Доверительное управление исключительным правом

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 7 июня 2023 г.

Освещаются понятие и особенности договора доверительного управления исключительным правом.

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

● Гражданский кодекс (далее – ГК)

● Закон от 17.05.2011 № 262-З «Об авторском праве и смежных правах» (далее – Закон № 262-З)

● Закон от 16.12.2002 № 160-З «О патентах на изобретения, полезные модели, промышленные образцы» (далее – Закон № 160-З)

Договор доверительного управления исключительным правом, как и в целом договор доверительного управления имуществом, которому посвящена гл. 52 ГК, является достаточно новым институтом в гражданском праве Беларуси.

Прообразом института доверительного управления является сформировавшаяся в англо-американском праве конструкция доверительной собственности (траста). Как отмечают исследователи, в 90-х годах XX века в России была предпринята попытка прямого заимствования конструкции англо-американского траста, которая, однако, оказалась неудачной, поскольку доверительная собственность представляет собой самобытный институт, зародившийся в средневековой Англии, в основе которой лежит расщепление права собственности и его сосуществование в рамках двух самостоятельных ветвей этой правовой системы – общего права (common law) и права справедливости (equity law).

Траст – это существование как минимум двух лиц, каждое из которых осуществляет правомочия собственника и является собственником имущества, но одно – по общему праву, другое – по праву справедливости. Как отмечает Л.Ю. Михеева, особую роль траст сыграл в развитии предпринимательства в период становления капитализма. Создание юрлица в Англии в это время было затруднено всевозможными формальностями. Поэтому именно траст был способен оформить отношения лиц, вкладывающих средства в общее дело. Доверительным собственником становилось уже существующее юрлицо, а бенефициантами – учредители траста. Таким образом, происходило объединение имущества и его обособление для предпринимательских целей.

Уникальность траста сделала невозможным его прямую рецепцию в российском законодательстве, поэтому в Гражданском кодексе Российской Федерации (далее – ГК Российской Федерации) и в других законах доверительная собственность не упоминается, но появляется договор доверительного управления имуществом¹.

Вслед за российским законодательством договор доверительного управления имуществом с принятием ГК в 1998 году был включен в право Беларуси. При этом правовые нормы, регулирующие указанный договор, с небольшими отличиями повторяют нормы российского законодательства.

Следует отметить, что рассматриваемый договор не получил должного освещения в отечественной цивилистике. Гораздо большее внимание договору доверительного управления имуществом уделено российскими правоведами.

Как отмечали М.И. Брагинский и В.В. Витрянский, договор доверительного управления имуществом представляет собой один из самостоятельных типов гражданско-правовых обязательств, урегулированных ГК Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 895 ГК по договору доверительного управления имуществом одна сторона (вверитель) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а доверительный управляющий обязуется за вознаграждение осуществлять управление этим имуществом в интересах вверителя или указанного им лица (выгодоприобретателя).

В литературе отмечают следующие отличительные черты института доверительного управления:

1) на основании договора имущество передается в управление специалисту-предпринимателю, который, используя свои профессиональные и деловые навыки, извлекает наибольшую выгоду из его эксплуатации;

2) передача имущества в доверительное управление позволяет собственнику извлекать выгоду из его использования доверительным управляющим, освобождаясь от бремени его содержания, которое возлагается на доверительного управляющего;

3) заключая договор доверительного управления имуществом, собственник может руководствоваться стремлением оказывать помощь третьему лицу за счет использования этого имущества, но освобождаясь при этом от хлопот, связанных с его эксплуатацией;

4) конструкция доверительного управления может быть удобной для аккумулирования и совместного использования имущества в интересах нескольких учредителей;

5) договор доверительного управления может быть использован в целях более эффективного использования госимущества;

6) институт доверительного управления используется в тех случаях, когда требуются немедленные меры по охране и управлению имуществом, собственник которого не определен либо не может реализовать свои права и нести обязанности, связанные с использованием принадлежащего ему имущества; к числу таких случаев относится доверительное управление имуществом подопечного, имуществом безвестно отсутствующего гражданина, наследственным имуществом;

7) в некоторых случаях государство использует институт доверительного управления как инструмент ограничения госслужащих в возможностях обладания определенным имуществом².

Несмотря на представленную в российской правовой науке дискуссию о правовой природе отношений по доверительному управлению имуществом, в рамках которой часть цивилистов рассматривает указанные отношения как особые вещно-правовые, а право доверительного управляющего в отношении переданного ему в управление имущества определяет как ограниченное вещное право несобственника, другая часть исходит из обязательственно-правовой природы отношений по доверительному управлению имуществом, преобладающим становится представление о том, что правоотношения, связанные с доверительным управлением имуществом, по своей природе являются обязательственными и по целевой направленности представляют собой обязательства по оказанию услуг³. Так, по мнению М.И. Брагинского и В.В. Витрянского, указанный договор может быть отнесен к категории гражданско-правовых обязательств по оказанию услуг, «ибо именно в качестве услуги можно квалифицировать осуществление доверительным управляющим управления доверенным ему имуществом в интересах собственника (учредителя доверительного управления) или назначенного им лица (выгодоприобретателя)». В то же время справедливо мнение А.В. Макаричева о том, что институт доверительного управления, представляющий собой обязательственное правоотношение, в российском праве развивается под влиянием вещно-правовых принципов, а нормы гражданского законодательства, регулирующие доверительное управление имуществом, не учитывают специфику объектов интеллектуальной собственности, имеющих нематериальную природу⁴.

Несмотря на использование в названии договора слова «доверительное», возникающие на его основе правоотношения не относятся к числу лично-доверительных (фидуциарных). Л.Ю. Михеева, отмечая, что лично-доверительными являются сделки, участники которых вправе расторгнуть отношения в одностороннем порядке без объяснения причин (в связи с утратой доверия), не возмещая при этом другой стороне убытки, а также проведя сравнительно-правовой анализ договоров доверительного управления, поручения, комиссии и агентского договора, приходит к выводу о том, что договор доверительного управления имуществом не является фидуциарной сделкой, в первую очередь, в связи с тем, что правоотношение в договоре доверительного управления основано на возмездном совершении действий в пользу другого лица.

Согласно п. 1 ст. 896 ГК объектом доверительного управления могут быть предприятия и другие имущественные комплексы, отдельные объекты, относящиеся к недвижимому имуществу, ценные бумаги, права, удостоверенные бездокументарными ценными бумагами, исключительные права и другое имущество.

Возможность доверительного управления исключительными правами и является предметом дальнейшего рассмотрения.

Для начала необходимо ответить на вопрос о том, в каких случаях может быть востребовано доверительное управление исключительным правом. Схема профессионального управления таким специфическим активом, каким является интеллектуальная собственность, как представляется, применима в отношениях между научными организациями и вузами, создающими охраноспособную научно-техническую продукцию, и организациями, специализирующимися на ее коммерциализации; между авторами и литературными агентствами; авторами и музыкальными издателями и др.

Отношения доверительного управления исключительными правами могут иметь место в рамках холдинга, когда управляющей компании передается в управление портфель объектов интеллектуальной собственности, принадлежащих предприятиям холдинга.

Кроме того, на исключительные права, принадлежащие физлицам, может распространяться предусмотренное ст. 909 ГК доверительное управление по основаниям, предусмотренным законодательством, в отношении прав гражданина, признанного безвестно отсутствующим, либо гражданина, признанного недееспособным, а также доверительное управление исключительными правами на основании завещания (подп. 2 п. 1 ст. 909 ГК).

Также можно согласиться с высказываемым в литературе мнением о том, что доверительное управление является наиболее адекватным способом коммерциализации интеллектуальной собственности, принадлежащей государству⁵.

Как справедливо замечет А.В. Макаричев, потребность в осуществлении профессионального управления интеллектуальными продуктами не вызывает сомнений, поскольку эффективное управление объектами интеллектуальной собственности позволяет правообладателям не только возмещать расходы на их создание, но и получать прибыль от их использования⁶. В целом исследователи отмечают, что доверительное управление исключительными правами представляет собой более эффективную договорную форму их коммерческого использования по сравнению с лицензионным договором и договором коммерческой концессии. Это обусловлено главным образом высокой степенью самостоятельности доверительного управляющего (возможностью совершения им юридических и фактических действий), а также его профессионализмом в сфере инновационного бизнеса⁷. В то же время справедливо утверждение о том, что развитию института доверительного управления в праве интеллектуальной собственности препятствует отсутствие твердой теоретической основы, связанной с определением природы складывающихся отношений⁸.

С учетом обозначенных выше перспектив применения договора доверительного управления исключительным правом, следует рассмотреть основные теоретические и практические аспекты его заключения с точки зрения гражданского законодательства Беларуси.

В первую очередь необходимо уточнить понятие исключительного права как возможного объекта доверительного управления. В действующем законодательстве нет специального определения исключительного права. Определенные представления о сущности исключительного права можно составить на основании п. 1 ст. 983 ГК, согласно которым обладателю имущественных прав на результат интеллектуальной деятельности (за исключением секретов производства (ноу-хау)) или средство индивидуализации принадлежит исключительное право правомерного использования этого объекта интеллектуальной собственности по своему усмотрению в любой форме и любым способом. Использование другими лицами объектов интеллектуальной собственности, в отношении которых их правообладателю принадлежит исключительное право, допускается только с согласия правообладателя.

В качестве наиболее универсального определения исключительного права, предложенного в научных работах, можно привести следующее: «Исключительное право – это особая разновидность субъективного гражданского имущественного права абсолютного характера, представляющая собой легальную монополию для правообладателя осуществлять в отношении охраняемых законом результатов интеллектуальной деятельности или приравненных к ним средств индивидуализации комплекс правомочий в течение установленного законом срока и на определенной территории, обеспеченную возможностью применения к нарушителям особых мер защиты»⁹.

Перечень объектов интеллектуальной собственности, в отношении которых действует исключительное право, закреплен в ст. 980 ГК. К их числу относятся результаты интеллектуальной деятельности – объекты авторского права (произведения науки, литературы и искусства, включая компьютерные программы), объекты смежных прав (исполнения, фонограммы, передачи вещательных организаций), изобретения, полезные модели, промышленные образцы, сорта растений, топологии интегральных микросхем и секреты производства (ноу-хау), а также средства индивидуализации, в числе которых названы фирменные наименования, товарные знаки и знаки обслуживания, географические указания.

Следует сделать оговорку о том, что секреты производства (ноу-хау), с одной стороны, названы в числе результатов интеллектуальной деятельности. Однако в силу прямого указания законодателя в их отношении не признается исключительное право, а охрана обеспечивается установлением режима коммерческой тайны. Соответственно, ноу-хау по определению не может выступать в качестве объекта доверительного управления.

Несмотря на признание географических указаний объектами исключительного права, в отношении указанного права, как представляется, отношения доверительного управления невозможны. Указанный вывод основывается на предписании п. 6 ст. 3 Закона от 17.07.2002 № 127-З «О географических указаниях», согласно которому распоряжение исключительным правом на географическое указание не допускается.

Достаточно ограниченной представляется возможность доверительного управления исключительным правом на фирменное наименование в силу ограниченной оборотоспособности этого права. Так, согласно ст. 1016 ГК отчуждение и переход права на фирменное наименование юрлица не допускается, кроме случаев реорганизации юрлица или отчуждения предприятия в целом; обладатель права на фирменное наименование может разрешить другому лицу использование своего наименования (выдать лицензию), однако при этом в лицензионном договоре должны быть обусловлены меры, исключающие введение потребителя в заблуждение. Поэтому наиболее реальным вариантом доверительного управления исключительным правом на фирменное наименование является его использование с разрешения доверительного управляющего в составе лицензионного комплекса, предоставляемого в рамках договора франчайзинга (ст. 910 ГК).

Перед тем как перейти к анализу правовой природы договора доверительного управления исключительным правом, необходимо провести сравнительный анализ нескольких договорных конструкций, поименованных в законодательстве, предмет которых может включать действия в интересах обладателя исключительного права. В число таких можно включить договоры поручения, комиссии, а также управления имущественными авторскими (смежными) правами на коллективной основе.

Договор поручения предполагает обязанность поверенного совершить от имени и за счет доверителя определенные юридические действия. От доверительного управления указанный договор отличается тем, что в результате действий поверенного права и обязанности возникают непосредственно у доверителя, а также ограниченной свободой усмотрения поверенного – в силу п. 1 ст. 863 ГК поверенный обязан исполнить данное ему поручение в соответствии с указанием доверителя. В рамках договора доверительного управления доверительный управляющий вправе совершать в отношении объекта управления любые фактические и юридические действия в интересах вверителя или выгодоприобретателя с учетом ограничений, которые могут быть предусмотрены законодательством или договором.

По договору комиссии комиссионер, действуя по поручению комитента, совершает одну или несколько сделок от своего имени, но за счет комитента. Отличия от доверительного управления состоят в том, что в рамках договора комиссии действия комиссионера в интересах комитента ограничены совершением сделок, условия которых изначально предопределены поручением комитента. В рамках договора доверительного управления доверительный управляющий в течение срока действия договора осуществляет в интересах вверителя или назначенного им третьего лица (выгодоприобретателя) деятельность по управлению имуществом, которая не ограничивается совершением сделок, при этом доверительный управляющий по общему правилу не ограничен поручением вверителя, осуществляя текущее управление в интересах вверителя или третьего лица-выгодоприобретателя. В этой связи можно привести представленное в литературе мнение о том, что суть обязательства доверительного управляющего состоит не в совершении отдельных юридических и фактических действий в отношении имущества, а в осуществлении комплексного управления этим имуществом с целью обеспечения его участия в имущественном обороте.

Ближе всего к договору доверительного управления исключительным правом упоминаемый в Законе № 262-З договор об управлении имущественными авторскими (смежными) правами на коллективной основе. Для понимания природы договора, на основании которого осуществляется коллективное управление имущественными авторскими (смежными) правами, необходимо обратиться к ст. 50 и 51 Закона № 262-З. Согласно п. 2 ст. 50 Закона № 262-З договор об управлении имущественными правами должен содержать перечень произведений и (или) объектов смежных прав, конкретные формы и способы их использования, в отношении которых организации по коллективному управлению имущественными правами передаются полномочия на управление, а также порядок расчета и выплаты вознаграждения, собираемого организацией по коллективному управлению имущественными правами. Договор о коллективном управлении имущественными авторскими (смежными) правами заключается на неопределенный срок. В свою очередь организация по коллективному управлению заключает договоры об использовании произведений и (или) объектов смежных прав с пользователями. В силу п. 3 ст. 51 Закона № 262-З такой договор заключается на условиях простой (неисключительной) лицензии.

Различия между договорами доверительного управления и коллективного управления можно провести по целому ряду оснований, в числе которых: субъектный состав договоров, возможность пользования объектом управления, возможность защиты права, находящегося в управлении, и др.

В силу ст. 898 ГК доверительным управляющим может быть ИП или коммерческая организация. Согласно п. 2 ст. 47 Закона № 262-З в качестве организации по коллективному управлению могут выступать только некоммерческие организации.

Действуя в интересах авторов и иных правообладателей, организация по коллективному управлению вправе заключать с пользователями только договоры неисключительной лицензии. Возможность доверительного управляющего заключать сделки по распоряжению исключительным правом, переданным ему в управление, может быть ограничена условиями договора, однако по общему правилу доверительный управляющий может в интересах вверителя или выгодоприобретателя совершать любые юридические и фактические действия, в т.ч. самостоятельно использовать объект управления, а также заключать сделки по распоряжению исключительным правом, переданным в управление.

Из содержания п. 2 ст. 895 ГК можно сделать вывод о том, что доверительный управляющий может осуществлять использование объекта доверительного управления. В силу п. 2 ст. 49 Закона № 262-З организация по коллективному управлению имущественными правами не вправе осуществлять использование произведений и (или) объектов смежных прав, права на которые переданы ей для коллективного управления.

Организация по коллективному управлению на основании п. 4 ст. 56 Закона № 262-З как от имени авторов и иных правообладателей, так и от своего имени может предъявлять требования, связанные с защитой прав, управление которыми они осуществляют. Право доверительного управляющего осуществлять защиту исключительного права, переданного ему в управление, не столь очевидно. Говоря о праве доверительного управляющего для защиты прав на имущество, находящееся в доверительном управлении, требовать всякого устранения нарушения его прав, законодатель отсылает к вещно-правовым способам защиты, предусмотренным ст. 282, 283, 285 и 286 ГК, которые по определению не применимы для защиты исключительного права. О возможности защиты исключительного права, переданного в управление, можно говорить лишь на основании системного анализа правовых норм.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что договор об управлении имущественными авторскими (смежными) правами на коллективной основе является самостоятельным видом гражданских договоров, не подчиняющимся правилам гл. 52 ГК.

В литературе было представлено мнение о необходимости рассматривать коллективное управление исключительными правами в качестве частного случая доверительного управления¹¹, однако оно не получило широкой поддержки. Как отмечается в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), ГК Российской Федерации выделяет два вида управления правом – доверительное управление и коллективное управление авторскими и смежными правами. При разграничении данных видов управления правом и толкования договора, на котором лицо основывает свое право на обращение в суд, для целей его квалификации необходимо учитывать различие в субъектном составе двух договоров.

Перейдем к анализу договора доверительного управления исключительным правом. Предписания гл. 52 ГК ориентированы на организацию управления объектами права собственности. Непосредственное применение ряда норм, регулирующих отношения сторон договора доверительного управления имуществом, в отношении исключительного права невозможно в силу неовеществленного характера объектов этого права. Именно поэтому задача настоящего исследования состоит в том, чтобы проанализировать возможности применения закрепленных в ГК норм о доверительном управлении имуществом в отношении исключительного права по принципу mutatis mutandis, т.е. с учетом соответствующих различий в объектах доверительного управления.

Основные нормы о договоре доверительного управления имуществом, которые необходимо распространить на договор доверительного управления исключительным правом, сводятся к следующему.

Вверителем по общему правилу может быть собственник имущества (ст. 897 ГК), а доверительным управляющим – только субъект предпринимательской деятельности (ст. 898 ГК). Применительно к исключительному праву как объекту доверительного управления это означает, что вверителем может выступать лицо, обладающее исключительным правом (правообладатель – в отношении объектов авторского права и смежных прав; патентообладатель – в отношении изобретений, полезных моделей, промышленных образцов, сортов растений; владелец товарного знака).

Вопрос в возможности лицензиата по договору исключительной лицензии заключить договор доверительного управления в качестве вверителя, как представляется, не имеет однозначного ответа. С одной стороны, сложно провести аналогию между собственником и лицом, временно обладающим исключительным правом на основании договора. В то же время сложившаяся в Российской Федерации судебная практика однозначно исходит из возможности лицензиата по договору исключительной лицензии передавать исключительное право в доверительное управление – в п. 49 Постановления № 10 лицензиат прямо называется в качестве возможного учредителя доверительного управления.

В отношении фигур доверительного управляющего и выгодоприобретателя применимы общие правила гл. 52 ГК.

Существенные условия договора доверительного управления имуществом, закрепленные в п. 1 ст. 899 ГК, включают:

● предмет договора, в т.ч. характеристику имущества, передаваемого в доверительное управление, и его стоимость;

● пределы использования имущества доверительным управляющим;

● определение выгодоприобретателя;

● размер и форму вознаграждения доверительному управляющему, если выплата вознаграждения предусмотрена договором;

● срок действия договора.

Применяя эти нормы в отношении исключительного права, можно сделать следующие выводы.

Предмет договора доверительного управления исключительным правом можно определить как оказание доверительным управляющим вверителю комплекса услуг, связанных с осуществлением исключительного права. Анализ российской практики применения указанной договорной конструкции свидетельствует о том, что наиболее распространенной моделью доверительного управления исключительным правом является заключение доверительным управляющим лицензионных договоров с третьими лицами, на основании которых предоставляется право использования соответствующих объектов интеллектуальной собственности (произведений, компьютерных программ, товарных знаков и др.). Кроме того, на доверительного управляющего возлагается защита исключительного права, переданного в управление.

Пределы использования имущества доверительным управляющим применительно к исключительному праву означает определение границ, в которых доверительный управляющий может осуществлять использование объекта интеллектуальной собственности, а также осуществлять распоряжение исключительным правом в отношении этого объекта. Согласно п. 2 ст. 895 ГК предполагается право доверительного управляющего совершать в интересах вверителя или выгодоприобретателя любые юридические и фактические действия с возможностью ограничения в отношении отдельных действий законодательством или договором. В этой связи представляется обоснованным мнение М.И. Брагинского и В.В. Витрянского о том, что в договоре доверительного управления имуществом не должен определяться конкретный набор действий, которые вправе совершать доверительный управляющий, иначе будет утрачен отличительный признак этого договора: осуществление доверительным управляющим в пределах, предусмотренных законом и договором, правомочий собственника в отношении имущества, переданного в доверительное управление. Учредитель доверительного управления имеет возможность повлиять на круг возможных действий доверительного управляющего лишь косвенным образом, исключив или ограничив его отдельные правомочия либо определив пределы их осуществления.

В литературе высказывается мнение о том, что исключительное право можно передать в управление по договору как в полном объеме, так и в определенных пределах, в частности, ограничиться передачей права в управление при условии распоряжения конкретным способом. Так, стороны могут ограничить правомочия доверительного управляющего возможностью заключения с третьими лицами договоров неисключительной лицензии. В случае если речь идет об управлении исключительным авторским правом, стороны могут уточнить, что предметом таких лицензионных договоров будет, к примеру, воспроизведение произведения, исключительное право на которое передано в доверительное управление, либо действие предполагаемых лицензионных договоров будет ограничиваться определенной территорией.

Договор доверительного управления определяется как возмездный. При этом справедливо суждение о том, что законодательством не ограничивается размер вознаграждения доверительному управляющему; стороны свободны в установлении формы вознаграждения доверительному управляющему, которое может быть выражено как в денежной, так и натуральной форме. Следует обратить внимание на то, что согласно ст. 906 ГК вознаграждение доверительного управляющего не включает возмещения расходов, которые он может понести при осуществлении доверительного управления. Эти расходы должны возмещаться за счет доходов от использования имущества, переданного в доверительное управление.

Срок, на который заключается договор доверительного управления, согласно п. 2 ст. 899 ГК не должен превышать 5-ти лет. При отсутствии заявления одной из сторон о прекращении договора по окончании срока его действия он считается продленным на тот же срок и на тех же условиях, какие были предусмотрены договором. В случае заключения договора доверительного управления исключительным правом эта норма требует уточнения в связи с тем, что срок, на который заключается договор, не может превышать срока действия исключительного права, передаваемого в управление. То же самое относится к возможности автоматического продления договора.

По общему правилу для договора доверительного управления требуется письменная форма, несоблюдение которой влечет недействительность договора (п. 3 ст. 900 ГК). Однако вопрос о форме договора доверительного управления исключительным правом требует более подробного анализа.

Если речь идет о доверительном управлении исключительным авторским или смежным правами, стороны должны руководствоваться предписанием ст. 900 ГК и могут ограничиться простой письменной формой.

Если в качестве объекта доверительного управления выступает исключительное право на объект права промышленной собственности, следует оценивать применимость норм о форме договоров, содержащихся в специальных законах, посвященных отдельным объектам права промышленной собственности. Согласно п. 5 ст. 11 Закона № 160-З лицензионный договор, договор уступки исключительного права на изобретение, полезную модель, промышленный образец, изменения в них, а также в случаях, предусмотренных законодательными актами и постановлениями Совета Министров, иные договоры, предусматривающие распоряжение исключительным правом на изобретение, полезную модель, промышленный образец, изменения в них регистрируются в патентном органе в порядке, установленном законодательством. Согласно п. 6 ст. 11 Закона № 160-З несоблюдение требования о регистрации договоров и изменений в них влечет их недействительность. Закон от 13.04.1995 № 3725-XII «О патентах на сорта растений» в ст. 28 и 29 предусматривает обязательную регистрацию патентным органом договора уступки исключительного права на сорт, а также лицензионного договора. Закон от 05.02.1993 № 2181-XII «О товарных знаках и знаках обслуживания» в ст. 24 предусматривает требование регистрации только в отношении лицензионного договора и договора уступки исключительного права на товарный знак. Таким образом, предписания Закона № 160-З допускают возможность расширения круга договоров, подлежащих регистрации в патентном органе, на уровне постановления Правительства. Согласно постановлению Совета Министров от 21.03.2009 № 346 «О регистрации лицензионных договоров, договоров уступки прав на объекты права промышленной собственности, договоров о залоге имущественных прав, удостоверяемых свидетельством на товарный знак, знак обслуживания, и договоров комплексной предпринимательской лицензии (франчайзинга)» в Государственном реестре лицензионных договоров, договоров уступки и договоров залога прав на объекты интеллектуальной собственности Республики Беларусь подлежат регистрации и иные договоры, которые по своему содержанию соответствуют договорам уступки, лицензионным договорам и договорам залога. Означает ли это необходимость регистрации в патентном органе договоров доверительного управления исключительными правами на изобретения, полезные модели, промышленные образцы? Согласно ч. 3 п. 2 ст. 3 ГК нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать ГК, в случае расхождения указанных актов с ГК действует последний. Руководствуясь указанным правилом, следует говорить о том, что требование регистрации в патентном органе не распространяется на договоры доверительного управления исключительными правами на изобретения, полезные модели, промышленные образцы.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что для всех договоров доверительного управления исключительными правами в отношении любых объектов интеллектуальной собственности допустимо заключение договора в простой письменной форме.

Как отмечают М.И. Брагинский и В.В. Витрянский, из определения договора доверительного управления имуществом данный договор сконструирован как реальный, а это означает, что договор доверительного управления имуществом считается заключенным с момента передачи учредителем доверительного управления соответствующего имущества доверительному управляющему. Таким образом, для возникновения обязательства доверительного управления имуществом требуется сложный юридический состав, состоящий из двух юридических фактов: подписания сторонами соглашения и передачи доверительному управляющему имущества, являющегося объектом указанного соглашения. Однако объект исключительного права носит идеальный характер, в связи с чем невозможна его фактическая передача, а сам договор доверительного управления исключительным правом может быть только консенсуальным, вступающим в действие с момента заключения.

Следует обратить внимание на особенности применения предписаний ст. 901 ГК, требующих обособления имущества, переданного в доверительное управление, от имущества доверительного управляющего, отражения его на отдельном балансе и ведения по нему самостоятельного учета. Применительно к управлению исключительными правами это означает необходимость отражения объекта доверительного управления в отдельном балансе в качестве нематериального актива.

В силу п. 3 ст. 895 ГК доверительный управляющий заключает сделки в отношении переданного в управление имуществом от своего имени, указывая при этом, что он действует в качестве доверительного управляющего. Это требование должно распространяться и на случаи заключения сделок с исключительным правом, находящимся в доверительном управлении. В отличие от договора комиссии, в отношении которого законодатель прямо называет комиссионера в качестве лица, приобретающего права и обязанности по сделке, заключаемой с третьим лицом (ч. 2 п. 1 ст. 880 ГК), применительно к договору доверительного управления имуществом законодатель не устанавливает, кто становится обязанным по сделкам, заключаемым доверительным управляющим, ограничиваясь указанием на то, что доверительный управляющий совершает их от своего имени. Однако в совокупности предписания п. 1 ст. 901 ГК об обособлении имущества, переданного в доверительное управление, от другого имущества вверителя, п. 1 ст. 903 ГК о том, что доверительный управляющий осуществляет в отношении имущества, переданного в доверительное управление, правомочия собственника, а также п. 2 ст. 903 ГК, согласно которому права, приобретенные доверительным управляющим в результате действий по доверительному управлению имуществом, включаются в состав переданного в доверительное управление имущества, а обязанности, возникающие в результате действий доверительного управляющего, исполняются за счет этого имущества, а также общее назначение института доверительного управления позволяют сделать вывод о том, что именно доверительный управляющий приобретает права и обязанности по сделкам, заключаемым с третьими лицами.

Законодатель предполагает личный характер выполнения обязательств доверительным управляющим (п. 1 ст. 904 ГК). Доверительный управляющий может поручить другому лицу (заместителю) совершать от имени доверительного управляющего действия, необходимые для управления имуществом, если он уполномочен на это договором доверительного управления, либо получил на это согласие вверителя в письменной форме, либо вынужден к этому в силу обстоятельств для обеспечения интересов вверителя или выгодоприобретателя и не имеет при этом возможности получить указания вверителя в разумный срок. При этом доверительный управляющий отвечает за действия избранного им заместителя, как за собственные.

Если цель доверительного управления имуществом может ограничиваться обеспечением его сохранности, то спецификой доверительного управления исключительным правом является его ориентированность на получение дохода от осуществления этого права, преимущественно в виде лицензионного вознаграждения, выплачиваемого третьими лицами на основании договоров, заключаемых с доверительным управляющим. Глава 52 ГК не содержит норм, прямо обязывающих доверительного управляющего передавать полученные доходы вверителю (выгодоприобретателю), однако эта обязанность вытекает из самого определения договора доверительного управления имуществом (п. 1 ст. 895 ГК). Поэтому сторонам, заключающим договор доверительного управления исключительным правом, необходимо в договоре определить периодичность и порядок перечисления этих доходов. Кроме того, доверительный управляющий обязан представить вверителю и выгодоприобретателю отчет о своей деятельности в порядке и сроки, установленные договором (п. 4 ст. 903 ГК).

Особенностью договора доверительного управления имуществом является закрепленный в ст. 907 ГК перечень оснований для прекращения договора, в котором в т.ч. называется отказ выгодоприобретателя от получения выгод по договору, если договором не предусмотрено иное, отказ доверительного управляющего или вверителя от осуществления доверительного управления в связи с невозможностью для доверительного управляющего лично осуществлять доверительное управление имуществом, а также отказ вверителя от договора по иным причинам при условии выплаты доверительному управляющему обусловленного договором вознаграждения, признания лица, являющегося вверителем, экономически несостоятельным (банкротом). Указанные правила в полной мере применимы в случае доверительного управления исключительным правом.

Особенностью правового регулирования договора доверительного управления имуществом является подход законодателя к определению ответственности доверительного управляющего. В силу п. 1 ст. 905 ГК доверительный управляющий, не проявивший при доверительном управлении имуществом должной заботливости об интересах выгодоприобретателя или вверителя, возмещает выгодоприобретателю упущенную выгоду за время доверительного управления имуществом, а вверителю – убытки, причиненные утратой или повреждением имущества с учетом его естественного износа, в т.ч. упущенную выгоду. Доверительный управляющий несет ответственность за причиненные убытки, если не докажет, что эти убытки произошли вследствие непреодолимой силы либо действий выгодоприобретателя или вверителя.

Безусловно, ключевой вопрос, связанный с доверительным управлением исключительным правом, следующий: происходит ли на основании договора доверительного управления переход исключительного права к доверительному управляющему либо вверитель сохраняет это право за собой?

Как отмечают в своей статье О.А. Рузакова и А.Б. Рузаков, затруднительность применения конструкции доверительного управления к исключительным правам обусловлена тем, что управление материальными объектами возможно в силу владения ими при отсутствии права собственности на них (право собственности не переходит к доверительному управляющему), а управление нематериальными результатами интеллектуальной деятельности и средствами индивидуализации при отсутствии прав на них вызывает сомнение¹². Как отмечают указанные авторы, при определении правовой природы доверительного управления исключительными правами в науке сложилось две позиции: первая – о возможности передачи или предоставления права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации доверительному управляющему, вторая – о недопустимости перехода или предоставления права доверительному управляющему, который осуществляет действия по управлению правами, не обладая ими.

По мнению О.А. Городова, в отличие от юридической схемы доверительного управления индивидуально-определенным имуществом, в рамках которой, согласно общепринятому мнению, не происходит перехода правомочий, составляющих право собственности на это имущество к доверительному управляющему, а имеет место лишь их осуществление в силу договорных условий другими лицами, переход правомочий, составляющих содержание исключительного права по договору доверительного управления, неизбежен, в противном случае управление будет безобъектным¹³.

Однако справедливо и замечание О.А. Рузаковой и А.Б. Рузакова о том, что исходя из недопустимости перехода права собственности на материальные объекты, по аналогии нельзя допускать и полное отчуждение исключительного права доверительному управляющему от правообладателя. В подтверждение своей позиции авторы ссылаются на российскую правоприменительную практику, сложившуюся в отношении доверительного управления исключительными правами¹⁴.

По мнению сторонников противоположной точки зрения, при учреждении управления объектом интеллектуальной собственности автор или иной правообладатель не передает принадлежащие ему правомочия, составляющие содержание исключительного права, доверительному управляющему, а возлагает на него обязанности по управлению объектом интеллектуальной собственности, т.е. осуществление правомочий, составляющих содержание исключительного права¹⁵. При такой схеме предполагается, что исключительное право остается у его обладателя.

В литературе представлена и компромиссная позиция. По мнению М.С. Андриановой, доверительный управляющий наделен правомочиями обладателя исключительных прав по распоряжению и использованию исключительными правами, передаваемыми ему правообладателем, однако данные правомочия доверительному управляющему не принадлежат (к ним доверительный управляющий относится как к чужим)¹⁶.

М.С. Андрианова предлагает в качестве решения проблемы предмета договора доверительного управления исключительным правом законодательное закрепление правового механизма доверительного управления с передачей исключительных прав доверительному управляющему на срок действия договора и, по истечении данного периода, их возвратом¹⁷. Указанный вариант представляется наиболее удачным, позволяющим дать непротиворечивое объяснение природы отношений, возникающих между обладателем исключительного права и доверительным управляющим.

Отдельного рассмотрения требует вопрос о праве доверительного управляющего на защиту исключительного права, переданного ему в управление. В литературе было высказано мнение о том, что «действующее законодательство не предусматривает право доверительного управляющего самостоятельно защищать права на объекты интеллектуальной собственности, в отношении которых учреждено доверительное управление, от нарушений со стороны третьих лиц»¹⁸. Уже упоминавшееся ранее предписание п. 3 ст. 903 ГК, говоря о праве доверительного управляющего на защиту, называет только вещно-правовые способы защиты.

Однако распространение правил о защите имущества, переданного в управление, на случай управления исключительным правом, очевидно, требует учитывать особенности объекта управления и допускать применимость способов защиты, соответствующих ему. Указанная концепция получила окончательное подтверждение в Постановлении № 10. Согласно п. 49 Постановления № 10 право доверительного управляющего на защиту исключительного права следует из права на защиту принадлежащего учредителю доверительного управления. Соответственно, если учредитель управления является правообладателем, и в доверительное управление передается право использования результата интеллектуальной деятельности определенным способом (или всеми способами), то доверительный управляющий вправе как осуществлять переданные ему в управление права, так и защищать их такими же способами, какими обладает правообладатель. Если же учредитель управления сам является лицензиатом, то правомочия доверительного управляющего зависят от того, переданы ли ему в управление права лицензиата, получившего их по договору исключительной лицензии или же получившего их по договору неисключительной лицензии. При этом учредитель доверительного управления, передавший исключительное право в доверительное управление, самостоятельно пользоваться предусмотренными ГК Российской Федерации мерами защиты не вправе.

Судебная практика.

В качестве типичного примера можно привести решение Арбитражного суда Красноярского края от 26.10.2020 по делу № Ф32-61224/2019 по иску ИП Р. к ООО «Л.» о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на фотографическое произведение. При этом исковые требования ИП Р. основывались на договоре доверительного управления, заключенном с автором фотографического произведения, гражданином В. Договором было предусмотрено, что доверительный управляющий принимает в управление исключительные права на результаты интеллектуальной собственности, указанные в приложении к договору, в т.ч. уполномочен совершать следующие действия: выявлять нарушения исключительных прав на произведение, вести переписку с нарушителями, в т.ч. направлять им претензии, предъявлять иски в защиту прав автора фотографии. Исковые требования были удовлетворены в полном объеме, а решение было оставлено в силе вышестоящими инстанциями, включая Суд по интеллектуальным правам.

Библиография

1. Фунтикова, Н.В. Доверительное управление по российскому законодательству и доверительная собственность по англо-американскому праву: автореф. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Фунтикова Наталья Владимировна; [Место защиты: Ин-т законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Рос. Федерации]. – Москва, 2004. – С. 4.

2. Гражданское право: учеб.: в 3 т. / Е.Н. Абрамова, Н.Н. Аверченко, К.М. Арсланов [и др.]; под ред. А.П. Сергеева. – М.: ТК Велби, 2009. – Т. 2 – С.730, 731.

3. Федулова, Д.В. Гражданско-правовая сущность доверительного управления / Д.В. Федулова // Вестник Томского государственного университета. – 2010. – № 332 (март). – С. 113–116.

4. Макаричев, А.В. Доверительное управление в праве интеллектуальной собственности: автореф. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Макаричев А.В.; [Место защиты: Рос. Гос. гуманитарный ун-т]. – Москва, 2011. – С. 4.

5. Баутин, В.М., Костин, В.Д. Доверительное управление правами на объекты интеллектуальной собственности / В.М. Баутин, Д.Д. Костин // Достижения науки и техники АПК. – 2006. – № 6. – С. 54.

6. Макаричев, А.В. Указ. соч. – С. 4.

7. Зубкова, Е.В. Доверительное управление исключительными правами: дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.03 / Зубкова Е.В.; [Место защиты: Рос. Гос. Ин-т интеллектуальной собственности]. – Москва, 2002. – 155 c.

8. Макаричев, А.В. Указ. соч. – С. 4.

9. Касьянов, А.С. Договорные способы распоряжения исключительным правом: автореф. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / А.С. Касьянов. – Москва, 2011. – 35 с.

10. Рузакова, О.А. Договор доверительного управления исключительными правами / О.А. Рузакова, А.Б. Рузаков // Патенты и лицензии. – 2017. – № 1. – С. 42.

11. Макаричев, А.В. Доверительное управление в праве интеллектуальной собственности: автореф. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Макаричев А.В.; [Место защиты: Рос. Гос. гуманитарный ун-т]. – Москва, 2011. – С. 21.

12. Рузакова, О.А. Договор доверительного управления исключительными правами / О.А. Рузакова, А.Б. Рузаков // Патенты и лицензии. – 2017. – № 1. – С. 43.

13. Городов, О.А. Интеллектуальная собственность: правовые аспекты коммерческого использования: автореф. дис. … докт. юрид. наук: 12.00.04 / Городов О.А.; [Место защиты: Санкт-Петербургский госуд. ун-т.]. – СПб., 1999. – С. 24.

14. Рузакова, О.А. Договор доверительного управления исключительными правами / О.А. Рузакова, А.Б. Рузаков // Патенты и лицензии. – 2017. – № 1. – С. 43.

15. Милохова, А.В. Предмет договора доверительного управления в праве интеллектуальной собственности /А.В. Милохова, А.В. Макаричев // Вестник РГГУ. Серия «Экономика. Управление. Право». – 2012. – № 3. – С. 130.

16. Андрианова, М.С. Договор доверительного управления исключительными правами в системе гражданско-правовых обязательств /М.С. Андрианова // Вестник РГГУ. Серия «Экономика. Управление. Право». – 2016. – № 1 (3). – С. 84.

17. Андрианова, М.С. Указ. соч. – С. 85.

18. Макаричев, А.В. Доверительное управление в праве интеллектуальной собственности: автореф. дис. … канд. юрид. наук: 12.00.03 / Макаричев А.В.; [Место защиты: Рос. Гос. гуманитарный ун-т]. – Москва, 2011. – С. 13.