Последствия отказа от договора

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 31 октября 2023 г.

Акцентируется внимание на последствиях реализации стороной права на односторонний отказ от договора в тех случаях, когда отказ от договора предусмотрен законодательством или договором (п. 3 ст. 420 Гражданского кодекса).

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

● Гражданский кодекс (далее – ГК)

Общие положения

Поскольку деловая договорная практика не всегда соответствует идеальным представлениям о своевременном и надлежащем исполнении возникших обязательств (в первую очередь речь идет о добросовестности контрагентов), закон предоставляет различные средства для прекращения договорных отношений, тем самым предоставляя сторонам возможность при определенных обстоятельствах и соблюдении предусмотренных законом или договором условий прекратить сложившиеся правоотношения и выбрать для дальнейших взаимоотношений другого контрагента.

Одним из средств, обеспечивающих указанную выше возможность, является односторонний отказ от исполнения договора (далее – отказ от договора).

Отказ от договора: обычная практика или крайняя мера

Отказ из договора в большинстве случаев реализуется в результате нарушения договорных обязательств контрагентом. По этой причине в судебной практике постепенно складывается подход, что отказ от договора как способ его расторжения является санкцией. Об этом свидетельствует также судебная практика, например, в постановлении судебной коллегии по экономическим делам Верховного Суда от 22.01.2020 по делу № 62-7/2019/233А/6К указано, что расторжение договора является исключительной мерой ответственности за нарушение условий договора. Аналогичный подход можно встретить и в иных судебных актах, например, в постановлении апелляционной инстанции экономического суда Витебской области от 24.02.2022 по делу № 152ЭИП21716/А. Однако к такому подходу необходимо относиться критически, поскольку отказ от договора на основании ГК не относится к мерам ответственности. В соответствии с требованиями ГК мерами ответственности являются лишь имущественные санкции (убытки, неустойка и т.д.).

С другой стороны, отказ от договора имеет определенную схожесть с мерами ответственности в той части, что при отказе от договора инициатор отказа тем самым самостоятельно как бы «наказывает» другую сторону, которая нарушила договорные обязательства. Но при этом такой отказ ничего общего с мерами ответственности не имеет.

Как представляется, отказ от договора весьма близок к мерам оперативного воздействия, т.к. применяется самостоятельно стороной договора во внесудебном порядке.

Договорная практика показывает, что отказ от договора в предпринимательских отношениях реализуется в большинстве случаев как крайняя мера ввиду нарушения договорных обязательств одной из сторон, тем самым подчеркивая, что в настоящее время отказ от договора является, скорее, крайней мерой, чем обычной практикой.

Правовые последствия отказа от договора

Отказ от договора является одним из способов расторжения договора (п. 3 ст. 420 ГК). Правовые последствия расторжения договора регулируются ст. 423 ГК.

Содержание п. 1 ст. 423 ГК буквально гласит: «При расторжении договора обязательства сторон прекращаются». Путем грамматической интерпретации указанной нормы и содержания п. 3 ст. 420 ГК можно прийти к выводу, что отказ от договора влечет его расторжение, а расторжение договора напрямую касается обязательств, они прекращаются. Согласно п. 1 ст. 288 ГК структура обязательства состоит из взаимных прав и обязанностей кредитора и должника. Соответственно, с расторжением договора прекращаются только права и обязанности сторон. Сам же договор как юридический факт остается состоявшимся и неизменным в том плане, что отказ от договора не имеет обратной силы и те права, а также обязанности, которые возникли из договора до момента его расторжения, не прекращаются.

Соответственно, последствия отказа от договора можно сформулировать следующим образом: отказ от договора прекращает права и обязанности, тем самым освобождая обе стороны от исполнения своих обязательств лишь на будущее время.

Указанный вывод согласуется как с содержанием положения п. 3 ст. 423 ГК, в котором указывается момент расторжения договора, так и с устоявшейся судебной практикой (решение экономического суда г. Минска от 06.02.2020 по делу № 160-28/2019, постановление судебной коллегии по экономическим делам Верховного Суда от 30.07.2019 по делу № 45-30/2019/542А/880К).

Права и обязанности, действующие после расторжения договора

Отказ от договора не затрагивает иных положений и условий, которые в силу своей сущности должны действовать и после расторжения договора.

Как правило, заключая договор как документ, стороны могут не осознавать, что они заключили не один договор, а несколько, например, условия о продаже товара и неустойке покупателя, помещенные в один договор как документ, по своей сути, являются 2 самостоятельными соглашениями (ст. 311, 312, 390, 424 ГК).

В практике распространены случаи, когда в один документ могут быть включены несколько различных по своей правовой природе договоров (соглашений), например, поставка и возмездное оказание услуг или выполнение работ и т.д. (п. 2 ст. 391 ГК).

В свою очередь, договоры (соглашения) могут подразделяться как на основные (главные), так и вспомогательные.

Так, из основных соглашений, как правило, возникают основные обязательства, о которых упоминается в п. 1 ст. 288 ГК. Основные обязательства характеризуются тем, что они опосредуют в большинстве случаев экономические отношения сторон.

Что касается вспомогательных соглашений, то они нужны для обслуживания основных. Вспомогательные соглашения следуют за основным или следуют назначению основного соглашения, и их нужно рассматривать как самостоятельные части договора (соглашения), т.е. как часть сделки. Например, к вспомогательным соглашениям можно отнести соглашение о конфиденциальности, соглашение о выборе применимого права, пророгационное соглашение, гарантийные обязательства и т.п.

Сам по себе отказ от договора прекращает все права и обязанности, связанные с основными обязательствами, но не прекращает обязательств (прав и обязанностей) из вспомогательных соглашений. Такие права и обязанности продолжают существовать и после отказа от договора.

Таким образом, применительно к каждому конкретному случаю уместно говорить, что отказ от договора по смыслу п. 1 ст. 423 ГК приводит к прекращению только основных обязательств. Однако отказ от договора не влечет прекращения вспомогательных соглашений и обязательств, несмотря на отказ от договора, они сохраняют свое действие.

Прекращение прав и обязанностей после отказа от договора

Последствия отказа от договора связаны с прекращением обязательств (прав и обязанностей) на будущее, т.е. после отказа от договора прекращаются те обязательства, которые еще не исполнены.

Те обязательства, которые возникли до отказа от договора на основании п. 1 ст. 423 ГК, не прекращаются. Сам по себе отказ от договора их не затрагивает, они сохраняются. Такие обязательства прекращаются по правилам, предусмотренным гл. 26 ГК. Например, если в длящемся правоотношении исполнитель в течение определенного времени должен оказывать услуги заказчику, который на каком-то этапе отказывается их оплачивать, в таком случае исполнитель вправе отказаться от договора и больше не оказывать услуги неплатежеспособному заказчику, при этом после отказа от договора исполнитель не утрачивает право требовать от заказчика исполнения обязанности по оплате оказанных услуг.

Отказом от договора инициатор отказа, среди прочего, показывает, что он как сторона договора больше не заинтересован в результатах взаимоотношений с контрагентом. Отказываясь от договора, неисполненные обязательства или соответствующие части, обязанность исполнения которых еще не возникла, прекращаются. Например, между сторонами заключен договор оказания клининговых услуг. Срок действия договора – 12 мес. Договором предусмотрено, что исполнитель обязан оказывать услуги ежемесячно по определенному графику. Если у заказчика есть долг перед исполнителем за услуги, оказанные в 3-м месяце, и у него есть претензии к исполнителю по качеству оказанных услуг или его компетенции, то заказчик вправе отказаться от договора, а исполнитель потребовать оплаты оказанных услуг за 3-й месяц. При этом, отказываясь от договора, заказчик преследует цель прекратить те обязательства исполнителя, которые возникнут в будущем, т.е. отказ от договора прекращает связь заказчика с исполнителем на 4-й и последующий месяцы оказания услуг.

В интерпретации п. 1 ст. 423 ГК цель отказа от договора как способа его расторжения состоит в том, чтобы вызвать прекращение неисполненного обязательства. Причем для целей п. 1 ст. 423 ГК обязательство считается неисполненным в том случае, когда оно по программе договорных отношений могло возникнуть за пределами отказа от договора. Например, если заключен договор аренды сроком на 12 мес., то отказ от договора по истечении 6 мес. аренды направлен на прекращение неисполненных обязательств сторон по предоставлению аренды и ее оплате в течение последующих 6 мес. аренды.

По общему правилу отказ от договора исключает ретроспективный эффект, об этом указывает п. 4 ст. 423 ГК. Возврат полученного, как исключение из общего правила, может быть предусмотрен законодательством или соглашением сторон. Например, в договоре стороны могут оговорить последствия на случай отказа от договора, в частности, что каждая из них возвращает другой все полученное или часть. Эта оговорка налагает на стороны новые (реверсивные) обязательства и компенсирует экономический дисбаланс, возникший в результате отказа от договора.

Урегулирование экономического дисбаланса или неосновательное обогащение?

Отказ от договора стороной, предоставившей исполнение, но не получившей встречного исполнения, создает, таким образом, несбалансированную ситуацию, которую необходимо разрешить.

Однако здесь необходимо указать, что для сторон в ГК прямо не закреплены обязательства по взаимному урегулированию уже исполненных обязательств в случае отказа от договора.

Вместе с тем в ч. 2 п. 6 постановления Президиума ВХС от 27.04.2011 № 30 «О некоторых вопросах применения хозяйственными судами положений Гражданского кодекса Республики Беларусь о неосновательном обогащении» указано, что в случае, если до расторжения договора одна сторона исполнила свои обязательства, но не получила встречное эквивалентное предоставление от другой стороны, расторжение такого договора по инициативе любой из сторон не лишает сторону, осуществившую исполнение, права на обращение с иском о взыскании неосновательного обогащения по правилам гл. 59 ГК, если обязанность предоставления встречного обязательства прекращается одновременно с прекращением договора.

Таким образом, право на возврат исполненного может быть реализовано по инициативе одной из сторон договора (потерпевшего), а правовым основанием для реализации такого права будут нормы о неосновательном обогащении (гл. 59 ГК).

Однако это далеко не универсальное правило, поскольку ГК знает и иные способы урегулирования экономического дисбаланса, например, при продаже товара в рассрочку продавец вправе не только отказаться от договора, но и при определенных условиях потребовать возврата проданного товара (п. 2 ст. 459 ГК).

С другой стороны, положение п. 2 ст. 459 ГК не всегда может применяться, например, если покупатель оплатил более 50 % цены товара, или переработал товар, или продал товар третьим лицам, то право покупателя на отказ от договора и возврат товара не может быть реализовано, поскольку не приведет к желаемому правовому результату. В такой ситуации покупатель должен использовать иной способ защиты нарушенного права.

Соответственно, положения п. 4 ст. 423 ГК не исключают возможность регулирования экономического дисбаланса, возникшего после отказа от договора, посредством норм о неосновательном обогащении. При ином подходе одна из сторон договора необоснованно обогащается.

Возможные особенности и исключения

В зависимости от существа правоотношений обязательство может иметь длящийся характер и исполняться по частям (например, поэтапное выполнение работ или оказание услуг, уплата авансов частями и т.п.). Длящееся обязательство также может иметь все признаки повторяющегося с многократным взаимодействием сторон (наиболее иллюстративным примером являются арендные правоотношения).

Если отказ от договора заявлен в длящихся правоотношениях, в которых имело место исполнение по частям, повторяющееся исполнение или иным образом делимое, то такой отказ прекращает только ту часть обязательства, которая не прекращена иным способом (гл. 26 ГК). Например, если исполнитель оказывает услуги заказчику по мытью окон в течение 1 года и 10 мес. из них были взаимно исполнены, то отказ от договора прекратит обязательства сторон на будущее, т.е. на одиннадцатый и двенадцатый месяцы.

Что если частичное исполнение, которое было предоставлено другой стороне, по своему характеру и особенностям не представляет для нее никакого экономического значения, интереса и ценности без предоставления остальной части исполнения или вовсе существенно уменьшено значение из-за невыполнения оставшейся части? Как представляется, в такой ситуации, несмотря на то, что другая сторона предоставила частичное исполнение, отказ от договора должен либо прекращать обязательства в целом, либо прекращать обязательства в неисполненной части. И нужно согласиться с тем, что нет никакого экономического смысла заявлять требование к стороне, нарушившей обязательства, и понуждать ее к исполнению в натуре. Более того, при понуждении к исполнению обязательства в натуре истец неизбежно столкнется с объективными трудностями в исполнении соответствующих требований на стадии исполнительного производства.

Как представляется, стороне, которая отказалась от договора, необходимо использовать иной способ защиты, например, взыскать с нарушителя убытки. Об этом также упоминается в п. 2 ст. 309, п. 5 ст. 423, п. 3 ст. 669 ГК.

Отказ от договора и третьи лица

Правовые последствия отказа от договора касаются только сторон договора (обязывающих правоотношений). Например, если покупатель продает приобретенный по договору купли-продажи товар третьему лицу до или после того, как управомоченная сторона заявила отказ от первоначального договора купли-продажи, то сам отказ от договора не влияет на переход права собственности от продавца к последующему покупателю. Возможность отказа от договора не ограничивает покупателя как приобретателя вещи в свободном обращении с вещью, в т.ч. в возможности ее продажи (ст. 210, п. 2 ст. 219, ст. 224 ГК). Приобретатель не утрачивает это право после отказа от договора и даже тогда, когда по договору в силу п. 4 ст. 423 ГК у него возникает обязанность вернуть предмет исполнения. Приобретенное покупателем право собственности как до, так и после отказа другой стороны от договора остается неизменным в силу последствий, предусмотренных п. 3 ст. 423 ГК, договор не считается несуществующим после отказа от него, а значит, сам по себе отказ от договора не лишает покупателя как собственника вещи права на распоряжение вещью по своему усмотрению (ст. 210 ГК).

При отказе из договора, если иное не установлено законодательством или согласовано сторонами, последствия возникают только для его сторон. Право собственности покупателя и других приобретателей отказом от договора не может быть поколеблено.

Даже если стороны предусмотрели последствия отказа от договора в виде возврата всего полученного, то последующий покупатель как лицо, находящееся вне первоначальных обязательственных отношений, не входит в круг лиц, обязанных вернуть вещь первоначальному продавцу, такая обязанность связывает только стороны первоначального обязательства (п. 3 ст. 289 ГК).

При отказе от договора право собственности к первоначальному продавцу не переходит автоматически, а третье лицо в силу закона защищено как новый собственник.

Отказ от договора не «аннулирует» вообще сам договор, т.е. расторжение не происходит с самого начала. Несмотря на отказ от договора, договор как правовое основание сохраняет все правовые последствия, из него возникшие. Это прямо вытекает из содержания ст. 403 и п. 3 ст. 423 ГК.

Отказ от договора и злоупотребление правом

Злоупотребление правом имеет место, когда кто-либо действует вопреки добросовестности при осуществлении прав и обязанностей (ст. 9 ГК).

Из смысла ст. 9 ГК вытекает, что никакое право не может быть реализовано с целью причинения вреда или реализовано иным образом, противоречащим добросовестности.

В некоторых ситуациях злоупотребление правом не всегда требует наличия намерения причинить вред в качестве основополагающего критерия. Согласно п. 4 ст. 9 ГК простого отсутствия добросовестности при реализации права может быть достаточно.

В отдельных случаях отказ от договора может оцениваться судом с точки зрения добросовестности и недопустимости злоупотребления правом.

Так, в практике стали встречаться дела, когда реализация права на отказ от договора блокировалась судом ввиду недобросовестных действий со стороны инициатора отказа. Иными словами, нормы ст. 9 ГК могут служить основанием для признания одностороннего отказа недействительным (постановление судебной коллегии по экономическим делам Верховного Суда от 16.08.2023 по делу № 155ЭИП231082).