Процессуальные особенности рассмотрения цивилистических дел, связанных с экстремизмом. Часть 1
Читать «Процессуальные особенности рассмотрения цивилистических дел, связанных с экстремизмом. Часть 2»
Читать «Процессуальные особенности рассмотрения цивилистических дел, связанных с экстремизмом. Часть 3»
Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 27 марта 2026 г.
Акцентируется внимание на правовых основах противодействия экстремизму, субъектах противодействия экстремизму, подсудности дел, связанных с экстремизмом.
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ
● Кодекс гражданского судопроизводства (далее – КГС)
● Закон от 04.01.2007 № 203-З «О противодействии экстремизму» (далее – Закон № 203-З)
Правовые основы противодействия экстремизму
В части 1 ст. 1 Закона № 203-З экстремизм (экстремистская деятельность) определяется как деятельность граждан Республики Беларусь, иностранных граждан или лиц без гражданства либо политических партий, профсоюзов, других общественных объединений, религиозных и иных организаций, в т.ч. иностранных или международных организаций или их представительств, экстремистских формирований и ИП по планированию, организации, подготовке и совершению посягательств на независимость, территориальную целостность, суверенитет, основы конституционного строя, общественную безопасность путем совершения ряда действий (насильственного изменения конституционного строя и (или) территориальной целостности Республики Беларусь, захвата или удержания государственной власти неконституционным путем, создания экстремистского формирования либо участия в экстремистском формировании и пр.).
Борьба с экстремизмом, в т.ч. разработка правовых основ противодействия ему, имеет первостепенные важность и значение. В число правовых основ противодействия экстремизму входит законодательное закрепление процессуальных особенностей рассмотрения и разрешения судами дел, касающихся осуществления физическими и юридическими лицами экстремистской деятельности. Закон № 203-З предусматривает ряд таких особенностей. Вместе с тем некоторые из них имеют спорный характер. В доктрине же указанные вопросы фактически не исследованы, экстремистская деятельность и ее правовые последствия анализируются в основном лишь в пределах научных дисциплин криминального цикла1–17. Причем обращение к анализу обозначенной проблематики имеет повышенную актуальность в связи с вступлением в силу с 01.01.2026 КГС.
Субъекты противодействия экстремизму
Согласно ч. 3 ст. 6 Закона № 203-З субъектами противодействия экстремизму в пределах их компетенции являются:
● органы внутренних дел;
● органы госбезопасности;
● органы прокуратуры;
● органы погранслужбы;
● таможенные органы;
● орган государственной охраны;
● Следственный комитет;
● республиканский орган госуправления в сфере культуры;
● республиканский орган госуправления в сфере массовой информации;
● республиканский орган госуправления в сфере образования;
● республиканский орган госуправления по делам религий и национальностей;
● НАН Беларуси;
● органы юстиции;
● органы финансовых расследований КГК;
● местные исполнительные и распорядительные органы.
Как видно, суды общей юрисдикции в этом перечне прямо не названы, а под органами юстиции в ч. 3 ст. 6 Закона № 203-З подразумеваются, насколько можно понять из содержания ч. 7 ст. 7 Закона № 203-З, только Минюст и соответствующие главные управления юстиции областных и Минского городского исполкомов, которые в пределах своей компетенции призваны осуществлять контроль за соответствием деятельности политических партий, профсоюзов, других общественных объединений, религиозных организаций законодательству в области противодействия экстремизму и уставам данных юрлиц.
Фактически суды общей юрисдикции подпадают под действие ст. 8 «Полномочия других государственных органов и иных организаций в области противодействия экстремизму» Закона № 203-З, которая гласит: «Государственные органы, не указанные в статье 6 настоящего Закона, и иные организации осуществляют профилактические меры, участвуют в выявлении и пресечении экстремизма, а также оказывают содействие субъектам противодействия экстремизму в пределах своей компетенции, установленной настоящим Законом и иными актами законодательства». Надо полагать, что ст. 8 Закона № 203-З не отражает той роли, которую суды общей юрисдикции в действительности играют в реализации положений Закона № 203-З и в борьбе с экстремизмом. Закон № 203-З возлагает на суды общей юрисдикции полномочия по рассмотрению и разрешению ряда дел, реализуя которые суды общей юрисдикции осуществляют непосредственные и очень серьезные меры по противодействию экстремизму.
Это дела о (об):
● обжаловании официального предупреждения, вынесенного в адрес физлица (ч. 4 ст. 9 Закона № 203-З);
● обжаловании предписания об устранении выявленных нарушений, вынесенного в адрес учредителя (участника, собственника имущества), руководителя (руководящего органа) организации или ИП (ч. 6 ст. 10 Закона № 203-З);
● признании организации, зарегистрированной на территории Республики Беларусь, экстремистской, запрещении ее деятельности на территории Республики Беларусь и ее ликвидации, запрещении использования ее символики и атрибутики (ч. 2 ст. 11, ст. 12 Закона № 203-З);
● признании иностранной или международной организации, зарегистрированной за пределами Республики Беларусь, экстремистской, запрещении ее деятельности на территории Республики Беларусь, прекращении деятельности представительства такой иностранной или международной организации, расположенного на территории Республики Беларусь, запрещении использования их символики и атрибутики (ч. 2 ст. 11, ст. 16 Закона № 203-З);
● признании деятельности ИП экстремистской и ее прекращении, запрещении использования его символики и атрибутики (ч. 2 ст. 11, ст. 13 Закона № 203-З);
● обжаловании решения о признании группы физлиц экстремистским формированием и запрете деятельности такого формирования (ч. 1 ст. 15 Закона № 203-З);
● признании символики и атрибутики (за исключением нацистской символики и атрибутики), а также информационной продукции экстремистскими материалами (ч. 3 ст. 19 Закона № 203-З).
Таким образом, значительная часть Закона № 203-З посвящена деятельности судов общей юрисдикции, направленной на противодействие экстремистской деятельности, в связи с чем данные госорганы имело бы смысл непосредственно включить в перечень субъектов противодействия экстремизму, закрепленный в ч. 3 ст. 6 Закона № 203-З.
Подсудность дел, связанных с экстремизмом
Наделяя суды общей юрисдикции компетенцией по разбирательству указанных выше дел, Закон № 203-З в то же время не определяет четко того, когда эти дела подлежат разрешению теми судами общей юрисдикции, которые рассматривают гражданские дела, – районными (городскими), областными (Минским городским) судами и судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда, а когда теми судами общей юрисдикции, которые рассматривают экономические дела, – экономическими судами областей (г. Минска) и судебной коллегией по экономическим делам Верховного Суда (по смыслу Закона № 203-З иные виды правосудия – по уголовным делам и по делам об административных правонарушениях – для рассмотрения названных экстремистских дел не подходят).
Причем со вступлением в силу КГС проблема себя не исчерпала: ведь несмотря на то, что Гражданский процессуальный кодекс и Хозяйственный процессуальный кодекс (далее – ХПК) свое действие прекратили, в системе судов общей юрисдикции по-прежнему сохранилась отмеченная выше дифференциация на суды неэкономического профиля и суды экономической компетенции (последние в тексте КГС обозначаются обобщающим термином «экономические суды»), а потому проблема выбора вида правосудия просто трансформируется в проблему разграничения подсудности.
В первом предложении ч. 2 ст. 11 Закона № 203-З говорится, что одновременно с вынесением постановления о приостановлении деятельности организации, зарегистрированной на территории Республики Беларусь, представительства иностранной или международной организации, расположенного на территории Республики Беларусь, ИП «Генеральным прокурором, прокурорами областей, г. Минска подается соответственно в Верховный Суд Республики Беларусь, областные (Минский городской) суды, экономические суды областей (г. Минска) заявление (исковое заявление) о признании организации, зарегистрированной на территории Республики Беларусь, экстремистской, запрещении ее деятельности на территории Республики Беларусь и ее ликвидации, запрещении использования ее символики и атрибутики, либо о прекращении деятельности представительства иностранной или международной организации, расположенного на территории Республики Беларусь, признании этой иностранной или международной организации, зарегистрированной за пределами Республики Беларусь, экстремистской, запрещении ее деятельности на территории Республики Беларусь, запрещении использования ее символики и атрибутики, либо о признании деятельности индивидуального предпринимателя экстремистской и прекращении его деятельности, запрещении использования его символики и атрибутики».
Из приведенного предложения невозможно сделать вывод не только о критериях выбора надлежащего вида правосудия, но и вообще о том, каким из перечисленных судебных органов подлежит рассмотрению то или иное упомянутое в данном предложении заявление (исковое заявление). Ситуацию спасают только третье и четвертое предложения ч. 2 ст. 11 Закона № 203-З, которые гласят: «Такие дела рассматриваются Верховным Судом Республики Беларусь – в отношении представительства иностранной или международной организации, расположенного на территории Республики Беларусь, а также политических партий, республиканских профессиональных союзов, республиканских и международных общественных объединений; областными (Минским городским) судами – в отношении иных некоммерческих организаций; экономическими судами областей (г. Минска) – в отношении коммерческих организаций и индивидуальных предпринимателей. При подаче такого заявления Генеральным прокурором эти дела рассматриваются Верховным Судом Республики Беларусь».
Указания по поводу рассмотрения названных дел соответствующими судебными органами содержатся и в других структурных элементах Закона № 203-З, а именно:
● «Заявление (исковое заявление) о признании организации, зарегистрированной на территории Республики Беларусь, экстремистской, запрещении ее деятельности на территории Республики Беларусь, ее ликвидации и запрещении использования ее символики и атрибутики подается в Верховный Суд Республики Беларусь Генеральным прокурором, а в областные (Минский городской) суды, экономические суды областей (г. Минска) – прокурорами областей, г. Минска» (ч. 2 ст. 12 Закона № 203-З);
● «Исковое заявление о признании деятельности индивидуального предпринимателя экстремистской, ее прекращении и запрещении использования его символики и атрибутики подается в Верховный Суд Республики Беларусь Генеральным прокурором, а в экономические суды областей (г. Минска) – прокурорами областей, г. Минска» (ч. 2 ст. 13 Закона № 203-З);
● «Решение о признании иностранной или международной организации, зарегистрированной за пределами Республики Беларусь, экстремистской, запрещении ее деятельности на территории Республики Беларусь, прекращении деятельности представительства такой иностранной или международной организации, расположенного на территории Республики Беларусь, запрещении использования их символики и атрибутики принимается Верховным Судом Республики Беларусь на основании заявления (искового заявления) Генерального прокурора» (ч. 3 ст. 16 Закона № 203-З).
Вместе с тем наличие в третьем предложении ч. 2 ст. 11, ч. 2 ст. 12, ч. 2 ст. 13, ч. 3 ст. 16 Закона № 203-З упоминания про Верховный Суд и относящиеся к его ведению дела никак не позволяет решить вопрос о выборе надлежащего вида правосудия для рассмотрения данных дел, потому что в Верховном Суде функционирует несколько судебных коллегий, подчиняющихся разным процессуальным регламентам, в т.ч. судебная коллегия по гражданским делам и судебная коллегия по экономическим делам. Какая из этих двух коллегий подразумевается в третьем предложении ч. 2 ст. 11, ч. 2 ст. 12, ч. 2 ст. 13, ч. 3 ст. 16 Закона № 203-З, из буквального текста указанных норм какие-либо выводы сделать невозможно.
Можно лишь предположить, что поскольку на областном уровне дела о признании экстремистскими белорусских некоммерческих организаций подлежат рассмотрению в областных, Минском городском судах, а дела о признании экстремистскими белорусских коммерческих организаций и признании экстремистской деятельности белорусских ИП – в экономических судах областей, г. Минска (т.е. в порядке хозяйственного процесса), то и на уровне Верховного Суда такие же дела (в случае подачи по ним заявлений в высшую судебную инстанцию Генеральным прокурором согласно четвертому предложению ч. 2 ст. 11 Закона № 203-З) будут распределяться между судебными органами аналогичным образом: дела о признании экстремистскими белорусских некоммерческих организаций должны разрешаться судебной коллегией по гражданским делам, а дела о признании экстремистскими белорусских коммерческих организаций и признании экстремистской деятельности белорусских ИП – судебной коллегией по экономическим делам (т.е. по правилам ХПК).
Вместе с тем, как видно из третьего предложения ч. 2 ст. 11, ч. 3 ст. 16 Закона № 203-З, некоторые из дел, связанных с экстремистской деятельностью, судами областного уровня не рассматриваются, т.к. подсудны исключительно Верховному Суду. Это дела о признании экстремистскими политических партий, республиканских профсоюзов, республиканских и международных общественных объединений, запрещении их деятельности на территории Республики Беларусь и их ликвидации, запрещении использования их символики и атрибутики, а также дела о признании экстремистской иностранной или международной организации, зарегистрированной за пределами Республики Беларусь, запрещении ее деятельности на территории Республики Беларусь, прекращении деятельности представительства такой иностранной или международной организации, расположенного на территории Республики Беларусь, запрещении использования их символики и атрибутики. Какой из судебных коллегий Верховного Суда – по гражданским делам или по экономическим делам – должны рассматриваться подобного рода дела, сказать достаточно сложно.
Унификация процессуального законодательства в виде вступления в силу КГС имеет своим следствием то, что проблема распределения связанных с экстремизмом дел между гражданским и хозяйственным судопроизводством трансформируется в проблему разграничения подсудности данных дел между судами неэкономической компетенции (районные (городские) суды, областные (Минский городской) суды, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда) и судами экономического профиля (экономические суды областей, г. Минска, Апелляционный экономический суд, судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда), однако окончательного разрешения, как показывает обращение к положениям КГС, не получает.
Подсудность тех и других судов разграничивается в КГС следующим образом: законодателем установлены общие критерии подсудности дел экономическим судам (согласно п. 35 ст. 1 КГС термином «экономический суд» в КГС обозначается экономический суд области (г. Минска), Апелляционный экономический суд, судебная коллегия по экономическим делам Верховного Суда), соответственно, дела, не отвечающие данным критериям, подпадают под подсудность судов неэкономической компетенции.
Указанные критерии закреплены в ч. 1 ст. 45 КГС: «Экономические суды рассматривают по первой инстанции подведомственные судам дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности (за исключением дел, подсудных другим судам), с участием юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, Республики Беларусь и ее административно-территориальных единиц, государственных органов, должностных лиц, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законодательными актами, – организаций, не являющихся юридическими лицами, и иных граждан». Однако данное правило не позволяет четко разграничить подсудность дел, имеющих отношение к экстремизму, между экономическими судами и судами неэкономического профиля.
Во-первых, дела, касающиеся экстремисткой деятельности, по своему характеру весьма неоднородны, и применительно ко многим из них достаточно сложно сказать, имеется ли у них связь с предпринимательской деятельностью или же нет (например, как в отношении дел об обжаловании руководителем коммерческой организации предписания об устранении выявленных нарушений законодательства о противодействии экстремизму).
Во-вторых, дела, которые с точки зрения общих правил разграничения родовой подсудности должны рассматриваться экономическими судами, могут быть, наоборот, отнесены к подсудности судов неэкономического профиля (это вытекает из используемой в ч. 1 ст. 45 КГС оговорки «(за исключением дел, подсудных другим судам)»).
В-третьих, дела, которые исходя из общих правил разграничения родовой подсудности должны разрешаться судами неэкономической компетенции, могут быть отнесены к подсудности экономических судов (на это указывают слова, которыми завершается текст ч. 1 ст. 45 КГС: «а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законодательными актами, – организаций, не являющихся юридическими лицами, и иных граждан»).
Следовательно, изучаемая проблема требует обращения к иным (помимо ч. 1 ст. 45 КГС) положениям КГС, а также к предписаниям других (кроме КГС) законодательных актов. Анализ иных положений КГС показывает, что дела, связанные с экстремизмом, не отнесены прямо ни к подсудности экономических судов, ни к подсудности судов неэкономического профиля. Так, ст. 43 КГС гласит, что «гражданские дела, подведомственные судам, рассматриваются и разрешаются по первой инстанции районными (городскими) судами, за исключением дел, отнесенных к подсудности других судов». В развитие данной нормы ч. 1 ст. 44 КГС закрепляет весьма обширный перечень дел, подсудных областным (Минскому городскому) судам, однако дел, касающихся экстремистской деятельности, в этом перечне нет, хотя в то же время перечень завершает п. 16, которым предусмотрено, что областные (Минский городской) суды рассматривают по первой инстанции «иные дела в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными законодательными актами».
Аналогичным образом урегулирована родовая подсудность экономических судов первичного и среднего звена. Согласно ч. 3 ст. 45 КГС «экономические суды области (г. Минска) рассматривают дела по первой инстанции, за исключением тех дел, которые отнесены к подсудности Апелляционного экономического суда, Верховного Суда Республики Беларусь», а ч. 4 ст. 45 КГС закрепляет небольшой перечень дел, подсудных Апелляционному экономическому суду, который (перечень) не содержит упоминания про экстремистские дела и последний (третий) пункт которого указывает на «иные дела, отнесенные законодательными актами к подсудности Апелляционного экономического суда».
Что касается подсудности Верховного Суда, то в ч. 1 ст. 46 КГС имеется перечень дел, которые подлежат рассмотрению данным судебным органом по первой инстанции, в перечне отсутствует упоминание про дела, связанные с экстремистской деятельностью, и перечень заканчивается п. 6 про «иные дела в случаях, предусмотренных законодательными актами».
Однако самым примечательным здесь является то, что в ст. 46 КГС речь идет о подсудности Верховного Суда в целом, безотносительно к компетенции функционирующих в его структуре судебных коллегий, что закономерно порождает вопрос (ответа на который в КГС найти нельзя), какие из называемых ст. 46 КГС дел подлежат рассмотрению судебной коллегией по гражданским делам, какие – судебной коллегией по экономическим делам, и какие – судебной коллегией по делам интеллектуальной собственности.
Из всего текста КГС прямое указание на дела, касающиеся экстремистской деятельности, можно встретить только в нескольких местах: в ч. 2 ст. 122 КГС, предусматривающей сокращенный (месячный) срок для рассмотрения некоторых категорий дел по первой инстанции и ч. 4 ст. 351 КГС, закрепляющей примерный перечень подведомственных судам дел, возникающих из административных и иных публичных правоотношений, которые (дела) подлежат рассмотрению судами по требованиям органов и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями. Само собой разумеется, что из данных норм невозможно сделать выводов относительно того, какими именно судами общей юрисдикции – судами экономической компетенции или судами неэкономического профиля – подлежат рассмотрению экстремистские дела.
Получается, что для выяснения родовой подсудности названных дел необходимо обращаться к предписаниям других (помимо КГС) законодательных актов. По сути, единственный законодательной акт, который в этом вопросе был бы способен помочь, – это Закон № 203-З. Однако Закон № 203-З как раз и не позволяет четко разграничить родовую подсудность в отношении многих из дел, имеющих отношение к экстремисткой деятельности, т.к. в одних случаях Закон № 203-З говорит об обращении заинтересованного лица просто «в суд» (ч. 4 ст. 9, ч. 6 ст. 10, ч. 1 ст. 15 Закона № 203-З), в других случаях судебной инстанцией, компетентной на рассмотрение дела, называет Верховный Суд в целом, без идентификации его соответствующей судебной коллегии – по гражданским делам или по экономическим делам (ч. 2 ст. 11, ч. 2 ст. 12, ч. 2 ст. 13, ч. 3 ст. 16 Закона № 203-З).
Библиография
1. Алескеров, В.И. О некоторых аспектах преступлений экстремистской и террористической направленности, совершаемых с использованием сферы телекоммуникаций и компьютерной информации / В.И. Алескеров // Рос. юстиция. – 2019. – № 11. – С. 39–41.
2. Агапов, П. Уголовно-правовое противодействие финансированию экстремистской деятельности и терроризма / П. Агапов, И. Грудачёв // Уголов. право. – 2020. – № 6. – С. 4–9.
3. Торговченков, В. Перевод идеологов терроризма и экстремизма в отдельные исправительные учреждения / В. Торговченков // Законность. – 2020. – № 2. – С. 20–23.
4. Сигарев, А.В. Законодательство о противодействии экстремизму: требуется не либерализация, а модернизация / А.В. Сигарев // Рос. юстиция. – 2021. – № 1. – С. 55–57.
5. Алескеров, В.И. О преступлениях террористического характера и экстремистской направленности, совершаемых с использованием сферы телекоммуникаций и компьютерной информации / В.И. Алескеров, О.Н. Колокольчикова // Рос. юстиция. – 2021. – № 3. – С. 59–62.
6. Василевич, Г.А. Противодействие экстремизму по законодательству отдельных государств: сравнительный анализ / Г.А. Василевич // Предварительное расследование. – 2021. – № 1. – С. 23–28.
7. Елисеев, П. Противодействие экстремизму на современном этапе / П. Елисеев // Законность и правопорядок. – 2021. – № 4. – С. 14–17.
8 Савраскин, С.Н. Основные направления правового регулирования борьбы с экстремизмом в России / С.Н. Савраскин // Вестн. Могилев. ин-та МВД Респ. Беларусь. – 2022. – № 2. – С. 69–76.
9. Кунашев, А.А. Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности: проблемы квалификации и отграничения от смежных конкурирующих составов / А.А. Кунашев // Уголов. право. – 2023. – № 2. – С. 25–37.
10. Бормотова, Л.В. Процессуальные средства борьбы с экстремизмом / Л.В. Бормотова // Государство и право. – 2023. – № 2. – С. 183–187.
11. Чубковец, К. Некоторые аспекты привлечения к уголовной ответственности за преступления, связанные с созданием экстремистского формирования, участием в нем и содействием экстремистской деятельности / К. Чубковец // Законность и правопорядок. – 2023. – № 2. – С. 31–34.
12. Мартыненко, И.Э. Гражданско-правовые и иные средства противодействия экстремистской деятельности, их реализация в целях защиты исторической памяти и недопущения реабилитации нацизма / И.Э. Мартыненко // Актуальные проблемы гражд. права. – 2023. – № 1. – С. 74–87.
13. Ключко, Р.Н. Уголовно-правовые средства противодействия распространению экстремистских материалов с использованием глобальной компьютерной сети Интернет / Р.Н. Ключко, Е.А. Пилинога // Веснік Гродзенскага дзяржаўнага ўніверсітэта імя Янкі Купалы. – 2023. – № 2. – С. 125–135.
14. Козыренко, Р.Н. Поставить лайк или дизлайк: о новых формах экстремистской деятельности в информационном пространстве Республики Беларусь / Р.Н. Козыренко // Вестн. Могилев. ин-та МВД Респ. Беларусь. – 2023. – № 2. – С. 87–93.
15. Смоляков, П.Н. Как установить место совершения интернет-правонарушения и преступления (на примере экстремистской деятельности) / П.Н. Смоляков // Уголов. право. – 2024. – № 2. – С. 48–53.
16. Кравец, В.В. Нормативное закрепление противодействия экстремизму на белорусских землях: ретроспективный анализ / В.В. Кравец // Вестн. Акад. МВД Респ. Беларусь. – 2024. – № 1. – С. 121–128.
17. Реутская, Е.А. Понятие и сущность экстремизма в Республике Беларусь и Российской Федерации: современное состояние / Е.А. Реутская, Е.З. Сидорова // Вестн. Акад. МВД Респ. Беларусь. – 2024. – № 2. – С. 206–212.