Возможность признания охотника должностным лицом

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 3 февраля 2023 г.

Анализируется вопрос о том, можно ли признать охотника должностным лицом. На практическом примере рассматриваются признаки должностного лица и акцентируется внимание на том, что следует понимать под организационно-распорядительными функциями и юридически значимыми действиями должностного лица.

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

● Уголовный кодекс (далее – УК)

● Правила охоты, утв. Указом Президента от 21.03.2018 № 112 (далее – Правила № 112, Указ № 112)

● постановление Пленума Верховного Суда от 16.12.2004 № 12 «О судебной практике по делам о преступлениях против интересов службы (статьи 424–428 Уголовного кодекса Республики Беларусь)» (далее – Постановление № 12)

Должностное лицо в трактовке уголовного закона

Понятие и статус должностного лица определяется различными отраслями национального законодательства. Однако наиболее существенное значение указанное определение имеет для уголовного права, когда правоприменитель сталкивается с дилеммой соотнесения осуществляемых функций, объемом полномочий и занимаемой должностью конкретного лица, работающего в государственной или негосударственной организации.

Согласно существующему положению доктрины уголовного права и госслужбы субъект служебного преступления характеризуется сочетанием функции управления нижестоящими лицами (т.е. деятельностью, направленной внутрь системы) и функции, направленной на непосредственную реализацию поставленных служебных задач. Таким образом, такой субъект преступления – специальный – это должностное лицо, признаки которого названы в ч. 4 ст. 4 УК. Критерии определения должностного лица универсальны и относятся ко всем нормам УК, характеризующим должностное лицо в качестве специального субъекта преступления или потерпевшего. Исходя из законодательного определения понятия должностного лица, можно выделить 6 категорий должностных лиц:

● представитель власти;

● представитель общественности;

● лицо, выполняющее организационно-распорядительные обязанности;

● лицо, выполняющее административно-хозяйственные обязанности;

● лицо, уполномоченное на совершение юридически значимых действий;

● должностное лицо иностранного государства или международной организации.

В правоприменительной практике Республики Беларусь остро стоит вопрос о трактовке признаков должностного лица в различных правовых ситуациях и в отношении конкретных лиц. Рассмотреть эту проблему целесообразно на примере конкретной ситуации, где статус охотника вызвал споры и вопросы о том, можно ли его признавать должностным лицом.

Фабула дела. В ходе расследования уголовного дела было установлено, что 04.06.2022 гражданин находился на охоте и имел все необходимые разрешения, дающие ему право осуществлять охоту на территории охотничьих угодий районной организационной структуры РГОО «Белорусское общество охотников и рыболовов». Гражданин являлся руководителем охоты, имел разрешение на добычу косули европейкой и дикого кабана, участие в охоте принимал один. Находясь в охотничьих угодьях, гражданин из зарегистрированного в установленном порядке охотничьего ружья произвел отстрел одной особи косули европейской. При этом целью добычи охотника был самец косули. Охотник, обнаружив на поле три косули, произвел выстрел, предварительно осветив косуль фонарем и убедившись, что среди них находится самец. После произведения выстрела две косули убежали, а одна осталась на поле.

После того как был произведен отстрел одной особи косули (отстрел производился в темное время суток), охотник при определении пола животного ошибочно определил, что добыл молодого самца косули, а не самку косули, как было установлено в последующем при его задержании. При осмотре добытого самца между ушей косули выступали два бугорка, которые прощупывались при проведении рукой по голове косули. После чего охотник оформил разрешение на добычу охотничьего животного, заполнив все необходимые графы и отразив в графе следующие данные: «косуля нетрофейная», стоимость добытого животного – 100 руб. При этом в разрешении на добычу животного было указано, что охотник может добыть косулю без указания пола.

Оформив разовое разрешение, охотник заполнил один отрывной талон к разрешению на добычу охотничьего животного, дающий право на перевозку и транспортировку добытого животного, погасив оставшиеся талоны должным образом. При заполнении отрывного талона охотник по невнимательности не заполнил в талоне графу, в которой было необходимо указать вид добытой продукции, внеся запись «туша косули» либо «мясо косули». Погрузив добытую косулю в принадлежащий охотнику автомобиль, охотник еще находился в охотничьих угодьях после добычи животного около 3 ч. В последующем охотник направился домой. При перевозке добытого животного гражданин при себе имел отрывной талон, согласно которому ему было разрешено перевозить продукцию охоты (как полагал охотник – добытого самца косули).

При перевозке косули европейской на автомобиле гражданин был остановлен сотрудниками инспекции природных ресурсов и охраны окружающей среды. Гражданин им пояснил, что находился на охоте и добыл косулю, представив заполненное разрешение и талон на провоз добытой охотничьей продукции, в котором не был указан вид перевозимой продукции.

В дальнейшем при проверке было установлено, что пол животного не соответствует полу животного, указанного в разовом разрешении, а именно в разовом разрешении было указано «косуля», а фактически было указано «косуля нетрофейная (самец)». Также в отрывном талоне отсутствует запись о виде добытой продукции – «туша косули» либо «мясо косули». Охотник в своих пояснениях указал, что он был уверен, что добыл самца косули, а графу в отрывном талоне не заполнил по своей невнимательности, какого-либо корыстного умысла у него не было, каких-либо материальных благ он не преследовал, а также факт невнесения в отрывной талон всех необходимых сведений не позволял ему в дальнейшем гипотетически использовать этот талон для провозки (перевозки) иной продукции охоты.

В отношении охотника было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 427 УК. Как указано в постановлении о возбуждении уголовного дела, гражданин 04.06.2022 в период времени примерно с 00.00 до 02.38, находясь на месте добычи дикого животного в охотничьих угодьях учреждения «З-кая районная организационная структура» РГОО «Белорусское общество охотников и рыболовов» на сельскохозяйственном поле, якобы с целью избежания ответственности за незаконное перемещение самки косули европейской, относящейся к объекту охоты, внес в отчет об использовании выданного ему разрешения на добычу охотничьего животного серии РР № 0921966 заведомо ложные сведения о добыче косули нетрофейной и уплате за разрешение 100 руб., а также оторвал от указанного разрешения талон на провоз продукции без указания вида продукции охоты, внес в него лишь сведения о его выдаче 04.06.2022 самому себе.

В указанном случае среди правоприменителей возник вопрос о том, является ли охотник должностным лицом в случае, когда он в установленном порядке осуществляет охоту.

Применительно к изложенной ситуации и фактическим обстоятельствам дела при анализе признаков должностного лица следует обратить внимание на следующие положения.

Основной довод обвинения. Органом уголовного преследования гражданину инкриминируется совершение преступлений в качестве должностного лица – руководителя охоты. Согласно предъявленному обвинению гражданин на основании заключенного с пользователем охотничьих угодий договора поручения № 2/21 от 30.04.2021 о выполнении обязанностей руководителя охоты являлся должностным лицом по признакам выполнения организационно-распорядительных обязанностей, а также был уполномоченным в установленном порядке на совершение юридически значимых действий, влекущих правовые последствия, составления и подписания документов в пределах своей компетенции.

Организационно-распорядительные функции

Согласно п. 6 Постановления № 12 к занимающим должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных обязанностей, необходимо относить лиц, осуществляющих руководство деятельностью учреждения, организации или предприятия, их структурных подразделений, расстановку и подбор кадров, организацию труда или службы работников, поддержание дисциплины, применение мер поощрения и наложение дисциплинарных взысканий и т.п.

Таким образом, лица, занимающие должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных обязанностей, осуществляют руководство деятельностью учреждений, организаций, предприятий, их подразделений, производственным или технологическим процессом, отдельных подчиненных им лиц. Такие лица организуют работу, несут ответственность за функционирование организации в целом или ее отдельных подразделений и участков. Организационно-распорядительные обязанности могут выражаться в праве подбора и расстановки кадров, найма и увольнения работников, в планировании, руководстве и обеспечении определенной деятельности.

Как правило, лицами, выполняющими организационно-распорядительные обязанности, признаются такие, которые имеют хотя бы одного подчиненного им работника. В этом отношении организационно-распорядительные обязанности – это функции по осуществлению руководства определенной отраслью промышленности, трудовым коллективом, участком работы, производственно-хозяйственной деятельностью определенных работников на предприятиях, учреждениях и организациях независимо от форм собственности и подчиненности. К должностным лицам указанной категории относятся руководители министерств и ведомств, учреждений, организаций, предприятий и их заместители, руководители структурных подразделений (начальники управлений, отделов, цехов, заведующие кафедрами, лабораториями, секциями и т.п.) и их заместители, руководители участков работ (мастера, прорабы, бригадиры, звеньевые).

При этом такие лица могут осуществлять соответствующие функции постоянно, временно или по специальному полномочию, и, как указано в п. 9 Постановления № 12, выполнение лицом по специальному полномочию обязанностей должностного лица в учреждениях, организациях или на предприятиях (независимо от форм собственности) означает, что лицо выполняет организационно-распорядительные или административно-хозяйственные обязанности, которыми оно наделено в соответствии с законом, иным НПА, приказом или распоряжением вышестоящего должностного лица, гражданско-правовым договором либо правомочным на то органом или должностным лицом. Таким образом, важно, чтобы лицо выполняло организационно-распорядительные обязанности, а основания наделения соответствующими функциями носят второстепенный характер (гражданско-правовой договор или НПА).

Суть организационно-распорядительных обязанностей состоит в руководстве деятельностью других людей, управлении людьми и коллективами. Правоотношения, возникающие между должностным лицом и управляемыми им субъектами, имеют «вертикальный», соподчиненный характер, т.е. являются властными отношениями. В силу этого должностное лицо как субъект правоотношения имеет нормативно закрепленное право диктовать свою волю, превращать ее в обязательную для другого субъекта, требовать от него исполнения своих предписаний и решений.

Очевидно, что в рассматриваемом случае охотник не осуществлял таких функций, т.к. не руководил подчиненными ему людьми и не управлял их деятельностью. Гражданин осуществлял охоту один.

Таким образом, руководителем охоты признается должностное лицо пользователя охотничьих угодий либо охотник. В п. 2 Правил № 112 также указано, что пользователь охотничьих угодий – юрлицо, заключившее договор аренды охотничьих угодий либо получившее охотничьи угодья в безвозмездное пользование. Соответственно, по этому основанию руководителем охоты признается должностное лицо юрлица, заключившее договор аренды охотничьих угодий либо получившее охотничьи угодья в безвозмездное пользование. Согласно п. 30 Правил ведения охотничьего хозяйства, утв. Указом № 112, к должностным лицам пользователя охотничьих угодий относятся: егеря, старшие егеря, охотоведы, инженеры по охотничьему хозяйству, начальники отделов охотничьего хозяйства, руководитель и заместители руководителя пользователя охотничьих угодий.

Гражданин ни к одной из категорий указанных должностных лиц не относится. Используемое в п. 2 Правил № 112 понятие «руководитель охоты» имеет собирательное значение, и в рассматриваемом случае руководитель охоты не может идентифицироваться с таким понятием должностного лица, которое используется в ч. 4 ст. 4 УК, т.е. как лицо, осуществляющие организационно-распорядительные обязанности. Гражданин 04.06.2022 осуществлял охоту индивидуально, не руководил другими охотниками или же иными лицами, которые были бы ему подчинены по службе, и не использовал каких-либо служебных (должностных) полномочий для осуществления охоты.

Кроме этого, согласно договору поручения № 2/21 от 30.04.2021, заключенному между учреждением «З-кая районная организационная структура» РГОО «Белорусское общество охотников и рыболовов» и гражданином, последний принял на себя обязательства лично совершить следующие юридические действия: выполнять обязанности руководителя охоты в соответствии с требованиями действующего законодательства Республики Беларусь, регулирующего вопросы ведения охотничьего хозяйства и охоты, и в соответствии с условиями заключенного договора.

Таким образом, гражданин не состоял с пользователем охотничьих угодий в трудовых отношениях, не руководил деятельностью субъекта хозяйствования и физлицами, а действовал в рамках гражданско-правового договора поручения индивидуально.

Это означает, что гражданин являлся руководителем охоты по признаку охотника, имеющего специальную профессиональную подготовку в области ведения охотничьего хозяйства и соответствующего иным критериям, предъявляемым Правилами № 112. В таком случае гражданин не может быть отнесен к числу должностного лица по признаку выполнения им организационно-распорядительных обязанностей.

Юридически значимые действия

Органами предварительного следствия гражданину вменяется в вину то обстоятельство, что служебный подлог (ч. 1 ст. 427 УК) он совершил как должностное лицо, уполномоченное в установленном порядке на совершение юридически значимых действий, влекущих правовые последствия, а именно составление и подписание документов в пределах своей компетенции.

Согласно п. 8 Постановления № 12 лицами, уполномоченными в установленном порядке на совершение юридически значимых действий, являются работники, совершающие такие действия, в результате которых наступают или могут наступить юридически значимые последствия в виде возникновения, изменения или прекращения правоотношений, субъектами которых являются иные лица.

Таким образом, лица, уполномоченные в установленном порядке на совершение юридически значимых действий, по смыслу уголовного закона – это лица, постоянно или временно занимающие в организациях (независимо от форм собственности) должности либо выполняющие возложенные на них обязанности по специальному полномочию и совершающие такие действия, в результате которых наступают или могут наступить юридически значимые последствия в виде возникновения, изменения или прекращения правоотношений, субъектами которых являются иные лица.

Следовательно, должностным лицом по признаку лица, уполномоченного на совершение юридически значимых действий, должно признаваться такое лицо:

1) которое официально уполномочено, т.е. наделено организацией (независимо от формы собственности) правом осуществлять действия, обладающие свойством юридического факта;

2) действия которого непосредственно порождают, изменяют или прекращают правоотношения;

3) для которого возникающие правоотношения имеют публично-правовой характер, затрагивают права и обязанности третьих физических или юридических лиц.

Иными словами, уполномоченными на совершение юридически значимых действий являются лица, наделенные в установленном порядке юрлицами на выдачу официальных документов, принятие решений или совершение иных юридически значимых действий, в результате которых прямо и непосредственно наступают юридически значимые последствия публично-правового характера в виде возникновения, изменения или прекращения правоотношений, субъектами которых являются иные лица. В менее пространной форме относимые к указанной категории должностных лица могут быть определены как лица, официально уполномоченные на совершение юридически значимых действий, которые прямо и непосредственно влекут последствия публично-правового характера.

Лица, уполномоченные на совершение юридически значимых действий, должны в полной мере соответствовать общим признакам субъекта преступления против интересов службы – они должны быть в связи с занимаемым ими в юрлице служебным положением или по его специальному полномочию наделены в установленном законом порядке правом управлять действиями физических или юридических лиц, т.е. являться официально уполномоченными субъектами управленческой (руководящей) деятельности. Управленческими (распорядительными) следует считать действия (функции), связанные с правом совершать по службе юридически значимые действия, способные порождать, изменять или прекращать правовые отношения. Однако особенность таких работников заключается в том, что в их деятельности следует различать выполнение управленческих и других чисто профессиональных или технических функций.

Выполняя функции по договору поручения, гражданин не являлся работником учреждения «З-кая районная организационная структура» РГОО «Белорусское общество охотников и рыболовов», не осуществлял при этом своих служебных полномочий, а выполнял профессиональные функции охотника.

Таким образом, охота не входила в круг служебных полномочий гражданина, а осуществлялась им на профессиональной основе.

Это указывает на то, что выполнение лицом профессиональных, технических функций не может образовывать признак должностного лица. Сами по себе юридически значимые действия, даже если они влекут определенные правовые последствия, не всегда связаны с осуществлением функций должностного лица. По своей правовой природе они могут выступать как в форме должностных полномочий, так и иных служебных действий не должностного характера.

Следует также обратить внимание, что общественная опасность подобных юридически значимых действий заключается не столько в их правовых последствиях (с точки зрения возникновения, изменения или прекращения юридических фактов и их влияния на поведение других лиц, для которых они имеют юридическую силу), сколько в нарушении интересов службы, установленного порядка их реализации и осуществления.

В том случае, когда лицо может осуществлять профессиональные, технические функции, возникает вопрос о том, какие действия являются юридически значимыми и юридически незначимыми. Виды юридически значимых действий разнообразны – это и выдача документов, предоставляющих права или освобождающих от обязанностей, и принятие решений, являющихся основанием для совершения действий, бездействия другими субъектами, и т.п. Однако юридически значимыми такие действия могут быть признаны только в том случае, если они влекут за собой правовые последствия.

Поэтому в этом случае важно не только то, что лицо совершает определенные действия, а то, что у такого лица есть полномочия на совершение таких действий (принятие решений), которые имеют значение и состоят в праве или обязанности работника (служащего) наделять иных лиц правами и обязанностями, сохранять, изменять или прекращать объем этих прав. Именно в таком случае юридически значимые действия могут влечь правовые (юридически значимые) последствия. Осуществление лицом технических или профессиональных функций не способно порождать ситуации, связанные с нарушением публичных интересов и интересов службы.

Сформулированные в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого от 03.11.2022 основания, по которым гражданин признается должностным лицом, по признаку совершения юридически значимых действий носят неконкретный характер, т.к. в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого перечислены полномочия гражданина, содержащиеся в Правилах № 112 и в договоре поручения № 2/21 от 30.04.2021. Однако не указано, какие именно полномочия (права и обязанности) были нарушены обвиняемым. Имеющаяся формулировка в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого «используя вышеуказанные полномочия» носит абстрактный и некорректный характер, не позволяет достоверно установить конкретный характер нарушенного полномочия. Такое положение дел также не позволяет ответить на вопрос о том, какие именно должностные (служебные) полномочия обвиняемым были нарушены и каким образом они повлекли негативные последствия.

В этой связи следует отметить, что лица, осуществляющие профессиональные и технические функции, не равносильны тем, которые наделены определенными полномочиями в сфере управленческой деятельности. В любой сфере деятельности человека, которая урегулирована нормами права, любое действие непременно влечет за собой возникновение, изменение, сохранение или прекращение правоотношений.

Правило признания лица, осуществляющего юридически значимые действия, должностным, сформулировано в настоящее время законодателем по иному критерию, чем в отношении иных категорий должностных лиц (лиц, осуществляющих организационно распорядительные или административно-хозяйственные функции и т.д.), т.к. критерий управленческих действий не лежит в основе признания таких лиц (осуществляющих юридически значимые действия) должностными. Не всякое выполнение производственных, технических, профессиональных функций порождает последствия, которые именуются юридически значимыми. Осуществление подобных функций не связано с должностными полномочиями лица. И если говорить о критериях отнесения лиц к числу должностных, то таковым является только тот, кто свидетельствует о правообязывающем управлении других лиц и тех последствиях, которые вытекают из этого. Решающим обстоятельством здесь выступает полномочие такого лица, которое может свидетельствовать о правообязывающем поведении другого субъекта.

Внесение охотником неполных (или неправильных) сведений в талон на провоз продукции охоты не могло порождать юридически значимых последствий в виде возникновения, изменения или прекращения правоотношений для других лиц, поскольку деяние гражданина не состоит в причинно-следственной связи с предполагаемым фактом наступления юридически значимых последствий. В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого не содержится информации о том, для кого именно и в каком виде могли наступить юридически значимые последствия.