиям договора в случае несоблюдения генподрядчиком срока подписания акта приемки выполненных работ и ненаправления субподрядчику письменного мотивированного отказа от их подписания акт приемки выполненных работ и справки о стоимости выполненных работ будут считаться принятыми генподрядчиком, а оформленные им работы подлежат оплате в течение 25 банковских дней со дня получения генподрядчиком указанных документов.

По сведениям самого истца, указанным в его претензии от 23.03.2017, документы на оплату (акты, справки) за отчетные периоды были переданы ответчику в следующие даты:

● по работам за август 2013 г. – 02.09.2013;

● по работам за сентябрь 2013 г. – 01.10.2013;

● по работам за октябрь 2013 г. – 05.11.2013.

Соответственно, сроки исковой давности с учетом условий договора и отсутствия мотивированного отказа следует исчислять по истечении 25 банковских дней со дня получения приемосдаточных документов, а именно:

● по работам за август 2013 г. – с 07.10.2013;

● по работам за сентябрь 2013 г. – с 05.11.2013;

● по работам за октябрь 2013 г. – с 10.12.2013.

Согласно ст. 197 ГК к рассматриваемым правоотношениям сторон применим общий срок исковой давности в 3 года.

В связи с этим, по мнению ответчика, претензия ОАО от 23.03.2017, заявление о возбуждении приказного производства от 30.06.2017 и исковое заявление были предъявлены за пределами сроков исковой давности.

2. Письмо ЗАО от 22.05.2014 не прерывало срок исковой давности по требованиям об уплате неустойки, поскольку в нем ответчик сообщал о сроках погашения основного долга за выполненные работы. Однако этим письмом ответчик не признавал требования об уплате неустойки.

В силу п. 14 Постановления № 29 при оценке экономическим судом обстоятельств, свидетельствующих о совершении действий по признанию долга, следует учитывать, что признание должником основного долга не свидетельствует о признании требований кредитора, которые могут быть с ним связаны (уплата неустойки, процентов за пользование чужими денежными средствами, возмещение убытков и др.), в связи с чем такое признание не может расцениваться как основание перерыва течения срока исковой давности по взаимосвязанным требованиям.

3. Сумма задолженности в письме от 22.05.2014 не содержит какого-либо указания (ссылки) ни на договор, ни на один из актов выполненных работ либо справку о стоимости, о которых идет речь в иске. Такая сумма в отсутствие детализации и указания на какие-либо документы является обезличенной и не может представлять собой доказательство признания ответчиком существования задолженности по рассматриваемым требованиям.

Кроме того, письмо от 22.05.2014 о сроках погашения долга было подписано заместителем гендиректора по экономике и финансам, у которого отсутствовали полномочия на совершение сделок, изменение порядка, условий и сроков оплаты по договору.

4. Справки о стоимости выполненных работ за август–октябрь 2013 г., имеющиеся в распоряжении ответчика, не содержат даты их подписания в отличие от аналогичных справок, представленных истцом в материалах дела, где указана дата подписания 12.06.2014, которая проставлена в справках от руки неустановленным лицом.

По мнению ответчика, дата подписания была проставлена истцом для того, чтобы в совокупности с письмом от 22.05.2014 иметь возможность утверждать о том, что сроки исковой давности по заявленным требования якобы не истекли.

5. Позиция истца относительно исчисления сроков просрочки оплаты, следовательно, и начала течения исковой давности была непоследовательной и неоднократно менялась им в зависимости от ситуации.

В претензии от 23.03.2017 начало периода просрочки для исчисления неустойки было взято с 16.10.2013 – по справке за август 2013 г., с 08.11.2013 – по справке за сентябрь 2013 г. и с 17.12.2013 – по справке за октябрь 2013 г.

В заявлении о возбуждении приказного производства от 30.06.2014 началом периода просрочки указана иная дата – 05.07.2014 по справкам за август, сентябрь и октябрь 2013 г.

В исковом заявлении в отличие от претензии и заявления о возбуждении приказного производства истец с целью избежания пропуска исковой давности по заявленным требованиям в очередной раз изменил свою позицию, указав в качестве даты начала просрочки иную дату – с 01.08.2014.

На основании изложенного ответчик считал исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Позиция суда первой инстанции. Решением экономического суда от 25.09.2018 в удовлетворении исковых требований было полностью отказано.

Отказывая в удовлетворении заявленных исковых требований, суд первой инстанции с учетом временных периодов направления истцом ответчику первичных документов за август, сентябрь, октябрь 2013 г. и переписки сторон установил сроки возникновения обязательства по оплате стоимости работ – 07.10.2013, 05.11.2013 и 10.12.2013 соответственно по каждому месяцу.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к выводу об истечении срока исковой давности по всем заявленным исковым требованиям, о применении которого было заявлено ответчиком.

При этом обращение истца в суд в порядке приказного производства суд первой инстанции оценил как действия истца, приостанавливающие срок исковой давности на основании ст. 203 ГК, с последующим его удлинением до 6 мес. и указал, что к моменту обращения в суд в порядке искового производства срок исковой давности истек.

Позиция апелляционной инстанции. ОАО, не согласившись с выводами суда первой инстанции, подало апелляционную жалобу на судебное решение.

Постановлением апелляционной инстанции от 20.11.2018 решение экономического суда было изменено – с ЗАО в пользу ОАО было взыскано 50 000 руб. пени, 7 515,03 руб. в счет возмещения расходов по уплате госпошлины, а в остальной части в удовлетворении иска было отказано.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и признавая заявленные исковые требования законными и обоснованными в части 747 772,65 руб. (с учетом корректировки стоимостной базы начисления неустойки), посчитал, что обращение в суд 30.06.2017 в порядке приказного производства в установленном порядке прервало течение срока исковой давности. В связи с этим, по мнению апелляционной инстанции, ко дню обращения в суд в порядке искового производства срок исковой давности по требованиям об уплате неустойки не истек.

Одновременно на основании ст. 314 ГК суд апелляционной инстанции самостоятельно (в отсутствие заявления ответчика об уменьшении неустойки) уменьшил подлежащую взысканию пеню до 50 000 руб. как явно несоразмерную последствиям нарушения обязательства, определив в качестве критериев несоразмерности уплату суммы задолженности, на которую начислена пеня, значительный размер договорной неустойки, исполнение обязательства в инвалюте, компенсирующее истцу курсовые разницы, а также баланс интересов кредитора и должника.

Выводы кассационной инстанции. Постановление суда апелляционной инстанции было обжаловано в кассационном порядке обеими сторонами.

Так, ОАО в своей жалобе просило судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций отменить и вынести новое постановление об удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.

В обоснование неправомерности обжалуемых судебных постановлений ОАО полагало, что выводы суда апелляционной инстанции о необходимости уменьшения неустойки до 50 000 руб. являются неправомерными, поскольку установленных ст. 314 ГК признаков явной несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства не имеется.

Кроме того, по мнению ОАО, основания для снижения неустойки отсутствовали, поскольку Правилами заключения и исполнения договоров строительного подряда, утв. постановлением Совета Министров от 15.09.1998 № 1450, за такое же нарушение договора неустойка установлена в большем размере, чем предусмотрено в заключенном договоре строительного субподряда, период нарушения обязательства по оплате являлся длительным, ответчик получал от основного заказчика строительства оплату за выполненные работы в инвалюте, а при определении подлежащей взысканию суммы неустойки не был соблюден баланс интересов должника и кредитора.

ЗАО в кассационной жалобе просило отменить постановление апелляционной инстанции, оставив в силе решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении иска.

ЗАО считало неверными выводы суда апелляционной инстанции о неистечении по всем заявленным требованиям срока исковой давности, поскольку первичные документы для оплаты были направлены истцом ответчику с сентября по ноябрь 2013 г., а проставленная на экземплярах актов истца дата приемки работ не согласуется с иными доказательствами по делу, заявление о возбуждении приказного производства было подано за пределами трехлетнего срока исковой давности.

ЗАО было не согласно с выводами суда апелляционной инстанции по периодам просрочки оплаты работ, указывая, что оплата должна была производиться в соответствии с графиком платежей, а поскольку действительную дату подписания первичных документов установить невозможно, и представленные истцом акты в последующем корректировались в сторону уменьшения, основания для начисления неустойки отсутствуют.

По результатам изучения материалов дела, анализа доводов кассационных жалоб и отзывов на жалобы судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда пришла к следующим выводам.

Согласно ч. 1 ст. 297 ХПК основаниями для изменения или отмены судебных постановлений суда, рассматривающего экономические дела, первой и (или) апелляционной инстанций являются необоснованность судебных постановлений, нарушение либо неправильное применение норм материального и (или) процессуального права.

В соответствии с ч. 3 ст. 297 ХПК нормы материального права считаются нарушенными или неправильно примененными, если суд, рассматривающий экономические дела:

● не применил законодательство, подлежащее применению;

● применил законодательство, не подлежащее применению;

● неправильно истолковал законодательство.

Суд кассационной инстанции посчитал выводы суда апелляционной инстанции о том, что срок исковой давности ко дню обращения с иском в суд не истек, ошибочными на основании следующего.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (ст. 196 ГК).

В соответствии со ст. 204 ГК течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново. Время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

По мнению суда кассационной инстанции, разъяснение, данное в п. 12 Постановления № 29, не разрешает вопрос о порядке исчисления исковой давности в случае, когда в вынесении судебного приказа было отказано, либо в случае, когда определение о судебном приказе было отменено.

Как следует из представленных по делу доказательств, по результатам рассмотрения заявления ОАО определением экономического суда от 14.07.2017 по приказному производству в вынесении определения о судебном приказе было отказано в связи с представлением должником в суд отзыва на заявление о возбуждении приказного производства, из которого следовало, что между сторонами имеется спор о праве, который подлежит рассмотрению в порядке искового производства.

Согласно ч. 5 ст. 224 ХПК отказ в вынесении определения суда, рассматривающего экономические дела, о судебном приказе, отказ в удовлетворении ходатайства о рассмотрении дела в порядке искового производства не препятствуют возможности подачи взыскателем искового заявления по тому же требованию в общем порядке, установленном ХПК.

В соответствии с ч. 1 ст. 205 ГК если иск оставлен судом без рассмотрения, то начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается в общем порядке.

Как постановил суд кассационной инстанции, нормы законодательства устанавливают, что если по результатам обращения с иском в суд требования истца по существу не рассмотрены, то прерывания течения срока исковой давности не происходит.

При отказе в вынесении определения о судебном приказе право взыскателя осталось незащищенным, требования взыскателя по существу не разрешены, как и в случае оставления искового заявления без рассмотрения, и для защиты этого права необходимо обращение в суд в порядке искового производства.

Таким образом, по мнению кассационной инстанции, суд апелляционной инстанции пришел к ошибочному выводу о наличии оснований для применения к возникшим правоотношениям сторон положений о перерыве срока исковой давности, поскольку по результатам рассмотрения материалов приказного производства в выдаче определения о судебном приказе было отказано, в связи с чем начавшееся до обращения в суд с заявлением о возбуждении приказного производства течение срока исковой давности продолжилось в общем порядке.

Суд кассационной инстанции указал также, что, как следует из предмета и оснований иска, ОАО была заявлена неустойка за длящееся нарушение обязательства по оплате за общий период по 3 справкам с 01.08.2014 по 26.02.2015, в связи с чем и установленный ст. 197 ГК трехлетний срок исковой давности за нарушение обязательства по оплате истекал, соответственно, в период с 01.08.2017 по 26.02.2018, а последние 6 мес. срока давности приходились на период с 01.02.2017 по 26.08.2017.

В пределах указанного срока 23.03.2017 истцом ответчику была направлена претензия с требованием уплатить штрафные санкции за нарушение срока оплаты работ, включая заявленные по иску периоды просрочки, в связи с чем срок исковой давности приостановился до получения ответа на претензию от 05.04.2017, а после получения 07.04.2017 ответа продолжился и удлинился до 6 мес.

Поскольку поступление от должника отзыва на заявление о возбуждении приказного производства рассматривается как обстоятельство, исключающее вынесение определения о судебном приказе, т.е. обстоятельство, препятствующее защите прав взыскателя в таком судебном порядке, то исковая давность не может считаться прерванной и исчисляться заново.

Несмотря на оценку заявления о возбуждении приказного производства без учета претензии истца от 23.03.2017, общий вывод суда первой инстанции об истечении ко дню обращения с иском в суд – 20.07.2018 срока исковой давности по всему периоду заявленных исковых требований является правильным, основанным на нормах законодательства и фактических обстоятельствах дела, и вынесение судом решения об отказе в иске соответствует ч. 2 п. 2 ст. 200 ГК.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции посчитал подлежащим отмене постановление суда апелляционной инстанции в связи с неправильным применением норм материального права, а решение суда первой инстанции было оставлено без изменения.