Подсудность спора о возмещении ущерба, причиненного недобросовестной конкуренцией на территории Республики Беларусь
Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 28 февраля 2024 г.
Рассматривается вопрос о том, суду какого государства подсудны споры, связанные с недобросовестной конкуренцией, если ущерб причинен иностранному субъекту действиями физических или юридических лиц на территории Республики Беларусь.
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ
● Договор между Республикой Беларусь и Литовской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, подписанный в г. Вильнюсе 20.10.1992 (далее – Договор от 20.10.1992)
В практике международного торгового оборота с участием субъектов Республики Беларусь возникают спорные правоотношения, связанные с возмещением ущерба, причиненного действиями недобросовестной конкуренции на территории Республики Беларусь.
При этом возникает следующий вопрос о том, суду какого государства подсудны такие споры, если ущерб причинен иностранному субъекту действиями иностранных или белорусских граждан и (или) юрлиц на территории Республики Беларусь.
В этой связи необходимо обратиться к заключенным Республикой Беларусь с иностранными государствами договорам о взаимной правовой помощи, например, рассмотреть Договор от 20.10.1992, если речь идет о взаимоотношениях субъектов Республики Беларусь и Литовской Республики.
В статье 20 Договора от 20.10.1992 содержится общее правило компетенции судов при разрешении споров между субъектами сторон.
Справочно
Согласно ст. 20 Договора от 20.10.1992, если указанный договор не определяет иного, суды каждой из договаривающихся сторон компетентны рассматривать гражданские и семейные дела, если ответчик имеет на ее территории место проживания. По искам к юрлицам они компетентны, если на территории настоящей стороны находится орган управления, представительства или филиал юрлица.
Суды договаривающихся сторон компетентны рассматривать дела и в других случаях, если об этом есть письменное соглашение сторон. При наличии такого соглашения суд прекращает производство по делу при подаче заявления ответчика, если такое заявление сделано до представления возражений по существу иска. Исключительная компетенция судов не может быть изменена соглашением сторон.
В случае возбуждения производства по делу между теми же сторонами, о том же предмете и на том же основании в судах обеих договаривающихся сторон, компетентных в соответствии с Договором от 20.10.1992, суд, возбудивший дело позже, прекращает производство по делу.
Из изложенного следует, что в силу положений Договора от 20.10.1992 общее правило подсудности определяется как «по месту нахождения ответчика – физического лица или месту нахождения органа управления, представительства или филиала юридического лица».
Таким образом, если следовать общему правилу, то спор мог быть рассмотрен и судами Литовской Республики, и судами Республики Беларусь, поскольку местом нахождения ответчиков-физлиц может быть Литовская Республика, а местом нахождения органа управления ответчика-юрлица – Республика Беларусь.
При этом следует обратить внимание на то обстоятельство, что Договор от 20.10.1992 не регламентирует отношения, связанные с возможностью наличия соответчиков, местом нахождения которых будут разные государства – участники Договора от 20.10.1992.
Однако наряду с общим правилом подсудности Договор от 20.10.1992 содержит и специальные правила подсудности.
Примечание
В силу п. 1 ст. 20 Договора от 20.10.1992 специальные правила подсудности превалируют над общим правилом подсудности (формулировка «если настоящий Договор не определяет иного»).
Специальное правило подсудности, относящееся к действиям по недобросовестной конкуренции, определено в ст. 41 Договора от 20.10.1992.
Справочно
На основании ст. 41 Договора от 20.10.1992 обязательства о возмещении вреда, кроме вытекающих из договоров и иных правомерных действий, определяются законодательством договаривающейся стороны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда.
По делам, названным в п. 1 ст. 41 Договора от 20.10.1992, компетентно учреждение юстиции договаривающейся стороны, на территории которой имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда.
Из указанного однозначно следует, что если речь идет о внедоговорном обязательстве по возмещению вреда, то в этом случае спор рассматривается судом (компетентным учреждением юстиции) того государства, на территории которого имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда.
Исходя из изложенных положений Договора от 20.10.1992 можно сделать вывод о том, что соответствующий спор должен был быть рассмотрен именно судом того государства, на территории которого имело место действие или иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда. В рассматриваемом случае – исключительно судом Республики Беларусь.
Полагаем, в п. 2 ст. 41 Договора от 20.10.1992 не содержится альтернативной подсудности. Иными словами, Договор от 20.10.1992 не предусматривает возможности рассмотрения спора, связанного с возмещением вреда:
● либо на территории, на которой имело место действие, послужившее основанием для требования о возмещении вреда;
● либо на территории, на которой имело место иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда.
Речь в данном случае идет не об альтернативной подсудности, а о субсидиарном (дополнительном) критерии определения специальной подсудности в связи с возмещением вреда.
Конструкция предписания п. 2 ст. 41 Договора от 20.10.1992 однозначно указывает на то, что спор по возмещению внедоговорного вреда рассматривает именно учреждение юстиции того государства, на территории которого имело место действие по причинению вреда. Если указанное место определить не удается или соответствующего действия не было, то тогда субсидиарно используется какое-либо иное обстоятельство, послужившее основанием для требования о возмещении вреда.
Изложенный подход к толкованию положений Договора от 20.10.1992 основывается на буквальном понимании норм указанного договора, а также на положениях Венской конвенции о праве международных договоров от 23.05.1969, в силу ст. 31 которой договор должен толковаться добросовестно в соответствии с обычным значением, которое следует придать терминам договора в их контексте, а также в свете объекта и целей договора. Специальное значение придается термину в том случае, если установлено, что участники имели такое намерение.
Подход, изложенный в Договоре от 20.10.1992, не является уникальным, а представляется достаточно распространенным взглядом на соответствующие отношения. Это подтверждается и положениями Конвенции о юрисдикции и приведении в исполнение судебных решений по гражданским и коммерческим делам, заключенной в г. Лугано 16.09.1988 (далее – Луганская конвенция), участником которой не является Республика Беларусь, но в которой участвуют государства – члены ЕС и Европейской ассоциации свободной торговли.
Согласно общему правилу о юрисдикции, содержащемуся в ст. 2 Луганской конвенции, лицам, имеющим домициль в договаривающемся государстве, независимо от их гражданства, предъявляются иски в судах этого государства.
Примечание
Под домицилием понимается постоянное место жительства физлица. Относительно юрлица действует ст. 53 Луганской конвенции, в силу которой в рамках Луганской конвенции местонахождение компании или другого юрлица или ассоциации физических либо юридических лиц рассматривается как их домициль. Однако, чтобы определить это местонахождение, суд применяет действующие в собственном государстве правила международного частного права.
Исходя из изложенного следует, что общим правилом подсудности согласно Луганской конвенции является предъявление иска по месту жительства физлица-ответчика или местонахождению юрлица-ответчика.
Однако наряду с указанным общим правилом Луганская конвенция содержит положения о специальной юрисдикции. В частности, п. 3 ст. 5 Луганской конвенции предусматривает, что лицу, имеющему домициль в одном договаривающемся государстве, может быть предъявлен иск в другом договаривающемся государстве по делам о правонарушениях, деликтах или квазиделиктах, не связанных с договорными отношениями, – в судах по месту, где произошло событие, причинившее вред.
Таким образом, Луганская конвенция предусматривает возможность обратиться с иском именно в суд по месту, где произошло событие, причинившее вред.
Однако указанное правило о подсудности не относится к исключительной юрисдикции, урегулированной в ст. 16 Луганской конвенции.
В пункте 1 ст. 6 Луганской конвенции предусматривается, что лицу, имеющему домициль в договаривающемся государстве, может быть также предъявлен иск, если оно является одним из нескольких ответчиков, – в судах по месту, где любой из них имеет домициль.
Изложенное последним правило о подсудности, как и общее правило о подсудности, применяется только в случае, если отсутствует положение о специальной подсудности.
Применительно к отношениям, указанным в вопросе, такое положение присутствует, следовательно, именно оно должно применяться к спорам по внедоговорным обязательствам, связанным с правонарушениями, деликтами или квазиделиктами.
Примечание
Описанный вывод подтверждается и практикой Европейского суда. Такое обстоятельство представляется тем более важным, поскольку в силу ст. 1 Протокола № 2 «О единообразном толковании Конвенции» к Луганской конвенции суды каждого договаривающегося государства, применяя и истолковывая положения Луганской конвенции, должным образом учитывают принципы, установленные судами других договаривающихся государств в соответствующих решениях, касающихся положений Луганской конвенции.
Таким образом, согласно устоявшейся практике Европейского суда правило о специальной юрисдикции, содержащееся в п. 3 ст. 5 Луганской конвенции, основывается на особо тесной связи между спором и судами по месту, где произошло или может произойти событие, причинившее ущерб. Последнее обстоятельство оправдывает закрепление юрисдикции за указанными судами в целях администрирования надлежащего отправления правосудия и организации эффективного процесса (п. 47 решения Европейского суда от 05.06.2014 по делу Coty Germany, С-360/12, EU:C:2014:1318; п. 73 решения Европейского суда от 10.09.2015 по делу Holterman Ferho Exploitatie и др., C-47/14, EU:C:2015:574, и указанная в нем практика).
Правило о специальной юрисдикции, содержащееся в п. 3 ст. 5 Луганской конвенции, согласно устоявшейся практике Европейского суда основывается также на том, что в делах о деликтах или квазиделиктах суд по месту, где произошло или может произойти событие, причинившее ущерб, как правило, располагает наилучшими возможностями для принятия решения в первую очередь благодаря близости предмета спора и более простого процесса сбора доказательств (п. 40 решения Европейского суда от 21.05.2015 по делу CDC Hydrogen Peroxide, С-352/13, EU:C:2015:335; п. 74 решения Европейского суда от 10.09.2015 по делу Holterman Ferho Exploitatie и др., C-47/14, EU:C:2015:574, и указанная в нем практика).
Кроме того, согласно формируемой практике Европейского суда местом, где был причинен ущерб, не является место жительства истца или основное местонахождение его имущества, если там он понес только финансовый ущерб, наступивший по причине утраты имущества, которая произошла в другой стране. Местом, где был причинен ущерб, является исключительно то место, где был причинен первичный прямой ущерб.
Таким образом, и Луганская конвенция (не имеет никакой обязательной силы в рамках рассматриваемых отношений) указывает на то, что если предметом спора является причинение вреда в рамках внедоговорных отношений, то такой спор подлежит разрешению именно судом, который находится в месте, где произошло событие, причинившее вред.
Вывод
Если ущерб причинен иностранному субъекту действиями иностранных или белорусских граждан и (или) юрлиц на территории Республики Беларусь, то соответствующий спор должен быть рассмотрен исключительно судом Республики Беларусь.