Ответственность за оскорбление: субъективные признаки оскорбления и вопросы квалификации. Часть 2

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 15 ноября 2023 г.

Анализируются субъективные признаки оскорбления, раскрываются различные аспекты квалификации противоправных действий и отграничения от смежных правонарушений.

СОДЕРЖАНИЕ

Пункт 1. Потерпевший при оскорблении

Пункт 2. Момент окончания правонарушения

Пункт 3. Оскорбление – умышленное деяние

Пункт 4. Субъект правонарушения

Пункт 5. Отягчающие обстоятельства

Пункт 6. Оскорбление и иные составы правонарушений и преступлений

Пункт 7. Возможность признания оскорбления малозначительным деянием

Пункт 8. Лингвистическая экспертиза

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

● Уголовный кодекс (далее – УК)

● Кодекс об административных правонарушениях (далее – КоАП)

Пункт 1. Потерпевший при оскорблении

Потерпевшим от оскорбления может быть любое физлицо – как должностное, так и не должностное, но оно обязательно должно быть живым, т.к. у умершего не может быть внутренней самооценки. Важно, чтобы потерпевший способен был воспринимать обиду и неприличную форму оскорбительных действий. Поэтому невменяемый не может быть потерпевшим при оскорблении.

Оскорбление всегда опредмечено: потерпевшим является конкретное лицо. При этом необязательно, чтобы виновный, осуществляя оскорбление, называл конкретные имена или фамилии. Виновный их может не знать. Важно, что личности оскорбляемых были персонифицированы, будь то одно лицо или несколько лиц (например, виновный, стремясь унизить стоящих на улице лиц, говорит им: «Ты кретин, а ты козел вонючий»).

Таким образом, оценка оскорбительности высказываний или действий осуществляется непосредственно самим потерпевшим: унижены его честь и достоинство или нет. Именно потерпевший решает вопрос об обращении в правоохранительные органы с заявлением. Однако факт обращения в правоохранительные органы за защитой чести и достоинства не предрешает вопроса об административной ответственности, поскольку само обращение может явиться следствием мнительности потерпевшего и не найти своего подтверждения.

Индивидуальное восприятие оскорбления зависит от принадлежности человека (реципиента) к той или иной социальной группе. Коннотативное поле оскорбления в этом случае связано с индивидуальной интерпретацией речевого действия и оценивается самим потерпевшим на основе личностных представлений о допустимом и возможном речевом поведении.

Пункт 2. Момент окончания правонарушения

Правонарушение, установленное в ст. 10.2 КоАП, считается совершенным в момент осуществления самих действий, если они выполняются в присутствии потерпевшего и ему адресованы. В случаях, когда оскорбление было совершено в отсутствие потерпевшего, – с момента сообщения ему другими лицами высказанных в его адрес оскорбительных выражений.

Если потерпевшим оскорбительные действия виновного не были восприняты, например, потерпевший не разобрал смысл сказанного или ему не передали адресованные ему оскорбительные слова, рисунки и т.д., то в этом случае следует вести речь о покушении на оскорбление. Однако согласно ч. 3 ст. 2.1 КоАП административная ответственность за попытку совершения административного правонарушения наступает в случаях, прямо предусмотренных Особенной частью КоАП. Статья 10.2 КоАП не предусматривает административной ответственности за попытку (приготовление или покушение) оскорбления.

При оскорблении человеку наносится эмоциональный вред, который имеет нематериальный характер. В то же время моральный (эмоциональный) вред как общественно опасное последствие оскорбления должен быть доказан. При этом одного лишь заявления потерпевшего о том, что он испытал, например, чувство обиды в результате унижения его достоинства, полагаем, недостаточно. Следует установить объективные основания, которые подтверждают наличие у потерпевшего отрицательных эмоциональных переживаний.

Пункт 3. Оскорбление – умышленное деяние

Решающим фактором при квалификации должна быть направленность умысла виновного. КоАП указывает на то, что такое правонарушение осуществляется только умышленно. Если названные действия направлены именно на унижение чести и достоинства потерпевшего, то их следует квалифицировать по ст. 10.2 КоАП. Неосторожным оскорбление быть не может. Виновный осознает, что совершает действия, унижающие честь и достоинство другого человека, и желает совершить эти действия. Оскорбление всегда направлено на конкретное лицо.

Судебная практика.

Потерпевшая обратилась в суд с частной жалобой на действия правонарушительницы, просила привлечь ее к ответственности за оскорбление. Правонарушительница признана виновной в оскорблении, т.е. унижении чести и достоинства потерпевшей, выраженном в неприличной форме, содержащемся в публичном выступлении. Выступая на собрании трудового коллектива, директор предприятия (правонарушительница) просила коллектив тайным голосованием выразить заведующей производством (потерпевшей) свое «доверие» или «недоверие», поскольку последняя не выполняла приказы директора, нарушала трудовую дисциплину, организовывала выпивки в рабочее время, злоупотребляла своим должностным положением и поэтому ей нельзя было доверить материальные ценности.

Кроме того, правонарушительница заявила, что потерпевшая «использует предприятие в личных целях, как сутенер проститутку». После выступления директора работники предприятия провели тайное голосование и выразили недоверие заведующей производством.

Вышестоящая судебная инстанция не признала правонарушительницу виновной в оскорблении и указала следующее. Оскорбление представляет собой выраженную в неприличной форме отрицательную оценку личности потерпевшего, имеющую обобщенный характер и унижающую его честь и достоинство. Правонарушительница в судебном заседании пояснила, что на собрании трудового коллектива она, отрицательно характеризуя работу потерпевшей, употребила как сравнение слова «сутенер» и «проститутка», которые являются литературными (отдельные словари русского языка не относят их ни к бранным, ни к нецензурным), они не могут быть признаны неприличными. Правонарушительница никогда не интересовалась личной жизнью потерпевшей, а пыталась лишь прекратить ее злоупотребления по работе и на собрании рассказала о них и доказала это на фактах, сама не принимала участия в голосовании, ушла с собрания, чтобы не мешать коллективу в принятии решения. Все голосовали против потерпевшей, у нее была возможность высказать свое мнение о происходящем на собрании, но никаких претензий в своем выступлении она не заявляла, говорила о своих заслугах. Как считала правонарушительница, ее слова не были неприличными, она не имела намерения оскорбить честь и достоинство потерпевшей. Как следует из показаний свидетелей, правонарушительница не оскорбляла потерпевшую, она рассказала о ее плохой работе с приведением конкретных фактов, о развале производства, при этом отрицательную характеристику работы потерпевшей, содержащую упомянутое сравнение, никто из присутствующих на собрании не воспринял как ее оскорбление. Высказанная правонарушительницей фраза-сравнение не относилась именно к личности потерпевшей, а представляла собой оценку ее производственной деятельности.

При таких обстоятельствах в действиях директора предприятия отсутствует состав оскорбления.

Обстоятельства приведенного примера из судебной практики указывают на то, что отрицательная оценка производственной деятельности работника не содержит признаков оскорбления, в т.ч. по тому основанию, что в любом случае должна быть доказана умышленная вина лица.

Мотивы, по которым произошло оскорбление, могут учитываться при избрании меры административного взыскания.

При этом следует иметь в виду, что действия при оскорблении должны быть направлены против конкретного лица или группы лиц. Негативная неприличная оценка личности вообще, персонально никому не адресованная, может содержать состав другого правонарушения (например, мелкое хулиганство) или преступления. Так, нецензурная брань, свидетельствующая о явном неуважении к обществу, но персонально никого не оскорбляющая, квалифицируется как мелкое хулиганство (ст. 19.1 КоАП).

Пункт 4. Субъект правонарушения

Субъект рассматриваемого правонарушения не является общим, т.е. таковым признается физическое вменяемое лицо, достигшее на момент совершения деяния 14 лет.

Судебная практика.

Гражданка подвергнута административному взысканию за умышленное унижение чести и достоинства личности, выраженное в неприличной форме. В своей жалобе она указала, что с постановлением не согласна, т.к. ей более 80 лет, она страдает деменцией, состоит на учете в областной клинической психиатрической больнице, вследствие заболевания ничего из произошедшего не помнит.

Судья областного суда указал следующее. Административным правонарушением признается виновное деяние. Вина – это психическое отношение физлица к совершенному им противоправному деянию. Вместе с тем из материалов дела следует, что правонарушительница является престарелым лицом, в силу своего возраста – 80 лет, страдающим психическим заболеванием – деменцией умеренной степени. Она была госпитализирована в стационар областной клинической психиатрической больницы, в отношении нее подано заявление о признании недееспособной.

Согласно КоАП не подлежит административной ответственности физлицо, которое во время совершения деяния не могло сознавать фактический характер и противоправность своего действия вследствие психического заболевания. С учетом собранных по делу сведений имеются все основания полагать, что гражданка в момент совершения вмененного ей правонарушения не могла сознавать характер своих действий в силу имеющегося у нее возрастного психического заболевания. Обстоятельства содеянного – спонтанная словесная агрессия по незначительному поводу – также свидетельствуют о совершении таких действий лицом в состоянии невменяемости.

В связи с этим постановление судьи районного суда подлежит отмене, а дело – прекращению ввиду отсутствия в действиях гражданки состава правонарушения, т.к. деяние было совершено лицом, находящимся в состоянии невменяемости.

Пункт 5. Отягчающие обстоятельства

В части 2 ст. 10.2 КоАП установлены квалифицирующие признаки оскорбления, которые повышают ответственность за совершение указанного деяния. К числу таковых относятся:

● оскорбление в публичном выступлении;

● оскорбление в печатном или публично демонстрирующемся произведении;

● оскорбление в СМИ;

● оскорбление в информации, распространенной в сети Интернет, иной сети электросвязи общего пользования или выделенной сети электросвязи.

Судебная практика.

Гражданин признан виновным в умышленном унижении чести и достоинства личности, выраженном в неприличной форме (оскорблении), изложенном в информации, распространенной в сети Интернет. Адвокат гражданина в жалобе указала, что описанные гражданином комментарии к фотографии в соцсети не носили публичный характер, поскольку лица, их видевшие, по делу не установлены и не допрошены. Ссылалась также на отсутствие доказательств, свидетельствующих о неприличной форме комментариев правонарушителя.

Гражданин в судебном заседании признал себя виновным, показав, что посредством мобильного телефона с использованием сети Интернет при просмотре фотографий потерпевшей на сайте «Одноклассники» разместил 2 комментария в неприличной форме, преследуя цель оскорбить потерпевшую. Из показаний потерпевшей следует, что размещенные обвиняемым комментарии под ее фотографиями в соцсети были выражены в неприличной форме и являлись унизительными. Факт размещения комментариев с использованием сети Интернет, а также их содержание подтверждаются фотографиями, доступными к общему просмотру на странице сайта «Одноклассники», что опровергает доводы жалобы об отсутствии публичного характера.

Кроме того, относительно размещенных правонарушителем комментариев имеются записи иных лиц по поводу их оскорбительного содержания. Допущенная в комментариях опечатка не искажает смысл изложенного гражданином, который подтвердил, что тем самым преследовал цель унизить и оскорбить потерпевшую.

Важно также обратить внимание на позицию суда относительно проведения лингвистической экспертизы по делу. Как правило, такие ходатайства выдвигаются участниками процесса. По приведенному делу из судебной практики суд четко указал следующее: «Предметом лингвистической экспертизы является установление смыслового содержания текста, а не его правовая оценка, в связи с чем для установления неприличности конкретных слов необходимости в проведении лингвистических исследований не имелось».

Пункт 6. Оскорбление и иные составы правонарушений и преступлений

Оскорбление – это общий состав правонарушения в публичной сфере ответственности. Законодательство содержит также специальные составы оскорбления. Так, действиями, которые унижают честь и достоинство (согласно КоАП и УК), могут являться:

● оскорбление должностного лица госоргана (организации) при исполнении им служебных полномочий лицом, не подчиненным ему по службе (ст. 24.4 КоАП);

● распространение СМИ заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство Президента (ст. 24.22 КоАП);

● публичное оскорбление Президента (ст. 368 УК);

● оскорбление представителя власти или его близких в связи с выполнением им служебных обязанностей, совершенное в публичном выступлении, либо в печатном или публично демонстрирующемся произведении, либо в СМИ, либо в информации, размещенной в сети Интернет (ст. 369  УК);

● оскорбление судьи или народного заседателя в связи с осуществлением ими правосудия (ст. 391 УК);

● оскорбление подчиненным начальника или начальником подчиненного, совершенное в связи с исполнением ими обязанностей воинской службы (ст. 444 УК).

Кроме того, оскорбление может быть составной частью других правонарушений и преступлений, например, хулиганства (ст. 339 УК), осквернения сооружений и порчи имущества (ст. 341 УК), надругательства над историко-культурными ценностями (ст. 346 УК), надругательства над трупом или могилой (ст. 347 УК). Так, если оскорбительные действия преследовали цель разжигания расовой, национальной или религиозной вражды или розни, действия виновного необходимо квалифицировать по ст. 130 УК.

Также следует иметь в виду, что в отличие от уголовно наказуемых видов насилия оскорбление как административное правонарушение направлено не на причинение физической боли или вреда здоровью, а на унижение достоинства и чести потерпевшего. Так, в ряде случаев действия виновного, которые продиктованы желанием противопоставить себя обществу путем нарушения элементарных норм человеческого общежития посредством применения насилия над личностью, демонстрацией своего неуважения к обществу, должны рассматриваться как хулиганство (ст. 339 УК).

Если имеет место обезличенная нецензурная брань в общественных местах, оскорбительное приставание к гражданам, не связанные с прямым унижением их достоинства в неприличной форме, то такие действия образуют состав мелкого хулиганства (ст. 19.1 КоАП). Однако если нецензурная брань в общественных местах адресуется конкретному потерпевшему либо происходит оскорбительное приставание к гражданину, унижающее его достоинство в неприличной форме, то такие действия не могут квалифицироваться как мелкое хулиганство и образуют состав оскорбления по ст. 10.2 КоАП.

Пункт 7. Возможность признания оскорбления малозначительным деянием

Правоприменительная практика свидетельствует о том, что нередко виновные в оскорблении лица ходатайствуют об освобождении их от административной ответственности в силу малозначительности совершенного административного правонарушения. Такая возможность предусмотрена ст. 8.2 КоАП.

В настоящее время указывается, что независимо от категории административного правонарушения лицо, совершившее административное правонарушение, может быть освобождено от административной ответственности при малозначительности совершенного деяния. Малозначительным признается деяние, формально содержащее признаки какого-либо административного правонарушения, но которое с учетом своего характера, степени общественной вредности и обстоятельств совершения не причинило и по своему содержанию не могло причинить значительного вреда охраняемым интересам.

При освобождении физлица от административной ответственности в связи с признанием совершенного деяния малозначительным до начала административного процесса ему объявляется устное замечание.

Судебная практика.

В 2018 году (действовал КоАП 2003 года) постановлением районного суда на гражданку было наложено административное взыскание в виде штрафа в размере 2 БВ за совершение оскорбления. Постановлением судьи областного суда указанное постановление отменено, гражданка освобождена от административной ответственности и дело прекращено ввиду малозначительности совершенного административного правонарушения.

В жалобе потерпевшей ставился вопрос об отмене постановления судьи областного суда и оставлении в силе постановления районного суда о наложении административного взыскания на гражданку ввиду обоснованности привлечения последней к административной ответственности.

Жалоба была удовлетворена исходя из следующего. Гражданка была признана виновной в оскорблении, т.е. в умышленном унижении чести и достоинства, выраженном в неприличной форме. Административное взыскание наложено с учетом характера совершенного правонарушения, обстоятельств его совершения, данных о личности лица, в отношении которого ведется административный процесс, степени ее вины, оно соразмерно содеянному и является справедливым. Вместе с тем постановление судьи областного суда об отмене постановления районного суда не содержит мотивированных оснований для признания совершенного гражданкой правонарушения малозначительным. Кроме того, из материалов дела следует, что правам и законным интересам потерпевшей, которой в присутствии ее несовершеннолетних детей было нанесено оскорбление нецензурной бранью, причинен значительный вред, что исключает признание совершенного административного правонарушения малозначительным.

При этом в настоящее время КоАП содержит важное указание на то, когда вопрос о малозначительности не может быть рассмотрен, и освобождение лица от административной ответственности не применяется:

● к ИП, если совершенное правонарушение связано с осуществляемой им предпринимательской деятельностью;

● к должностному лицу в случае совершения им правонарушения в связи с неисполнением либо ненадлежащим исполнением своих должностных (служебных) обязанностей;

● если повторное совершение административного правонарушения влечет уголовную ответственность;

● по делам о правонарушениях, влекущих административную ответственность по требованию потерпевшего или его законного представителя.

Последнее основание указывает на то, что в настоящее время оскорбление не может быть признано малозначительным деянием. И если ранее такие факты имели место, то теперь их быть не должно в силу прямого указания закона.

Судебная практика.

В 2017 году постановлением суда гражданка признана виновной в умышленном унижении чести и достоинства потерпевшей, выраженном словесно в неприличной форме. В обоснование виновности гражданки в административном правонарушении судом приведены объяснения потерпевшей о наличии с правонарушительницей конфликтных отношений по поводу уборки общего коридора подъезда, высказывания последней в адрес потерпевшей оскорбительного выражения. Объяснения потерпевшей в полной мере соотносятся с фактическими данными об оскорблении, изложенными правонарушительницей.

В то же время выводы суда о необходимости наложения на гражданку административного взыскания обоснованными признать нельзя. В соответствии с КоАП 2003 года лицо, совершившее административное правонарушение, может быть освобождено от административной ответственности в случае признания совершенного административного правонарушения малозначительным. Малозначительным признается деяние, содержащее признаки какого-либо административного правонарушения и причинившее незначительный вред охраняемым КоАП 2003 года правам и интересам.

Из дела усматривается, что деяние правонарушительницы являлось кратковременным, какого-либо существенного вреда охраняемым КоАП 2003 года правам и интересам не причинило. Правонарушение может быть признано малозначительным. В связи с этим гражданка, с учетом данных о личности, может быть освобождена от административной ответственности по малозначительности административного правонарушения.

Немаловажное значение для привлечения лица к ответственности за оскорбление имеет оценка доказательств, правильное установление предмета доказывания, назначение и проведение лингвистической экспертизы и т.п.

Пункт 8. Лингвистическая экспертиза

Несмотря на неполное совпадение оскорблений в лингвокоммуникативном и юридическом аспектах, именно анализ спорного речевого акта как произведения речи и коммуникации в рамках лингвистического исследования является основой правовой квалификации. Поэтому лингвистическая экспертиза по делам об оскорблении преследует цель вскрыть содержание конфликтного речевого акта, смысл информационного и эмотивного посыла от адресанта к адресату, соответствие его содержания и формы коммуникативной норме данного социума в предлагаемых обстоятельствах, иллокутивная направленность и перлокутивный эффект высказывания (Иваненко, Г.С. Инвектива/оскорбление: аспекты квалификации в экспертной практике / Г.С. Иваненко // Вестник Кемеровского государственного университета. – 2016. – № 3. – С. 133).

Пример.

Гражданка обратилась с запросом к председателю правления садоводческого товарищества с целью предоставить возможность ознакомиться с материалами, затрагивающими ее права и законные интересы. В ответ на обращение гражданка получила письмо от председателя правления, именуемое как «Ответ на требования», в котором содержалось следующее изречение: «Я не знаю, как к Вам обращаться, Вы себя обезличили, лишили себя фамилии и имени. Давайте я буду обращаться к Вам как к гражданке М.В.В. Я надеюсь, это никак Вас не оскорбит (соблюдаю Закон о нераспространении персональных данных)». Далее по тексту также упоминается «М.В.В.». В связи с имеющейся неединообразной судебной практикой относительно понимания оскорбления и его признаков заявителем перед специалистом были поставлены следующие вопросы:

● является ли информация, содержащаяся в письме председателя правления, оскорбительной;

● содержится ли в указанном тексте негативная информация о лице;

● если негативная информация о лице содержится в письме, то выражена ли она в неприличной форме?

Специалист в своем заключении применительно к изложенной ситуации указал следующее.

Признание за человеком права на честь и достоинство, соблюдение и защита этого права – основная обязанность государства.

Оскорбительную (инвективную) лексику и фразеологию составляют слова и выражения, заключающие в своем семантическом значении и экспрессивной окраске отрицание личности того, по отношению к кому они употребляются. Они направлены на то, чтобы унизить, оскорбить, обесчестить, опозорить адресата своей речи.

Высказывание, адресованное в адрес гражданки, может свидетельствовать об унижении ее чести и достоинства как в ее субъективном личностном восприятии, так и в объективной констатации фактов.

Субъективный критерий признания унижения как совершенного в неприличной форме состоит в том, что таковым унижение должен посчитать для себя сам потерпевший, когда именно потерпевший воспринял высказывания, имевшие место или иные действия как посягательство на его достоинство. Поэтому, произошло ли унижение чести и достоинства или нет, его степень (глубину) оценивает сам потерпевший – гражданка. Поскольку гражданка обратилась с запросом по этому поводу, то можно говорить о том, что произошло унижение ее чести и достоинства.

Индивидуальное восприятие оскорбления зависит от принадлежности человека (реципиента) к той или иной социальной группе. Исходя из представленной информации, гражданка долгое время работала в госучреждениях и организациях, занимала руководящие должности, неоднократно награждалась госнаградами и круг ее общения был ограничен, связан с людьми культуры и искусства, образования и воспитания, где подобные высказывания всегда воспринимались оскорбительно. Коннотативное поле оскорбления в рассматриваемом случае связано с индивидуальной интерпретацией речевого действия и оценивается самим лицом (потерпевшим) на основе личностных представлений о допустимом и возможном речевом поведении.

Таким образом, с психологической точки зрения вред, наносимый оскорблением, субъективно воспринимается потерпевшим в форме переживания отрицательного эмоционального состояния (обиды). Поэтому, если гражданка испытала унижение собственной чести и достоинства, то имел место перлокутивный эффект речевого воздействия, оказанного на адресата.

Целью намеренного (осмысленного) оскорбления является понижение коммуникативного статуса оппонента, выведение диалога (очного или заочного) за рамки принятых норм как декларация пренебрежения, презрения.

Исходя из представленной информации, специалист заключил, что имело место умышленное унижение чести и достоинства гражданки. Председатель правления знал, адресуя письмо «М.В.В.», к кому именно он обращается, поскольку почтовый конверт содержал прямое указание на то, кому именно он был адресован (полные ФИО потерпевшей).

Обращение к адресату в виде «М.В.В.» было сделано сознательно, о чем может свидетельствовать особая формулировка, выделенная в письме, – «Я надеюсь, это никак Вас не оскорбит», с тем, чтобы подчеркнуть негативное отношение к личности гражданки. Кроме того, словосочетание «М.В.В.» в тексте употребляется не единожды, что свидетельствует об особом эмоциональном фоне его составителя.

Используемые автором письма слова в виде «М.В.В.», «Вы себя обезличили», «лишили фамилии и имени» в контексте имевших место ранее конфликтной ситуации, судебных разбирательств и неоднократных обращений сторон в госучреждения и организации имели своей целью нанесение психологической травмы, что предполагает в первую очередь коммуникативную установку субъекта речи на то, чтобы заставить адресата испытать унижение. В рассматриваемом случае присутствует вербальная агрессия как проявление неэтичного поведения, поскольку допускаемые составителем письма высказывания имеют своей целью провоцирование у адресата немедленной отрицательной реакции.

Употребление обсценных слов и выражений, а также форм, содержащих непристойность, в русской речевой культуре рассматривается как «абсолютная норма неприличия» по отношению к использованию языковых средств.

Адресная негативная информация о лице создает предпосылки образования в сознании окружающих его людей нового образа, который будет отличаться от первоначального своим искаженным или извращенным видом (в садовом товариществе гражданку могут начать называть «М.В.В.»). Таким образом, при адресной направленности вербальной агрессии и ее способности понизить социальную привлекательность личности можно говорить о том, что лицо подверглось насилию в виде коммуникативной перверсии. Исходя из прагматики содержания текста, видно намерение автора письма допустить оскорбительные высказывания и создать восприятие образа лица на основе системы вербализованных субъективных социальных оценок.

Контекст употребляемых выражений и ситуация, сложившаяся задолго до того, когда было составлено письмо, могут указывать на то, что факт оскорбления был выражен в неприличной форме. В рассматриваемом случае неприличная форма выражения может быть определена как откровенно циничная, резко противоречащая принятой в обществе манере обращения между людьми.

Неприличная форма как способ оскорбления означает унижение человеческого достоинства в степени, резко противоречащей общепринятым правилам общения между людьми, требованиям общечеловеческой морали. Отрицательная оценка личности потерпевшей в рассматриваемом случае выражается в особом цинизме, где обращение заявителя противоречит установленным правилам поведения, требованиям общечеловеческой морали.

Слова «Вы себя обезличили, лишили фамилии и имени», «я буду обращаться к Вам как к гражданке М.В.В.» свидетельствуют о том, что его составитель сознательно стремился причинить обиду адресату, позволяя себе допускать такие выражения. Обида как негативная эмоциональная реакция появляется в ответ на несправедливое отношение к лицу со стороны кого-либо, когда задевается чувство собственного достоинства человека, когда он осознает, что его незаслуженно унижают.

Используя унижающие выражения типа «лишили себя фамилии и имени», «обезличили» (согласно толковым словарям обезличить означает следующее: сделать безличным, лишить отличительных свойств, индивидуальных особенностей, конкретных черт; лишить отличительных черт, индивидуальных особенностей, присущих каждой отдельной личности, сделать похожим на других; лишить самостоятельности, возможности проявления себя как личности) и аббревиатуру «М.В.В.» (согласно словарям «МВВ» можно рассматривать как: метательное взрывчатое вещество; мельница вибрационная вертикальная; модуль ввода-вывода), которая может быть истолкована по-разному, составитель письма формулировал концепт обсценной лексики, которая в настоящее время рассматривается как способ унижения человеческого достоинства, что служит основанием для вывода о неприличной форме совершенного оскорбления.

Таким образом, понятие «неприличная форма» должно рассматриваться в контексте содержания высказывания, т.е. через оценку избранного адресантом способа выражения конфликтогенной интенции.

Одним из критериев соблюдения приличий служит учет табуированных смыслов и тем. Неприличие (непристойность) содержания – это нарушение тематических табу в общении, затрагивание и обсуждение тем, которые в обществе считаются недопустимыми в публичном обсуждении (например, секс, телесный низ и т.п.). Однако запреты, связанные с понятием «неприличного», могут касаться не только определенной тематики, но и некоторых коммуникативных (речевых) актов, которые затрагивают личную сферу адресата. Очевидно, что сознательное употребление таких слов, как «Вы себя обезличили, лишили фамилии и имени», «я буду обращаться к Вам как к гражданке М.В.В.», было непристойным и неприличным в глазах потерпевшей, поскольку она как человек культуры и искусства не давала ранее никому повода обращаться к себе подобным образом и никто к ней ранее таким образом не обращался (судя по той информации, которая была представлена в запросе).

При определении приличности или неприличности высказывания (нарушают ли они правила поведения или нет) следует учитывать денотативную ситуацию, т.е. место, время, обстановку произнесения и сам контекст высказывания. Интенция отправителя сообщения (председателя правления) – желание воздействовать на адресата, на его мотивы, страхи, и результатом такого воздействия может быть нанесение психологического вреда адресату в виде унижения его чести и достоинства.

Лексическое значение слова «неприличный» – не соответствующий, противоречащий правилам приличия, хорошего тона, непристойный – отражает корреляцию коммуникативно-этических и языковых категорий – приличия и нормы. Не для всех фактов использования языка вопрос о нормативности решается одинаково. Кодифицированные и некодифицированные нормы существенно различаются по их эксплицитности и обязательности выполнения членами социума. Для некодифицированных норм определение по шкале «прилично – неприлично» основано на оценке высказывания как конкретного дискурсивного акта в контексте ситуации общения и современных дискурсивных практик. Поэтому при анализе имевшего место высказывания в аспекте коммуникативной ситуации нельзя было обойтись без учета коммуникативных табу и ограничений.

Следовательно, оценка личности потерпевшей была выражена в неприличной форме негативного утверждения, связанного с нарушениями коммуникативно-этических табу. Семантику утверждения, сделанного председателем правления, следует рассматривать как табуированную как в русской, так и в европейской лингвокультуре. Автор письма сознательно использовал лексику, оказывающую влияние на понижение социальной привлекательности личности в ее собственных глазах, а также в глазах общественности. В этой ситуации «неприличность» как форма высказывания заключается в использовании средств инвективного характера, отрицающих общественную значимость адресата.

Таким образом, неприличную форму выражения, которая содержится в письме, можно усмотреть в коммуникативной ситуации понижения одним лицом другого в статусе, выражение крайне негативного отношения к потерпевшей, порождение негативных чувств, испытываемых объектом агрессивной речи и отрицательной оценки ситуации (широкая гамма речевых и неречевых действий и состояний как проявление человеческих взаимоотношений). В ходе такого инвективного воздействия одно лицо адресовало другому негативный речевой посыл, направленный на его психологическую травму.

В итоге специалист констатировал, что рассматриваемое письмо содержит в себе признаки оскорбления.

Оскорбительные слова и выражения необходимо отграничивать от оценочных суждений и описательных высказываний. Оценочные суждения личности отражают отношение и логические выводы субъекта и подвергают сомнению абсолютную либо относительную ценность индивида. Оценка индивида не подлежит опровержению, поскольку у каждого свои критерии ценностей. Оценка может быть как негативной, так и позитивной. Негативная оценка недопустима с правовой и этической точки зрения, если выражается в непристойных, бранных выражениях и словах (обсценная лексика), адресованных к конкретной личности и характеризующих ее. Следовательно, оценочное и личное мнение отличается категоричностью высказываний и соблюдением общепринятых приличий. 

Описательные выражения в практике затруднительно отнести к оскорбительным, т.к. в этом случае возникает вопрос о правдивости изложенной информации и соответствии действительности, что теоретически всегда может быть опровергнуто.