Проблемные вопросы специальной конфискации, применяемой по уголовным делам об экономических преступлениях
Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 9 августа 2022 г.
Анализируются законодательное регулирование специальной конфискации и судебная практика ее применения. Предлагаются меры по их совершенствованию.
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ
● Конституция Республики Беларусь (далее – Конституция)
● Гражданский кодекс (далее – ГК)
● Уголовный кодекс (далее – УК)
● Уголовно-процессуальный кодекс (далее – УПК)
● Кодекс об административных правонарушениях (далее – КоАП)
● Налоговый кодекс (далее – НК)
● Банковский кодекс (далее – БК)
● Закон от 09.01.2019 № 171-З «О внесении изменений и дополнений в некоторые кодексы Республики Беларусь» (далее – Закон № 171-З)
● Закон от 17.07.2018 № 130-З «О нормативных правовых актах» (далее – Закон № 130-З)
● Решение Конституционного Суда от 06.06.2017 № Р-1086/2017 «О правовом регулировании специальной конфискации» (далее – Решение № Р-1086/2017)
● Решение Конституционного Суда от 28.12.2018 № Р-1165/2018 «О соответствии Конституции Республики Беларусь Закона Республики Беларусь «О внесении изменений и дополнений в некоторые кодексы Республики Беларусь» (далее – Решение № Р-1165/2018)
Последнее десятилетие ознаменовалось действиями законодателя, направленными на совершенствование уголовных и уголовно-процессуальных норм о специальной конфискации имущества, что, с одной стороны, дало ответ на некоторые из вопросов, возникавших перед судебной практикой, с другой стороны, породило широкий спектр новых вопросов.
Изучение судебных постановлений по уголовным делам, по которым имелись основания для применения специальной конфискации, показывает наличие неединообразного подхода к решению вопроса о применении или неприменении специальной конфискации и к его обоснованию судами по уголовным делам со схожими обстоятельствами.
В основе отсутствия единообразия в деле применения специальной конфискации лежат коллизионность уголовно-правовых и уголовно-процессуальных норм о специальной конфискации и отсутствие в уголовном законе предписаний, разрешающих конфликт между нормативными правовыми предписаниями, предписывающими обеспечивать имущественные интересы пострадавшего, и нормативными правовыми предписаниями, обязывающими обратить в доход государства имущество, полученное в результате преступления или связанное с совершением преступления.
Уголовно-правовые и уголовно-процессуальные нормы о специальной конфискации не сопряжены с посвященными конфискации имущества нормами ГК, иных законов.
Отдельные нормы о специальной конфискации (конфискации в доход государства имущества, связанного с преступлением) как мере уголовно-правового характера, не являющейся наказанием или иной мерой уголовной ответственности, применялись в досоветский, советский и постсоветский периоды на территории, входящей в настоящее время в состав Республики Беларусь1.
С принятием УК специальная конфискация получила статус самостоятельного института уголовного закона (уголовно-правовая конфискация), введенного в Общую часть УК. Спустя 9 лет после введения УК в действие начался процесс совершенствования указанного института. Законом от 27.12.2010 № 223-З «О внесении дополнений и изменений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь», Законом от 12.07.2013 № 60-З «О внесении изменений и дополнений в некоторые кодексы Республики Беларусь по вопросам усиления мер ответственности за управление транспортным средством в состоянии опьянения», Законом от 18.07.2017 № 53-З «О внесении изменений и дополнений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы Республики Беларусь», Законом № 171-З уточнен правовой статус специальной конфискации, расширена и детализирована сфера ее применения.
Параллельно с процессом совершенствования уголовно-правового института специальной конфискации шел процесс корректировки ст. 98 УПК, предусматривающей уголовно-процессуальную конфискацию: конфискацию предметов специальной конфискации, признанных вещественными доказательствами по уголовному делу (Закон от 04.01.2003 № 173-З «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Беларусь», Закон от 05.01.2016 № 356-З «О внесении изменений и дополнений в некоторые кодексы Республики Беларусь», Закон от 06.01.2021 № 85-З «Об изменении кодексов по вопросам уголовной ответственности»). Этот процесс лишь в части был сопряжен с процессом совершенствования института специальной конфискации.
В настоящее время специальная конфискация имеет статус меры уголовно-правового характера, не являющейся мерой уголовной ответственности.
Специальная конфискация применяется судом независимо от наказания или иной меры уголовной ответственности, назначаемой лицу, признанному виновным в совершении преступления и осужденному по приговору суда (ст. 461 УК).
Специальная конфискация применяется судом независимо от освобождения лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным уголовным законом (ч. 2 ст. 46 УК).
Иными словами, при наличии оснований, предусмотренных в УК, специальная конфискация применяется одновременно с уголовной ответственностью или с освобождением от уголовной ответственности. Разрешая вопрос о назначении наказания или иной меры уголовной ответственности либо об освобождении от уголовной ответственности, суд одновременно должен разрешить вопрос о применении специальной конфискации.
В перечень предметов специальной конфискации, подлежащих принудительному безвозмездному изъятию в собственность государства, изложенный в ст. 461 УК, включены:
● имущество, добытое преступным путем или приобретенное на средства, добытые преступным путем;
● доход, полученный от использования этого имущества, а также предметы преступления, если они не подлежат возврату потерпевшему или иному лицу;
● орудия и средства совершения преступления, принадлежащие лицу, совершившему преступление;
● вещи, изъятые из оборота;
● транспортные средства, которыми управляло лицо, совершившее преступление, предусмотренное ст. 3171 УК (за исключением транспортных средств, выбывших из законного владения собственника (пользователя) помимо его воли или в результате противоправных действий других лиц).
В части 2 ст. 461 УК указано, что если специальная конфискация таких предметов специальной конфискации, как имущество, добытое преступным путем или приобретенное на средства, добытые преступным путем, либо доход, полученный от использования этого имущества, невозможна в силу тех или иных причин, то специальной конфискации подлежит денежная сумма, соответствующая стоимости имущества, добытого преступным путем или приобретенного на средства, добытые преступным путем, и (или) размеру дохода, полученного от использования этого имущества.
Изучение судебной практики показывает, что, несмотря на неоднократные изменения и дополнения уголовного и уголовно-процессуального законов, остается нерешенным большое количество вопросов применения специальной конфискации имущества, добытого преступным путем или приобретенного на средства, добытые преступным путем, дохода, полученного от использования этого имущества, по уголовным делам. Преимущественно эти вопросы возникают по уголовным делам о хищениях (ст. 205–212 УК) и иных преступлениях, причинивших имущественный ущерб физическим или юридическим лицам.
Примечание
С 2001 по 2019 год сведения о применении судами специальной конфискации не фиксировались в формах статотчетности и не публиковались. Только после принятия Закона № 171-З, внесшего существенные изменения и дополнения в регулирование специальной конфискации, МВД, получая от Верховного Суда информацию о применении судами специальной конфискации, произвело соответствующую корректировку форм статотчетности, стало включать в них сведения о применении специальной конфискации.
Как следует из данных, предоставленных Верховным Судом и отраженных в формах статотчетности МВД, специальная конфискация применена в 2019 году (неполные 6 мес.) 596 раз, в 2020 году – 1 831 раз, в 2021 году – 2 875 раз. При этом учитывались только случаи применения специальной конфискации в соответствии со ст. 461 УК (уголовно-правовая конфискация), тогда как суды применяли конфискацию предметов специальной конфискации, перечисленных в ст. 461 УК, и применяют в настоящее время конфискацию этих предметов со ссылкой на ст. 98 УПК (уголовно-процессуальная конфискация). Иными словами, уровень применения специальной конфискации выше того, который фиксируют формы статотчетности.
Приведенные нормы УК и УПК являются коллизионными2. Суды, применяя по уголовному делу либо уголовно-правовую, либо уголовно-процессуальную конфискацию, либо одновременно уголовно-правовую и уголовно-процессуальную конфискацию, руководствуются собственными представлениями об указанных коллизионных нормах УК и УПК, не имея выверенной позиции Верховного Суда по рассматриваемому вопросу, которая бы основывалась на Конституции, Законе № 130-З, решениях Конституционного Суда, а также исследованной Верховным Судом судебной практике применения специальной конфискации.
Проблемы как законодательного регулирования, так и правоприменительной практики специальной конфискации по уголовным делам были предметом рассмотрения Конституционного Суда, которым не раз выносились решения, направленные на определение конституционности норм о специальной конфискации, корректировку законодателем уголовного и уголовно-процессуального законов в целях устранения имеющейся между ними коллизии, правовой неопределенности и несогласованности материальных и процессуально-правовых положений о специальной конфискации (Заключение Конституционного Суда от 28.11.2001 № З-132/2001 «О соответствии Конституции положений пунктов 20 и 21 постановления Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 10 апреля 1992 г. № 1 «О судебной практике по делам о взяточничестве», Решение № Р-1086/2017, Решение № Р-1165/2018).
Так, в Решении № Р-1086/2017 в целях устранения указанных недостатков правового регулирования Совету Министров было предложено подготовить соответствующий проект закона о внесении изменений и дополнений в УК и УПК и внести его в установленном порядке в Палату представителей Национального собрания. Однако ни в одном из указанных судебных постановлений Конституционного Суда не выражена однозначно позиция, которая бы ориентировала суды в части выбора решения, разрешающего указанную коллизию уголовного и уголовно-процессуального законов.
К сожалению, перечисленные судебные постановления органа судебного контроля за конституционностью НПА в государстве не нашли исчерпывающего решения на законодательном уровне, хотя в Решении № Р-1165/2018 отмечается, что Решение № Р-1086/2017 реализовано законодателем в п. 6 ст. 1 Закона № 171-З.
Экспертное мнение
Указанное утверждение Конституционного Суда следует отнести к числу спорных, о чем свидетельствует судебная практика реализации уголовно- и уголовно-процессуальных норм о специальной конфискации.
Неизвестны действия Верховного Суда, которые способствовали бы решению многочисленных проблем применения специальной конфискации. С момента закрепления в Общей части УК специальной конфискации Верховным Судом не публиковались отчеты о судебной практике ее применения. По этим вопросам отсутствуют постановления Пленума Верховного Суда, которые принимаются по результатам изучения соответствующей судебной практики.
Примечание
Анализ показывает, что в отраженных статистикой сведениях о применении специальной конфискации специальная конфискация по уголовным делам о хищениях занимает третье место после специальной конфискации по уголовным делам о незаконном обороте наркотических средств, психотропных веществ, их прекурсоров и аналогов, управлении транспортным средством лицом, находящимся в состоянии опьянения, передаче управления транспортным средством такому лицу либо отказе от прохождения проверки (освидетельствования) средств, психотропных веществ, их прекурсоров и аналогов. Так, в 2019 году на долю специальных конфискаций по уголовным делам о хищениях приходилось 17,8 % от числа всех случаев применения судами специальной конфискации, в 2021 году – 16,6 %, в 2021 году – 19,6 %.
По данным судебной статистики, на лиц, осужденных судами республики за хищения, приходится более 1/3 от количества всех осужденных. За хищения осуждены в 2019 году 36,5 % от количества всех осужденных белорусскими судами, в 2020 году – 36,9 %, в 2021 году – 36,9 %. По всем уголовным делам о хищениях, за исключением уголовных дел о приготовлении к хищению и покушении на хищение, требуется решать вопрос о применении (неприменении) специальной конфискации.
Наиболее часто по уголовным делам о хищениях возникали вопросы применения (неприменения) специальной конфискации в случаях, когда пострадавшие (физические и юридические лица) заявляли (не заявляли) исковые требования о возмещении причиненного ущерба, когда часть или все похищенное возвращалось пострадавшим виновным, передавалось пострадавшим судом или же компенсировалось виновным частично или полностью до удаления суда в совещательную комнату для вынесения приговора.
Судебная практика.
Гражданин осужден за кражу автомобильных колес, которые он продал за 200 руб. неустановленным лицам. Потерпевший оценил их стоимость в 300 руб., но в приговоре отсутствовали сведения о том, что им заявлен иск о возмещении ущерба, причиненного хищением, как и сведения о том, что ущерб возмещен обвиняемым добровольно.
В приговоре было указано, что суд не применяет специальную конфискацию в отношении дохода, полученного преступным путем, в порядке ст. 461 УК, как просил государственный обвинитель, поскольку не находит к тому оснований.
Экспертное мнение
Следует согласиться с судом о невозможности конфисковать похищенное имущество (доход, полученный преступным путем), поскольку его местонахождение не установлено. Однако у суда имелись основания для специальной конфискации 200 руб. – денежной суммы, соответствующей стоимости имущества, приобретенного на средства, добытые преступным путем.
Судебная практика.
По уголовному делу о грабеже осужденный ущерб не возместил. Потерпевшая иск о его возмещении не заявила. За похищенные деньги обвиняемый приобрел спиртные напитки и продукты питания, однако специальная конфискация денежной суммы, соответствующей стоимости имущества, приобретенного на средства, добытые преступным путем, не применена, вопрос о специальной конфискации в приговоре не рассматривался.
Судебная практика.
Гражданин осужден за кражу телефона, который он сдал в скупку за 15 руб., и денег в сумме 20 руб., которые он потратил на свои нужды. Потерпевшей гражданский иск не заявлялся. По приговору с обвиняемого на основании ч. 2 ст. 461 УК в доход государства взыскана денежная сумма, соответствующая размеру дохода, полученного от использования имущества, добытого преступным путем, в размере 15 руб.
Экспертное мнение
Полагаем, суд допустил ошибку, поскольку 15 руб. – это не доход, полученный от использования имущества, добытого преступным путем, а имущество, приобретенное на средства, добытые преступным путем. В приговоре также не был решен вопрос о специальной конфискации имущества, приобретенного на 20 руб., как имущества, приобретенного на средства, добытые преступным путем.
Судебная практика.
Суд имущество, приобретенное на денежные средства, похищенные осужденной у магазина путем присвоения, признал имуществом, приобретенным на средства, добытые преступным путем, и подвергнул их специальной конфискации. Осужденной ущерб, причиненный хищением, не возмещен, а заявленный магазином иск передан на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства (приговор суда Оршанского района и г. Орши от 15.03.2022 (дело № 37У2238)).
Судебная практика.
По уголовному делу гражданин осужден за хищение путем присвоения портативной колонки и иного имущества ООО. Похищенное имущество обнаружено, однако ООО отказалось его принимать, но заявило иск о полном возмещении его стоимости. Суд в приговоре указал, что указанное имущество добыто обвиняемым преступным путем, оно не подлежит возврату ООО, т.к. имеет нетоварный вид в силу его использования. Поэтому на основании ч. 1 ст. 461 УК суд подвергнул его специальной конфискации. Одновременно суд постановил взыскать с обвиняемого в пользу ООО 12 503,34 руб. в возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением (приговор суда Ленинского района г. Могилева от 11.02.2022).
Суд Полоцкого района и г. Полоцка при схожих обстоятельствах совершения преступления использовал иную мотивацию применения специальной конфискации по уголовному делу.
Судебная практика.
Похищенное обвиняемым у магазина путем присвоения имущество было подвергнуто судом специальной конфискации как предмет преступления, не подлежащий возврату юрлицу, пострадавшему от преступления, поскольку обвиняемым в полном объеме погашен ущерб, причиненный преступлением, а предметы приобретены им незаконно путем совершения преступления (приговор суда Полоцкого района и г. Полоцка Витебской области от 16.03.2022).
Иначе решил вопрос о конфискации похищенного суд Слуцкого района Минской области.
Судебная практика.
Имущество, похищенное обвиняемым у АО, суд конфисковал как ценности, приобретенные преступным путем, но не со ссылкой на ст. 461 УК, а применив ст. 98 УПК. При этом в приговоре констатировано, что АО не заявляло иск о возмещении имущественного ущерба, причиненного в результате хищения дизельного топлива, поскольку обвиняемым этот ущерб возмещен предприятию в полном объеме (приговор суда Слуцкого района Минской области от 24.02.2022).
Судебная коллегия по уголовным делам Минского областного суда указанный приговор в части конфискации похищенного имущества оставила без изменения (определение судебной коллегии по уголовным делам Минского областного суда от 10.05.2022).
Неединообразно решались вопросы о применении специальной конфискации по ряду уголовных дел, по которым пострадавшими заявлялись иски о возмещении ущерба.
Судебная практика.
Гражданка осуждена по ч. 4 ст. 210 УК за совершенное путем злоупотребления служебными полномочиями хищение денежных средств ООО на общую сумму 382 900 руб. (средства, добытые преступным путем), которыми в последующем она распорядилась по собственному усмотрению.
Ущерб на указанную сумму, причиненный ООО, не возмещен. Гражданский иск ООО о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, удовлетворен судом и с обвиняемой в пользу ООО в счет возмещения имущественного вреда, причиненного преступлением, взыскано 382 900 руб.
Специальная конфискация денежной суммы, соответствующей стоимости имущества, приобретенного на средства, добытые преступным путем, предусмотренная ч. 2 ст. 461 УК, не применена, вопрос о специальной конфискации в приговоре не рассматривался (приговор суда Фрунзенского района г. Минска от 25.01.2022).
Судебная практика.
Обвиняемая совершила хищение путем мошенничества денежных средств ЗАО в сумме 9 618,40 руб. Обвиняемая не возместила причиненный преступлением ущерб, поэтому суд удовлетворил полностью иск ЗАО к ней и взыскал с нее указанную сумму денежных средств в пользу ЗАО. В приговоре о специальной конфискации не упоминалось (приговор суда Фрунзенского района г. Минска от 18.01.2022).
Судебная практика.
Гражданин осужден за хищение путем мошенничества денежных средств в сумме 6 600 руб., которые он впоследствии проиграл в казино. Суд удовлетворил полностью иск потерпевшей о взыскании с обвиняемого причиненного хищением ущерба на указанную сумму, вопрос о специальной конфискации в приговоре не рассматривался (приговор суда Советского района г. Минска от 26.11.2021).
На приведенных примерах из судебной практики можно убедиться, что в указанных случаях перед судом стоят 2 задачи:
● защитить нарушенные имущественные интересы пострадавшего и вернуть ему похищенное имущество, если оно обнаружено, или взыскать с виновного стоимость этого имущества при его необнаружении или утрате им товарного вида или иных характеристик, удовлетворяющих пострадавшего;
● применить специальную конфискацию похищенного имущества, если оно обнаружено, или взыскать с виновного стоимость этого имущества, если оно не обнаружено, а также конфисковать денежную сумму, полученную виновным от реализации похищенного имущества, или доход, полученный виновным от использования похищенного имущества.
В части выявленного похищенного имущества одновременное решение этих задач не представляется возможным (невозможно физически похищенное имущество возвратить пострадавшему и безвозмездно изъять его в собственность государства).
Полагаем, что вопрос о применении специальной конфискации в указанных ситуациях может решаться в 2 взаимоисключающих вариантах.
Так, возможно решение вопроса о неприменении специальной конфискации имущества, добытого преступным путем или приобретенного на средства, добытые преступным путем, если это имущество может быть направлено на возмещение вреда от преступления пострадавшему.
Такое решение не предусмотрено в ст. 461 УК, но может быть аргументировано ссылкой на ст. 98 УПК, которая предусматривает, что деньги и иные ценности, приобретенные преступным путем, обращаются на возмещение вреда от преступления потерпевшему. Однако не всегда такое имущество признается по уголовному делу вещественным доказательством.
В указанном случае предлагаемое решение о неприменении специальной конфискации базируется на применении уголовного закона по аналогии, которое возможно ввиду того, что не связано со случаями привлечения к ответственности, ограничения прав и установления обязанностей и в силу этого не противоречит запрету на применение уголовного закона по аналогии, установленному в п. 2 ст. 71 Закона № 130-З.
В качестве дополнительного аргумента в подтверждение возможности такого решения следует сослаться на ч. 3 ст. 44 УК, определяющую, что осуждение лица, совершившего преступление, является основанием для взыскания с него как имущественного ущерба, дохода, полученного преступным путем, так и материального возмещения морального вреда. Иными словами, указанное нормативное правовое предписание ориентирует на защиту имущественных и иных интересов лица, пострадавшего от преступления. В то же время сделан акцент на изъятие из оборота дохода, полученного преступным путем.
Следует учитывать и конституционные нормы, ставящие защиту интересов человека на первое место и лишь затем – защиту интересов общества и государства (ст. 2, 13 Конституции и др.). Приведенным конституционным нормам корреспондируют предписания ст. 933 ГК, которая предусматривает, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юрлица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Второй вариант решения вопроса о применении (неприменении) специальной конфискации предполагает одновременное принятие судом мер по защите интересов пострадавшего путем взыскания в его пользу с виновного возмещения причиненного имущественного ущерба либо возврата ему обнаруженного похищенного имущества и одновременное применение специальной конфискации имущества, добытого преступным путем (в т.ч. когда пострадавший не ставит вопроса о его возврате), или имущества, приобретенного на средства, добытые преступным путем, и (или) дохода, полученного виновным от использования похищенного имущества.
Статья 461 УК содержит императивную норму, обязывающую суд подвергнуть специальной конфискации имущество, добытое преступным путем или приобретенное на средства, добытые преступным путем, доход, полученный виновным от использования похищенного имущества. При этом в ст. 461 УК отсутствует оговорка, имеющаяся в ст. 98 УПК.
Оговорка «если они (предметы преступления) не подлежат возврату потерпевшему или иному лицу», препятствующая применению специальной конфискации, имеется в ст. 461 УК только применительно к предметам преступления.
Возможность принятия судом мер по защите интересов пострадавшего путем взыскания в его пользу с виновного причиненного имущественного ущерба или возврата ему обнаруженного похищенного имущества и одновременного применения специальной конфискации имущества, добытого преступным путем или приобретенного на средства, добытые преступным путем, дохода, полученного виновным от использования похищенного имущества, может быть подтверждена ссылкой на нормативные правовые предписания Закона № 130-З. Дело в том, что положения ст. 98 УПК в приведенной выше части и положения ст. 461 УК являются коллизионными, на что не раз обращал внимание Конституционный Суд.
УПК при решении вопроса о конфискации имущества, добытого преступным путем, отдает приоритет интересам потерпевшего, которые удовлетворяются за счет имущества, добытого преступным путем и являющегося вещественным доказательством, подлежащего конфискации во всех иных случаях, кроме случая, когда нужно защитить интересы потерпевшего.
УК не содержит никаких отступлений из правила о конфискации имущества, добытого преступным путем или приобретенного на средства, добытые преступным путем, дохода, полученного виновным от использования похищенного имущества.
Согласно п. 2 ст. 70 Закона № 130-З коллизия НПА одинаковой юридической силы (УК и УПК), если ни один из них не противоречит НПА большей юридической силы, разрешается в пользу применения НПА, принятого (изданного) позднее. В рассматриваемом случае такими НПА являются законы, которыми корректировались ст. 46 УК, исключена ст. 61 УК и введена ст. 461 УК. При этом такие уголовные законы были приняты позднее законов, которыми корректировались положения ст. 98 УПК. Следовательно, подлежат применению нормы УК о специальной конфискации, а не согласующиеся с ними нормы УПК.
Следует учитывать и предмет правового регулирования УК и УПК. Признание дохода, полученного преступным путем, вещественным доказательством не меняет правового статуса этого дохода как предмета специальной конфискации, регламентированной нормами уголовного закона. Поэтому и судьбу предмета специальной конфискации следует разрешать в соответствии с УК, но в процедуре, предусмотренной УПК. Это характерно для системы континентального права, положение отражено в п. 19 постановления Пленума Верховного Суда от 26.06.2003 № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве (статьи 430, 431 и 432 Уголовного Кодекса Республики Беларусь)», которое было изложено в новой редакции постановлением Пленума Верховного Суда от 30.09.2021 № 6.
Пленум Верховного Суда отметил, что изъятые деньги и (или) другие ценности, являющиеся предметом взятки, если они не передавались взяткополучателю при обстоятельствах, указанных в ч. 3 гл. 35 УК, подлежат специальной конфискации на основании ч. 1 ст. 461 УК, а не на основании ст. 98 УПК, как изначально указывалось.
Пленум Верховного Суда также указал, что невозможность подвергнуть специальной конфискации предмет взятки в связи с его утратой, израсходованием, уничтожением, реализацией или по иным причинам обязывает суд взыскать в доход государства денежную сумму, соответствующую его стоимости на день вынесения приговора, постановления, определения согласно ч. 2 ст. 461 УК. Ранее Пленум Верховного Суда признавал основанием для принятия такого решения неосновательно приобретенную выгоду, не предусмотренную законодательством в качестве основания для конфискации в доход государства.
Второе из приведенных решений уменьшает шансы пострадавшего на фактическое удовлетворение его имущественных и иных интересов, поскольку общий размер взысканий с виновного возрастает (необходимо уплатить и пострадавшему, и в бюджет). Однако такое решение работает и в целях предупреждения новых преступлений, поскольку нарушенный имущественный интерес пострадавшего обернется для виновного также обязанностью исполнить решение суда о специальной конфискации. Криминалисты не без оснований отмечают и направленность специальной конфискации на способствование восстановлению социальной справедливости как одной из целей уголовной ответственности, предусмотренной ч. 3 ст. 44 УК3.
Суды склонны проявлять заботу и об интересах пострадавшего, и об интересах бюджета, защищая имущественные интересы пострадавших и одновременно применяя специальную конфискацию.
Отсутствие единообразия в судебной практике применения специальной конфискации и уголовно-процессуальной конфискации способно породить сомнение в действенности принципа законности как общеправового принципа (ст. 1 Конституции и др.) и принципа уголовного закона и уголовной ответственности (ст. 3 УК).
Экспертное мнение
В связи с указанным, учитывая ст. 53 Кодекса о судоустройстве и статусе судей, Верховному Суду целесообразно провести изучение практики применения специальной конфискации, рассмотрев результаты этого изучения на Пленуме Верховного Суда с принятием соответствующего постановления. В соответствующем постановлении Пленума Верховного Суда могут найти разрешение лишь вопросы применения специальной конфискации, не затрагивающие полномочий законодателя. Выход Верховного Суда за пределы своей компетенции в этом вопросе повлечет нарушение конституционного принципа разделения властей (ст. 6 Конституции).
В части решения вопросов, выходящих за пределы полномочий Верховного Суда, ему необходимо инициировать постановку вопроса о даче Парламентом предусмотренного п. 2 ч. 1 ст. 97 Конституции аутентичного толкования ч. 2 ст. 46, ст. 461 УК либо внесения Парламентом соответствующих дополнений и изменений в УК и УПК.
Одновременно Парламент имеет возможность внести коррективы и в ст. 244 ГК, которая предусматривает конфискацию как безвозмездное изъятие имущества у собственника в виде санкции за совершение преступления или иного правонарушения.
Приведенное нормативное правовое предписание вступает в противоречие с УК, из которого в 2019 году исключены нормы о таком виде наказания, как конфискация имущества. УК не предусматривает конфискацию имущества в качестве санкции за совершение преступления. Конфискация имущества в уголовном законе имеет статус меры уголовно-правового характера, не являющейся санкцией за совершение преступления, что должно быть отражено в ГК.
Поскольку в законодательстве (УК, УПК, КоАП, Закон от 24.10.2016 № 439-З «Об исполнительном производстве» и др.) регулируются вопросы конфискации, в т.ч. уголовно-процессуальной и специальной конфискации (уголовно-правовой и административно-правовой), ст. 244 ГК следует дополнить нормами, определяющими концептуальные основы правового статуса специальной конфискации, ее соотношения с конфискацией.
Применение судом по уголовному делу специальной конфискации имеет ряд правовых последствий, связанных с действием других законов, в которых понятие «специальная конфискация» не применяется. Во многих законах (например, ст. 31, 42 НК, ст. 129, 131 БК) имеются нормативные правовые предписания о конфискации, конфискации имущества, которые не согласуются с положениями УК и КоАП. Для правоприменителя остается неясным, подразумевается ли под указанными понятиями и специальная конфискация, поскольку в этих законах отсутствует упоминание о специальной конфискации.
Если под конфискацией, о которой указано в ст. 131 БК, не иметь в виду и специальную конфискацию, то невозможно, исполняя судебное постановление о специальной конфискации, обратить в доход государства находящиеся в банке денежные средства и иное имущество физического и юридического лица, относящееся к предмету специальной конфискации, предусмотренному ст. 461 УК.
Плательщик не может ссылаться на незаконность требования налогового органа об исполнении налогового обязательства, возникшего в связи с доходом (частью дохода), в отношении которого применена конфискация (п. 3 ст. 42 НК), если под конфискацией не понимать и специальную конфискацию дохода (части дохода), признанного судом предметом специальной конфискации, предусмотренным ст. 461 УК.
Статьи 236, 244, 335 ГК, других законов в части, относящейся к конфискации, не приведены в соответствие с ч. 5 ст. 44 Конституции, действующей с изменениями, внесенными Решением референдума от 04.03.2022 «Решение республиканского референдума 27 февраля 2022 года», не согласуются с действующими нормами УК о специальной конфискации.
Разрешение указанных вопросов на законодательном уровне будет представлять собой реализацию государством гарантий права собственности, предусмотренных ст. 44 и 59 Конституции, как и принципа системности и комплексности правового регулирования общественных отношений – одного из основных принципов нормотворческой деятельности, предусмотренного п. 1, 9 ст. 6 Закона № 130-З.
Республика Беларусь не является единственной страной, где возникавшие в судебной практике вопросы специальной конфискации требовали законодательного урегулирования. Например, в Уголовном уложении ФРГ в результате реформы, проведенной Федеральным законом от 13.04.2017, появился § 73е («Исключение конфискации приобретенного преступным путем или его стоимости»), согласно абз. 1 которого не подлежат конфискации имущество, приобретенное преступным путем, или его стоимость, если погашено требование, направленное на возврат приобретенного или на возмещение его стоимости, право на которое потерпевший получил в результате совершенного против него деяния4.
П.В. Головненков отмечает, что указанное положение отражает подход законодателя к новому регулированию защиты потерпевшего. Им подчеркивается, что корректировка абз. 1 § 73 Уголовного уложения ФРГ исключает возможность конфискации в том объеме, в котором соответствующее требование погашено, т.е. удовлетворено (абз. 1 § 362 Гражданского уложения ФРГ) или полностью или частично снято (абз. 1 § 397 Гражданского уложения ФРГ)5.
Такое решение законодателя отдает приоритет защите интересов пострадавшего от преступления. Если интересы пострадавшего защищены или он отказывается от возмещения причиненного ему ущерба, государство не применяет специальную конфискацию: не обращает в свою пользу имущество, приобретенное преступным путем, стоимость этого имущества или имущества, приобретенного на средства, добытые преступным путем.
Многочисленные проблемы правового регулирования и применения специальной конфискации до настоящего времени не получили исчерпывающего решения в практике Республики Беларусь.
В качестве возможного решения проблем законодательного регулирования специальной конфискации может быть предложена имплементация приведенных положений Уголовного уложения ФРГ в УК и УПК, ориентированных на защиту имущественных интересов пострадавшего, ставящих применение специальной конфискации в зависимость от волеизъявления пострадавшего.
Используя германский опыт, адаптировав его к национальной правовой системе, можно решить имеющиеся проблемы оперативно, системно и комплексно, подвергнув корректировке не только УК и УПК, но и иные законы, которыми регулируются вопросы, связанные со специальной конфискацией.
Библиография
1. Лопашенко, Н.А. Конфискация имущества: монография / Н.А. Лопашенко. – М: Юрлитинформ, 2012. – 160 с.
Шаблинская, Д.В. Конфискация имущества в уголовном праве / Д.В. Шаблинская. – Минск: БОРБИЦ РНИУП «Институт радиологии», 2013. – С. 65–80.
2. Лопашенко, Н.А. Указ. соч. – С. 85–106.
Лукашов, А.И. Конкурирующие нормы о конфискации имущества в уголовном и уголовно-процессуальном законе Республики Беларусь и Российской Федерации / А.И. Лукашов, С.В. Шевелева // Всероссийский криминологический журнал. – 2020. – Т. 14. – № 6. – С. 914–926.
3. Ковальчук, А.В. Дисбаланс системы сдержек и противовесов Уголовного кодекса Республики Беларусь / А.В. Ковальчук // Уголовное право: Стратегия развития в ХХI веке. Материалы ХIХ Международной научно-практической конференции. Москва, 20–21 января 2022 г. – М.: ООО «Проспект», 2022. – C. 257.
4. Головненков, П.В. Уголовное уложение Федеративной Республики Германия – Strafgesetzbuch (StGB): научно-практический комментарий и перевод текста закона. – Universitätsverlag Potsdam, 2021. – С. 157, 162.
5. Там же. – С. 163.