Признание недействительным решения единственного участника хозобщества: потенциальные истцы
Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 8 мая 2024 г.
Определяются потенциальные истцы по иску о признании недействительным решения единственного участника хозобщества, принятого в рамках реализации полномочий общего собрания участников хозобщества.
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ
● Гражданский кодекс (далее – ГК)
● Закон от 09.12.1992 № 2020-XII «О хозяйственных обществах» (далее – Закон № 2020-XII)
Решения единственного участника хозобщества, принятые в рамках реализации полномочий общего собрания участников хозобщества, возможны к обжалованию (оспариванию) в суде (экономическом суде) исходя из подходов, основанных на ст. 45 Закона № 2020-XII и ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023).
В качестве потенциальных истцов по искам об обжаловании (оспаривании) решений общего собрания участников хозобщества в соответствии со ст. 45 Закона № 2020-XII выступают 2 категории лиц:
● любой из участников ООО, ОДО, АО;
● любой из бывших участников ООО, ОДО, АО.
Однако применительно к обжалованию (оспариванию) решений единственного участника хозобщества, принятых в рамках реализации полномочий общего собрания участников, первая категория потенциальных истцов неприменима, т.к. единственный участник не будет оспаривать свои же решения.
Таким образом, если опираться исключительно на ст. 45 Закона № 2020-XII, то единственными потенциальными истцами по рассматриваемой категории дел могут быть лишь бывшие участники соответствующего хозобщества.
В связи с указанным возникает вопрос: насколько ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023), регламентирующая категории потенциальных истцов по обжалованию решений собраний, противоречит приведенным выше категориям потенциальных истцов, или они восполняют пробел в законодательном регулировании, следовательно, и потенциальные истцы, отраженные в ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023), могут быть лицами, обратившимися в суд с иском о признании недействительным решения единственного участника хозобщества, принятого в рамках реализации полномочий общего собрания участников.
Примечание
Если у соответствующего ООО, ОДО, АО с одним участником не было бывшего участника, то решение единственного участника некому обжаловать, поскольку единственный участник хозобщества не может обжаловать собственное решение.
Если решение единственного участника хозобщества, принятое в рамках реализации полномочий общего собрания участников хозобщества, нарушает, например, нормы законодательства о ценообразовании, налогообложении, валютного законодательства, законодательства, регламентирующего внешнеэкономическую деятельность и др., несмотря на то, что указанное является основанием для возможности признания судом недействительности соответствующего решения единственного участника хозобщества, надлежащим представляется не обращение единственного участника в экономический суд с иском о признании недействительным соответствующего решения единственного участника, а отмена указанным единственным участником соответствующего решения.
Аналогичное относится и к нарушению решением единственного участника хозобщества с одним участником требований устава соответствующего хозобщества. При этом альтернативой отмене единственным участником своего решения может быть внесение таким участником изменений в устав хозобщества, в результате чего решение станет соответствовать требованиям устава. Указанное возможно, если соответствующее положение устава, которому противоречит решение единственного участника, не основано на императивной норме законодательства.
Экспертное мнение
Представляется, что решение, не соответствующее уставу, которое будет ему соответствовать после изменения устава, все равно лучше единственному участнику отменить, приняв после этого новое решение, которое соответствует предыдущему.
В силу п. 2 ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023) решение собрания не может быть признано судом недействительным по основаниям, связанным с нарушением порядка принятия решения собрания, если оно подтверждено решением последующего собрания, принятым в установленном порядке до вынесения решения суда.
Поскольку законодатель в п. 2 ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023) допускает действительность первоначального решения через его подтверждение последующим решением лишь применительно к ситуации нарушения в первом случае порядка принятия решения, то применительно к решению единственного участника хозобщества с одним участником в уставе соответствующего хозобщества нет порядка его принятия, следовательно, речь идет о нарушении положений устава конкретного хозобщества, определяющего иные правоотношения.
Единственным участником хозобщества может быть и другое хозобщество, соответственно, другое хозобщество – единственный участник может принять свое решение в отношении первого хозобщества с нарушением порядка принятия соответствующих решений, отраженного в уставе второго хозобщества. Однако применительно к рассматриваемым отношениям речь идет не о нарушении устава второго хозобщества, а о нарушении положений устава первого хозобщества.
В соответствии с п. 3 ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023) решение собрания вправе оспорить в суде лицо, имевшее право участвовать в этом собрании, но не принимавшее участия в собрании или голосовавшее против принятия оспариваемого решения собрания, а также иные лица, для которых решение собрания порождает правовые последствия.
Таким образом, в п. 3 ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023) наблюдается возможная дополнительная категория потенциальных истцов по рассматриваемым искам в виде лиц, для которых решение единственного участника хозобщества, принятое в рамках реализации полномочий общего собрания участников, порождает правовые последствия.
В силу п. 1 ст. 1821 ГК (в ред. от 13.11.2023) правила, предусмотренные гл. 91 ГК (в ред. от 13.11.2023), применяются, если законодательными актами не определено иное.
Таким образом, гл. 91 ГК (в ред. от 13.11.2023), в т.ч. п. 3 ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023), применяется лишь постольку, поскольку она не противоречат ст. 45 Закона № 2020-XII, которая содержит закрытый перечень потенциальных истцов по искам об обжаловании (оспаривании) решений общего собрания участников хозобщества.
Следовательно, на первый взгляд, положения п. 3 ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023) как положения, дополняющие перечень потенциальных истцов, противоречат ст. 45 Закона № 2020-XII, в силу чего неприменимы.
Пункт 1 ст. 1821 ГК (в ред. от 13.11.2023) указывает на возможность применения п. 3 ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023) только в случае, если законодательными актами не предусмотрено иное, а в ст. 45 Закона № 2020-XII предусмотрено иное – закрытый перечень потенциальных истцов.
Однако, несмотря на изложенное, гипотетически допустим и второй подход, в основу которого может быть положен принцип анализа законодательных норм – исходя из существа отношений.
Так, если основываться на существе отношений, то можно признать, что категория потенциальных истцов по искам об обжаловании (оспаривании) решений единственного участника хозобщества, принятых в рамках реализации полномочий общего собрания участников хозобщества, в виде лиц, для которых решение единственного участника хозобщества порождает правовые последствия, не противоречит 2 категориям потенциальных истцов, отраженным в ст. 45 Закона № 2020-XII, а дополняет их, т.е. восполняет пробел в законодательном регулировании соответствующих отношений.
Решение единственного участника хозобщества, принятое в рамках реализации полномочий общего собрания участников, как правило, затрагивает права и законные интересы не только самого хозобщества, но и иных участников имущественного оборота. Иные участники имущественного оборота могут иметь негативные для себя правовые последствия соответствующего решения, следовательно, они должны иметь возможность нивелировать указанные правовые последствия с помощью определенных способов защиты своего нарушенного права, в качестве одного из которых и может выступать иск о признании недействительным решения единственного участника хозобщества, принятого в рамках реализации полномочий общего собрания участников.
Примечание
Пункт 3 ст. 1822 ГК (в ред. от 13.11.2023) указывает не на лиц, у которых есть негативные правовые последствия в связи с принятым решением собрания, а на лиц, для которых решение собрания породило правовые последствия. Следовательно, речь может идти и о лицах, для которых решение собрания породило не негативные, а положительные правовые последствия. Однако представить лицо, которое обжалует (оспаривает) решение, имеющее для него положительный характер, сложно.
Таким образом, исходя из существа отношений анализируемая дополнительная категория потенциальных истцов имеет право на существование и не противоречит ст. 45 Закона № 2020-XII, а восполняет законодательный пробел в интересах стабильности имущественного оборота и для защиты прав его участников.
Однако, несмотря на указанное, излагаемый второй подход можно поставить под сомнение исходя из существа отношений. Это объясняется тем, что, действительно, у участников имущественного оборота должны быть правовые механизмы защиты их прав и законных интересов, но восполнять законодательные пробелы, используя рассматриваемый принцип, необходимо лишь в случае, если у соответствующих участников имущественного оборота вообще нет никаких способов защиты нарушенного права.
Относительно порожденных решением единственного участника хозобщества, принятым в рамках реализации полномочий общего собрания участников, негативных правовых последствий для соответствующего участника имущественного оборота, как правило, у такого участника есть иные правовые способы защиты нарушенного права. В частности, если речь идет о том, что на основе решения единственного участника хозобщества с одним участником, принятого в рамках реализации полномочий общего собрания участников, например, была совершена сделка, которая затрагивает права и законные интересы соответствующего участника имущественного оборота, то в соответствии со ст. 11 ГК (в ред. от 13.11.2023) можно использовать такие гражданско-правовые способы защиты нарушенного права, как обращение в суд с иском об установлении факта ничтожности соответствующей сделки или о признании ее недействительной и применении последствий недействительности сделки. Кроме того, возможно использовать и иные способы защиты нарушенного права, урегулированные в ст. 11 ГК (в ред. от 13.11.2023):
● признание права;
● восстановление положения, существовавшего до нарушения права;
● пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения;
● самозащита права;
● возмещение убытков;
● взыскание неустойки;
● прекращение или изменение правоотношения.
Пленум Верховного Суда может посчитать признание в качестве потенциальных истцов по искам об обжаловании (оспаривании) решений единственного участника хозобщества, принятых в рамках реализации полномочий общего собрания участников, любых лиц, для которых соответствующее решение порождает правовые последствия, – общественным благом, соответствующим потребностям имущественного оборота, соответственно, и признать таких лиц в качестве потенциальных истцов.
Таким образом, если в подходе Пленума Верховного Суда или в рамках судебной практики возобладает второй подход, т.е. будет признана возможность подачи иска лицом, в отношении которого решением единственного участника хозобщества, принятым в рамках реализации полномочий общего собрания участников, порождены правовые последствия, то возникнет следующий вопрос: какие из законодательных оснований признания решения единственного участника хозобщества, принятого в рамках реализации полномочий общего собрания участников, недействительным, урегулированные в ст. 45 Закона № 2020-XII, в таком случае применимы, а какие нет.
Отвечая на поставленный вопрос, необходимо констатировать следующее. Нет обстоятельств, в силу которых решение единственного участника хозобщества, принятое в рамках реализации полномочий общего собрания участников, при применении второго подхода не может быть обжаловано (оспорено) лицом, в отношении которого решение породило правовые последствия по основаниям его несоответствия Закону № 2020-XII, иным актам законодательства, уставу конкретного хозобщества.
В то же время в отношении возможности подачи рассматриваемым лицом иска в связи с нарушением соответствующим решением прав и законных интересов единственного участника хозобщества или бывшего участника хозобщества усматривается проблема, связанная с тем, что, по нашему мнению, лицо, в отношении которого порождены последствия соответствующим решением, не может беспокоиться в интересах единственного участника хозобщества, если этот единственный участник сам за свои интересы не беспокоится. В подобной ситуации речь, вероятно, будет идти о том, что лицо, в отношении которого решением порождены последствия, действует в интересах единственного участника, противореча при этом собственным интересам.
Подача иска лицом, в отношении которого решение породило правовые последствия, в защиту прав и законных интересов бывшего участника хозобщества также невозможна, т.к. для подачи косвенного иска, т.е. иска в защиту интересов иного лица, необходимо законодательное установление, которое в данном случае отсутствует.
При этом нет законодательных оснований для видоизменения рассматриваемого последним основания признания недействительным решения единственного участника хозобщества, принятого в рамках реализации полномочий общего собрания участников, путем обжалования (оспаривания) соответствующего решения по основанию нарушения не прав участника (бывшего участника) хозобщества, а прав и законных интересов лица, в отношении которого имеются последствия, порожденные решением. Иными словами, Закон № 2020-XII не защищает права и законные интересы неизвестных ему участников имущественного оборота, в отношении которых присутствуют правовые последствия в связи с принятием решения единственного участника хозобщества, принятого в рамках реализации полномочий общего собрания участников.
Таким образом, даже если второй подход будет иметь право на существование, то у лица, имеющего последствия, обусловленные решением единственного участника хозобщества, принятым в рамках реализации полномочий общего собрания участников, будет возможность обжаловать (оспорить) указанное решение лишь по основанию его несоответствия или Закону № 2020-XII, или иному акту законодательства, или уставу конкретного хозобщества.