Ответственность юрлица за предоставление незаконного вознаграждения, совершенного от его имени или в его интересах

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 27 октября 2026 г.

Исследуются положения национального и международного права, предусматривающие уголовную и административную ответственность юрлица за коррупционные действия лиц, совершивших их от имени или в интересах такого юрлица.

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

● Конституция

● Конвенция Организации Объединенных Наций против коррупции от 31.10.2003 (далее – Конвенция против коррупции)

● Кодекс об административных правонарушениях (далее – КоАП)

● Уголовный кодекс (далее – УК)

● Уголовно-процессуальный кодекс (далее – УПК)

● Процессуально-исполнительный кодекс об административных правонарушениях (далее – ПИКоАП)

● Закон от 15.07.2015 № 305-З «О борьбе с коррупцией» (далее – Закон № 305-З)

● Закон от 15.04.2026 № 138-З «Об изменении кодексов по вопросам административной ответственности» (далее – Закон № 138-З)

● Закон от 08.01.2014 № 124-З «О конституционном судопроизводстве» (далее – Закон № 124-З)

● постановление Пленума Верховного Суда от 30.06.2022 № 3 «О применении судами норм Общей части Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях» (далее – Постановление № 3)

● постановление Пленума Верховного Суда от 26.06.2003 № 6 «О судебной практике по делам о взяточничестве (статьи 430, 431 и 432 Уголовного Кодекса Республики Беларусь)» (далее – Постановление № 6)

Общая характеристика ст. 24.59 КоАП

Среди обширного числа новелл, вошедших в КоАП 2021 года, введенный в действие с 01.03.2021, значится и ст. 24.59 КоАП, впервые установившая административную ответственность за действия, которые не влекли такой ответственности в соответствии с предшествующим КоАП 2003 года.

Статья 24.59 КоАП предусматривает административную ответственность юрлица за передачу материальных ценностей либо предоставление выгод имущественного характера, совершенных от имени или в интересах этого юрлица. Представляется, что, пойдя на такой шаг, законодатель преследовал цель реализовать соответствующие нормы обязательного для Республики Беларусь международного договора. Таким договором является ратифицированная Республикой Беларусь в 2004 году Конвенция против коррупции, ст. 26 которой, получившая название «Ответственность юридических лиц», предусматривает право государства – участника этой Конвенции вводить не только гражданско-правовую и уголовную, но и административную ответственность юрлиц за коррупционные действия, признаваемые преступлениями.

Очевидна антикоррупционная направленность дополнения КоАП ст. 24.59, повлекшего расширение сферы противодействия взяточничеству, уголовная ответственность за которое предусмотрена ст. 430–432 УК.

Установленная в ст. 24.59 КоАП штрафная санкция дополнила применяемый государством в отношении физлиц арсенал мер уголовной ответственности, предусмотренных ч. 2 ст. 46, ст. 46¹ УК (специальная конфискация) и ст. 431 УК (с широкой линейкой видов наказания от штрафа до лишения свободы на определенный срок).

Использование ст. 24.59 КоАП в борьбе с коррупцией имеет и профилактическую составляющую, которая, полагаем, учитывалась при принятии решения о реализации в отечественном законодательстве положений ст. 5 Конвенции против коррупции, посвященной политике и практике предупреждения и противодействия коррупции, и ст. 26 этой Конвенции.

Введение в КоАП ст. 24.59 привело в 2022 году к изменению ст. 38 Закона № 305-З. В действующей редакции этой статьи предусмотрено, что если физлицом от имени или в интересах юрлица, в т.ч. иностранного, осуществлялся подкуп государственного должностного или приравненного к нему лица либо иностранного должностного лица, то это юрлицо несет ответственность в соответствии с законодательными актами.

При принятии КоАП 2021 года ст. 24.59 имела одну часть, в которой устанавливалась административная ответственность юрлица за передачу материальных ценностей либо предоставление выгод имущественного характера в виде взятки должностному лицу (ст. 431 УК) от имени или в интересах заинтересованного юрлица.

Законом № 138-З ст. 24.59 КоАП дополнена частью второй, которая предусматривает административную ответственность за передачу незаконного вознаграждения работнику госоргана либо иной госорганизации, не являющемуся должностным лицом (ст. 433 УК), от имени или в интересах заинтересованного юрлица. Ранее такие действия не влекли административной ответственности юрлица.

Количество юрлиц, привлекаемых к административной ответственности по ст. 24.9 КоАП, исчисляется десятками с тенденцией ежегодного прироста. Например, в 2022 году по ст. 24.59 КоАП было привлечено 24 юрлица с наложением на них штрафа в совокупном размере 33 676,86 руб., в 2023 году – 33 юрлица с наложением на них штрафа в совокупном размере 172 769,94 руб.

Как информировал Генеральный прокурор во время совместного заседания Палаты представителей и Совета Республики Национального собрания, в 2025-м и текущем годах по инициативе прокуроров привлечено 210 юрлиц, в т.ч. иностранных, к административной ответственности по ст. 24.59 КоАП. Общая сумма наложенных штрафов составила 2 000 000 руб.¹

Базой для применения ст. 24.59 КоАП служат решения органов уголовного преследования и судов, в которых признается, что физлицо, действуя от имени или в интересах юрлица, предоставило незаконное вознаграждение как должностному лицу (ч. 1 ст. 24.59 КоАП), так и работнику госоргана либо иной госорганизации, не являющемуся должностным лицом (ч. 2 ст. 24.59 КоАП). Например, за передачу указанным лицам незаконного вознаграждения:

● по ст. 431 УК («Дача взятки») в 2022 году в стране осуждено 162 чел., в 2023 году – 120, в 2024 году – 97, в 2025 году – 61;

● по ст. 433 УК («Незаконное вознаграждение») в 2022 году в стране осуждено 23 чел., в 2023 году – 54, в 2024 году – 31, в 2025 году – 27.

Взаимосвязь дачи взятки с ее получением, отсутствие у взяткополучателя возможности освобождения от уголовной ответственности, которая имеется у взяткодателя при наличии обстоятельств, указанных в примечании к ст. 431 УК, увеличивает базу для применения ст. 24.59 КоАП, поскольку с 2023 года число лиц, осужденных за дачу взятки по ст. 430 УК, стало превышать число лиц, осужденных по ст. 431 УК в среднем за 3 года на 40 %.

Так, если в 2022 году по ст. 430 УК («Получение взятки») в стране осуждено 162 чел. (столько же, что и за дачу взятки), то в 2023 и 2024 годах – по 233 чел. (больше числа осужденных за дачу взятки соответственно на 51,5 % и 41,6 %), в 2025 году – 229 чел. (больше на 26,6 %).

Санкции ч. 1 и 2 ст. 24.59 КоАП установлены с учетом тяжести преступлений, предусмотренных ст. 431 и 433 УК.

При совершении более тяжкого из них (ст. 431 УК) санкция ч. 1 ст. 24.59 КоАП предусматривает наложение штрафа на юрлицо в размере до 200 % от стоимости переданных материальных ценностей, предоставленных выгод имущественного характера, но не менее 50 БВ.

Согласно санкции ч. 2 ст. 24.59 КоАП за совершение преступления, менее тяжкого чем дача взятки, предусмотренного ст. 433 УК, на юрлицо может быть наложен вполовину меньший штраф: в размере до 100 % от стоимости переданных материальных ценностей, предоставленных выгод имущественного характера, но не менее 25 БВ.

Представители Генеральной прокуратуры отмечают, что наиболее подвержены коррупции сферы сельского хозяйства, промышленности, транспорта, строительства, здравоохранения и образования. Утверждается, что такой вид коррупции, как взяточничество, распространен в промышленности, в основном при исполнении и заключении договоров, проведении закупок и лоббировании интересов конкретного поставщика².

Судебная практика.

Иллюстрацией этого утверждения может служить уголовное дело в отношении У., обвинявшегося в даче взятки (ч. 1 ст. 431 УК), С.А. – в получении взятки (ч. 1 ст. 430 УК) и С. – в посредничестве в даче взятки (ч. 1 ст. 432 УК), рассмотренное 03.08.2026 судом.

Судом установлено, что У. (директор частного юрлица, производителя жидких минеральных удобрений), договорился с С.А. (директор сельхозпредприятия) о закупке сельхозпредприятием указанной продукции у этого юрлица в обход установленного порядка. За закупку минеральных удобрений исключительно у данной фирмы У. был обещан С.А. «откат» в процентном отношении от общей суммы поставок в течение года.

С.А., используя свои служебные полномочия, с февраля по август 2025 г. обеспечил заключение с указанной организацией через биржевые торги договоров поставки удобрений на общую сумму 202 395,12 руб., получив за это от У. с использованием посредника С. взятку в размере 8 300 руб.

Указанные лица признаны виновными в совершении названных преступлений.

По приговору суда У. назначено наказание в виде ограничения свободы с направлением в исправительное учреждение открытого типа на срок 1 год без штрафа, С.А. – в виде лишения свободы на срок 3 года 6 мес. с отбыванием наказания в исправительной колонии в условиях усиленного режима со штрафом в размере 500 БВ на сумму 22 500 руб. с лишением права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных обязанностей, на срок 5 лет, С. – в виде ограничения свободы на срок 1 год с направлением в исправительное учреждение открытого типа.

В соответствии с ч. 1 ст. 46¹ УК применена специальная конфискация в отношении денежных средств в размере 8 300 руб. как дохода, полученного преступным путем³.

Действие во времени ст. 24.59 КоАП в измененной редакции

Пункт 114 ст. 1 Закона № 138-З, которым ст. 24.59 КоАП изложена в новой, ныне действующей редакции, вступил в силу с 19.06.2026.

Дополнив ст. 24.59 КоАП второй частью, законодатель в соответствии с правилами законодательной техники придал диспозиции и санкции этой статьи статус ее первой части, не изменив ее содержания. Поэтому вопрос о действии во времени ч. 1 ст. 24.59 КоАП решается в соответствии с предписаниями ст. 1.9 КоАП следующим образом: предусмотренные в ней действия, совершенные как до, так и после 19.06.2026, подлежат квалификации и мерам административного взыскания по ч. 1 ст. 24.59 КоАП (в ред. Закона № 138-З).

Вопрос о действии во времени ч. 2 ст. 24.59 КоАП решается иначе. Он также подлежит разрешению с учетом предписаний ст. 1.9 КоАП.

В части 3 ст. 1.9 КоАП установлен запрет на придание обратной силы новому закону об административных правонарушениях, если он устанавливает противоправность деяния, усиливает ответственность, иным образом ухудшает положение лица, совершившего административное правонарушение.

Административная ответственность юрлица за передачу от его имени или в его интересах незаконного вознаграждения работнику госоргана либо иной госорганизации, не являющемуся должностным лицом, ранее не была предусмотрена в КоАП. Как следствие, п. 114 ст. 1 Закона № 138-З не имеет обратной силы, и административная ответственность по ч. 2 ст. 24.59 КоАП будет наступать только за предусмотренные в ней действия, совершенные после 18.06.2026.

Объективные признаки административного правонарушения, предусмотренного ст. 24.59 КоАП

Административное правонарушение, предусмотренное ст. 24.59 КоАП, отнесено к категории административных правонарушений против порядка управления.

Разместив ст. 24.59 в гл. 24 «Административные правонарушения против порядка управления» КоАП, законодатель обозначил и родовой объект посягательства административных правонарушений, включенных в эту главу. Им признан порядок управления, под которым принято понимать общественные отношения, в которых одни субъекты (управляющие) наделены полномочиями на принятие решений (управленческих решений), которые являются обязательными, подлежащими исполнению другими субъектами (управляемыми).

Изложенными в ч. 1 ст. 24.59 КоАП действиями причиняется вред порядку управления как в сфере государственного (публичного), так и негосударственного (частного) управления, в ч. 2 ст. 24.59 КоАП – только порядку управления в сфере государственного (публичного) управления.

Элементом порядка управления, которому причиняется вред действиями, предусмотренными ст. 24.59 КоАП, непосредственным объектом рассматриваемого административного правонарушения является установленный законодательством и локальными нормативными актами порядок вознаграждения должностных лиц и работников за осуществление ими служебной или трудовой деятельности как в госорганах и организациях, так и негосударственных организациях. Этот порядок вознаграждения запрещает указанным лицам получение каких-либо выгод имущественного характера за осуществление служебной или трудовой деятельности, кроме тех, которые предусмотрены законодательством и локальными нормативными актами.

Административное правонарушение, предусмотренное обеими частями ст. 24.59 КоАП, характеризуется совершением действий, выражающихся в передаче материальных ценностей либо предоставлении выгод имущественного характера лицам, имеющим соответствующие полномочия по службе или в связи с выполнением ими трудовых обязанностей на выполнение или невыполнение действий, значимых для юрлица, от имени или в интересах которого в нарушение установленных запретов передаются материальные ценности или предоставляются выгоды имущественного характера.

Например, из материалов дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 24.59 КоАП, рассмотренных областным экономическим судом в 2025 году, следует, что в основном взятки давались в денежной форме, а также в виде продуктов питания и напитков, стройматериалов, услуг имущественного характера (выполнения строительно-монтажных работ). В основном они передавались специалистам предприятий, ответственным за проведение закупок, с целью обеспечения победы юрлиц в этих процедурах, предоставления определенных прав, а также продолжения дальнейшего сотрудничества и обеспечения своевременной оплаты по уже заключенным договорам⁴.

Должностному лицу материальные ценности передаются, а выгоды имущественного характера предоставляются для него самого или его близких за благоприятное решение вопросов, входящих в его компетенцию, либо за выполнение или невыполнение в интересах юрлица какого-либо действия, которое это должностное лицо должно было или могло совершить с использованием своих служебных полномочий.

Работнику госоргана либо иной госорганизации, не являющемуся должностным лицом, материальные ценности передаются, а выгоды имущественного характера предоставляются для него самого или его близких за действие (бездействие), совершенное в пределах его служебных полномочий (трудовых обязанностей) в интересах юрлица.

Под близкими для должностного лица и работников госоргана либо иной госорганизации, не являющимися должностными лицами, понимаются лица, указанные в п. 3 ч. 2 ст. 4 УК (ч. 1 примечания к ст. 24.59 КоАП).

Определение понятия «близкие» путем отсылки в примечании к ст. 24.59 КоАП к уголовному закону обусловлено тем, что передача материальных ценностей либо предоставление выгод имущественного характера являются преступлением.

Если субъектом получения материальных ценностей или выгод имущественного характера выступает должностное лицо, содеянное является преступлением, предусмотренным ст. 430 УК, если работник госоргана либо иной госорганизации, не являющийся должностным лицом, – преступлением, предусмотренным ст. 433 УК.

При этом факт совершения названных преступлений, за которые к административной ответственности по ст. 24.59 КоАП привлекается юрлицо, должен быть удостоверен процессуальным решением, вынесенным в порядке, предусмотренном УПК.

В части 2 примечания к ст. 24.59 КоАП приводится исчерпывающий перечень таких уголовно-процессуальных решений, вынесенных либо по материалу об отказе в возбуждении уголовного дела, полученному ввиду наличия повода к возбуждению уголовного дела по ст. 430 или 433 УК, либо по уголовному делу о преступлениях, предусмотренных ст. 430 или 433 УК, а именно:

1) вступивший в законную силу приговор суда;

2) решение об отказе в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 11 ч. 1 ст. 29 УПК;

3) решения о прекращении предварительного расследования по уголовному делу, уголовного преследования или производства по уголовному делу по основаниям, предусмотренным п. 3, 4 и 11 ч. 1 ст. 29 УПК;

4) решение об освобождении от уголовной ответственности по основаниям, предусмотренным ч. 1, 2 ст. 30 УПК.

Судебная практика.

Постановлением областного экономического суда коммерческая организация привлечена к административной ответственности по ч. 1 ст. 24.59 КоАП в виде штрафа в размере 50 БВ (2,25 тыс. руб.).

По делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 24.59 КоАП, установлено, что представитель коммерческой организации передал государственному должностному лицу одного из сельхозпредприятий Несвижского района в качестве взятки более 7 тыс. руб. за благоприятное решение вопросов, которые это лицо должно было и могло совершить с использованием своих служебных полномочий за содействие в выборе указанной организации исполнителем ремонтных работ, а также за обеспечение своевременной и полной оплаты коммерческой организации выполненных ею ремонтных работ.

Уголовно-процессуальным решением, явившимся основанием для привлечения коммерческой организации к административной ответственности по ч. 1 ст. 24.59 КоАП, послужило постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ст. 431 УК по нереабилитирующим основаниям, вынесенное в отношении указанного представителя коммерческой организации, давшего взятку должностному лицу сельхозпредприятия за выполнение в интересах коммерческой организации указанных действий, которое это должностное лицо могло совершить и совершило с использованием своих служебных полномочий⁵.

Правовое значение для экономического суда уголовно-процессуального решения в деле об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП

Ссылка в ст. 24.59 КоАП на уголовно-процессуальное решение по материалу об отказе в возбуждении уголовного дела или уголовному делу о преступлениях, предусмотренных ст. 430 или 433 УК, ставит перед экономическим судом, рассматривающим дело о рассматриваемом административном правонарушении, вопрос о том, является ли такое уголовно-процессуальное решение обязательным для экономического суда или он может поставить его под сомнение, не согласившись с выводом о совершении преступления, предусмотренного указанными статьями УК.

Для ответа на этот вопрос обратимся к нормам процессуальных кодексов, определяющим полномочия судов общей юрисдикции по доказыванию фактов, установленных иными судами по другим делам.

В статье 106 УПК и ст. 185 Кодекса гражданского судопроизводства (далее – КГС) содержатся нормы, согласно которым решения и приговоры судов по одним гражданским и уголовным делам имеют преюдициальное значение по другим гражданским и уголовным делам, рассматриваемым судом.

Согласно указанным статьям УПК и КГС суть преюдициальности предшествующих решения или приговора суда состоит в том, что зафиксированные в них обстоятельства (юридические факты) и их оценка не могут быть поставлены под сомнение судом по другому рассматриваемому им гражданскому или уголовному делу, признаются доказанными и не подлежащими переоценке по этому гражданскому или уголовному делу. Хотя некоторые юристы и ставят под сомнение преюдициальность приговора по другому уголовному делу в части содержащейся в нем юридической оценки фактов.

В статье 106 УПК и ст. 185 КГС отсутствует указание на то, что правило о преюдициальности судебных постановлений в виде решения и приговора распространяется на иные процессуальные акты уголовного и гражданского процесса: постановления (определения) судов, постановления органа уголовного преследования и постановления органа или должностного лица, ведущего административный процесс. Такой подход законодателя вряд ли может быть оценен как пробел в правовом регулировании. Неупоминание перечисленных процессуальных актов уголовного и гражданского процесса в качестве преюдициальных означает, что они могут быть не приняты во внимание судом, рассматривающим другое гражданское или уголовное дело. Суд, рассматривающий другое уголовное или гражданское дело, вправе произвести их переоценку и принять решение по другому делу в противоречие с указанными постановлениями (определениями).

С таких же позиций законодателем решен вопрос о преюдициальности процессуальных решений судов по уголовным и гражданским делам в доказывании по делам об административных правонарушениях. В части 3 ст. 6.2 ПИКоАП предусмотрено, что не подлежат доказыванию факты, установленные вступившими в законную силу приговором по уголовному делу, решением суда по гражданскому делу.

В статье 6.2 ПИКоАП отсутствуют нормы, определяющие преюдициальность иных уголовно-процессуальных решений:

● по материалам об отказе в возбуждении уголовного дела в виде постановлений органа уголовного преследования;

● по уголовным делам в виде постановлений органа уголовного преследования или постановлений (определений) суда.

Данное обстоятельство не помешало законодателю указать в ст. 24.59 КоАП, что предусмотренные обеими частями этой статьи действия признаны преступлениями соответствующим уголовно-процессуальным решением («образуют состав преступления, установленный процессуальным решением»), включив в перечень этих уголовно-процессуальных решений не только приговор, вступивший в законную силу, но и иные указанные выше уголовно-процессуальные решения.

Другими словами, из положений ст. 24.59 КоАП следует, что поскольку предусмотренные обеими частями этой статьи действия признаны преступлениями в процессуальном решении по уголовному делу и материалу, по которому отказано в возбуждении уголовного дела, то эти действия не требует исследования в административном процессе в экономическом суде при рассмотрении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП.

В отличие от Общей части ПИКоАП (ч. 3 ст. 6.2), не упоминающей о преюдициальности иных процессуальных решений по уголовному делу, кроме вступившего в силу приговора суда, этот процессуальный вопрос разрешен в Особенной части КоАП применительно к частному случаю. Ссылка в ст. 24.59 КоАП не только на вступивший в силу приговор суда, но и на иные уголовно-процессуальные решения указывает на то, что если такое уголовно-процессуальное решение представлено прокурором экономическому суду, то оно не подлежит сомнению, суд обязан признать доказанным по такому делу об административном правонарушении, что в действиях физлица, действовавшего от имени или в интересах юрлица, имеются признаки состава преступления, предусмотренного ст. 431 или 433 УК.

В перечне приведенных в ч. 2 примечания к ст. 24.59 КоАП уголовно-процессуальных решений значатся как вступивший в законную силу приговор суда, так и постановления органов уголовного преследования, постановления (определения) судов.

Такая правовая конструкция материального права, изложенная в ст. 24.59 КоАП, по сути, явилась вторжением в сферу административно-процессуального права, зафиксировав обязательность для оценки действий, влекущих административную ответственность по ст. 24.59 КоАП, уголовно-процессуальных решений, принятых по уголовным делам и материалам, по которым выносилось решение об отказе в возбуждении уголовных дел. Всем видам указанных уголовно-процессуальных решений придан статус преюдициальных.

Очевидно, что такой подход привел к смешению предмета правового регулирования материального и процессуального права, что, кстати, не является уникальным явлением для белорусского законотворчества. Но главное в такой правовой конструкции ст. 24.59 КоАП состоит в том, что она не согласуется с концептуальными решениями вопроса о преюдициальности в уголовном, гражданском и административном процессе.

В нормах УПК, КГС и ПИКоАП предусмотрено, что преюдициальное значение имеют только приговоры и решения судов, принимаемые в процедурах судопроизводства, обеспечивающих особые гарантии соблюдения прав и законных интересов участников процесса. Постановлениям органов преследования, постановлениям и определениям судов по уголовным и гражданским делам такой статус не придан.

Придание в ст. 24.59 КоАП преюдициального значения не только приговору суда, вступившего в законную силу, но и иным перечисленным выше уголовно-процессуальным решениям, полагаем, не согласуется с предписаниями ч. 1 ст. 6.15 «Оценка доказательств» ПИКоАП.

Приведенные положения ст. 24.59 КоАП не в полной мере соответствуют и ст. 26 Конституции, согласно которой никто не может быть признан виновным в преступлении, если его вина не будет в предусмотренном законом порядке доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Статье 26 Конституции соответствует лишь ссылка в ст. 24.59 КоАП на такое уголовно-процессуальное решение, как приговор суда, вступивший в законную силу. Иные перечисленные в ст. 24.59 КоАП уголовно-процессуальные решения, если строго следовать ст. 26 Конституции, не имеют преюдициального значения для экономического суда, рассматривающего дело об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП.

Однако в данном случае отсутствие де-юре у указанных постановлений (определений) качества преюдициальных компенсируется взаимосвязью дачи-получения взятки и незаконного вознаграждения. Закрытость судебной системы не позволяет с достоверностью утверждать, что все лица, получающие взятку или незаконное вознаграждение, осуждаются судами, хотя как указано выше, их число в последние годы превышает число лиц, осуждаемых за дачу взятки в среднем на 40 %. Но по известным источникам подавляющее большинство, если не все действия взяткополучателей и получателей незаконного вознаграждения, становятся предметом рассмотрения в суде и в отношении этих лиц выносится приговор, согласно которому признается доказанным, что лица, принявшие взятку или незаконное вознаграждение, получили их от лиц, передавших их за действие (бездействие) в интересах юрлица. Указание в постановлениях (определениях) о том, что лицо передало взятку или незаконное вознаграждение за действие (бездействие) в интересах юрлица, находит подтверждение в приговоре, по вступлению которого в законную силу этот приговор имеет преюдициальное значение по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП.

Нельзя не сказать и о таком уголовно-процессуальном решении, как постановление органа уголовного преследования о прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в п. 3 и 4 ч. 1 ст. 29 УПК (соответственно за истечением сроков давности и вследствие акта амнистии, если он устраняет применение наказания за совершенное общественно опасное деяние, а также акта амнистии либо иного акта иностранного государства, если они устраняют применение наказания за общественно опасное деяние, совершенное на его территории лицом, уголовное преследование которого осуществляется на территории Республики Беларусь по просьбе органа иностранного государства).

Согласно ч. 3 ст. 251 УПК лицу, давшему взятку или незаконное вознаграждение, следователь, прокурор обязаны разъяснить правовой характер и правовые последствия принятия решения о прекращении уголовного дела по указанным основаниям, получить у него согласие на принятие такого решения и отразить такое согласие в постановлении. Дачей такого согласия лицо соглашается с процессуальным решением о прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям.

В подпункте 8.1 п. 8 решения Конституционного Суда от 26.12.2014 № Р-967/2014 «О соответствии Конституции Республики Беларусь Закона Республики Беларусь «О внесении дополнений и изменений в Уголовный, Уголовно-процессуальный, Уголовно-исполнительный кодексы Республики Беларусь, Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях и Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях» приведенные нормы признаны соответствующими ст. 26 Конституции. Спорность такого решения Конституционного Суда, едва ли, на наш взгляд, находящегося в полном соответствии со ст. 26 Конституции, не отменяет необходимости его применения ввиду того, что оно является окончательным, обжалованию и опротестованию не подлежит (п. 1 ст. 83 Закона № 124-З). Применительно к делам об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП, наличие в таком деле не только приговора суда, вступившего в законную силу в отношении получателя взятки или незаконного вознаграждения, но и постановления о прекращении уголовного дела в отношении лица, давшего взятку или незаконное вознаграждение, в котором отражено его согласие на такое решение, будет достаточным основанием для привлечения к административной ответственности юрлица по ст. 24.59 КоАП.

Субъект административной ответственности по ст. 24.59 КоАП

Субъектом административной ответственности по ст. 24.59 КоАП является юрлицо, от имени или в интересах которого действовало физлицо, совершившее предусмотренные этой статьей КоАП действия, признанные уголовно-процессуальным решением преступлением, предусмотренным ст. 431 или 433 УК.

В соответствии со ст. 38 Закона № 305-З под юрлицом понимается не только белорусское, но и иностранное юрлицо. Данное указание закона реализуется в делах об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП.

Судебная практика.

Суд рассмотрел уголовное дело в отношении должностного лица предприятия нефтепереработки, которое приняло денежные средства в особо крупном размере на общую сумму 29,164 млн RUB.

Судом установлено, что у обвиняемого, который занимал должность заместителя главного инженера одного из предприятий нефтепереработки, была достигнута устная договоренность с представителем иностранной фирмы о получении на систематической основе денег за оказание содействия. Работник белорусского предприятия корректировал техническую документацию, предоставлял сведения о проводимых процедурах закупок для предоставления конкурентных преимуществ перед другими участниками. В результате указанных действий между предприятиями заключены договоры на поставку товаров и услуг.

За совершение этих действий обвиняемый принял от представителя иностранной фирмы денежные средства в особо крупном размере на общую сумму 29,164 млн RUB. Своими умышленными противоправными действиями он сокрыл обстоятельства некорректной работы закупленной катализаторной системы и допустил представление со стороны нефтеперерабатывающего предприятия заведомо ложных сведений о выполнении плана предприятия, направленного на повышение качества выпускаемой продукции, подтвердил выполнение иностранной компанией своих обязательств по договору. В ее адрес необоснованно были перечислены денежные средства в сумме почти 1,94 млн RUB, что повлекло причинение ущерба в особо крупном размере нефтеперерабатывающему предприятию.

Должностное лицо белорусского предприятия нефтепереработки за получение взятки осуждено к лишению свободы на срок 13 лет с отбыванием в исправительной колонии в условиях усиленного режима со штрафом в размере 5 000 БВ с лишением права занимать должности, связанные с выполнением административно-хозяйственных обязанностей и совершением юридически значимых действий, на срок 5 лет.

В соответствии с ч. 2 ст. 46¹ УК с обвиняемого в доход государства взыскана денежная сумма, соответствующая стоимости имущества, добытого преступным путем, в сумме почти 1,07 млн руб.⁶

Не требуется, чтобы совершившее указанное преступление физлицо было работником юрлица. В качестве такого физлица может выступать как должностное или иное лицо юрлица, являющиеся его работником, так и любое другое лицо, не имеющее статуса работника юрлица.

Главное, характеризующее поведение этих лиц, – это то, что каждое из них действовало от имени или в интересах юрлица. Не требуется, чтобы такие лица обладали документально подтвержденными полномочиями действовать в интересах юрлица.

Для работника юрлица, являющегося должностным лицом, не требуется получение указания или согласия на передачу взятки или незаконного вознаграждения от руководителя или иного уполномоченного лица юрлица. Достаточно установить, что работник юрлица, передавая взятку или незаконное вознаграждение, действовал от имени или в интересах юрлица, на что будет указывать имеющаяся в подавляющем большинстве этих случаев связь совершаемых им действий с его должностными обязанностями (обязанность реализовать продукцию, для чего его организации нужно выиграть в электронном аукционе, обязанность обеспечить своевременное поступление оплаты за выполненные организацией работы и т.п.), ради успешного выполнения которых он пошел на совершение преступления.

Несколько иначе решается вопрос при передаче взятки или незаконного вознаграждения, совершенных лицом, не являющимся работником юрлица. В этом случае для привлечения юрлица к административной ответственности по ст. 24.59 КоАП требуется установить, что лица, не являющиеся его работниками, совершившие преступление, предусмотренное ст. 431 или 433 УК, действовали по просьбе или с согласия (одобрения) должностного или иного лица юрлица, являющегося его работником.

Нельзя согласиться с тем, что по делу об административном правонарушении в отношении лиц, не являющихся работниками юрлица, будет достаточно «разумно предполагать, что они обладают соответствующими полномочиями действовать в интересах юридического лица»⁷. По делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП, должно быть установлено, что лица, не являющиеся работниками юрлица, совершившие преступление, предусмотренное ст. 431 или 433 УК, действовали по просьбе или с согласия (одобрения) должностного или иного лица юрлица, являющегося его работником.

По уголовному делу, уголовно-процессуальное решение по которому ложится в основу привлечения юрлица к административной ответственности по ст. 24.59 КоАП, должно быть установлено наличие осознания лицом, принимавшим взятку или незаконное вознаграждение, обусловленности их получения выполнением требуемого от него поведения, значимого для юрлица. Лицо, принимающее взятку или незаконное вознаграждение, должно осознавать, что лицо, передающее взятку или незаконное вознаграждение, действует от имени юрлица или в его интересах.

Наличие указанной мотивации у лица, передающего взятку или незаконное вознаграждение, и осознание этого обстоятельства лицом, их принимающим, должно быть указано в уголовно-процессуальном решении, приобщенном к делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП. Отсутствие в уголовно-процессуальном решении, имеющемся в деле об административном правонарушении, указания на данные обстоятельства как доказанные по уголовному делу, исключает административную ответственность юрлица по ст. 24.59 КоАП.

Об установлении вины юрлица по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП

Согласно ч. 1 ст. 2.3 КоАП вина – это психическое отношение физлица к совершенному им противоправному деянию, выраженное в форме умысла или неосторожности.

В КоАП понятие «вина» как признак административного правонарушения не применимо к юрлицу.

В части 2 ст. 4.6 КоАП предусмотрено, что юрлицо несет административную ответственность, если такое лицо указано в санкции и данным лицом не были приняты все меры по соблюдению норм (правил), за нарушение которых предусмотрена административная ответственность.

На эти обстоятельства обратил особое внимание Пленум Верховного Суда, указав, что юрлицо может быть привлечено к административной ответственности лишь в случае, когда такое лицо указано в санкции и будет установлено, что им не были приняты все меры по соблюдению норм (правил), за нарушение которых предусмотрена административная ответственность (ч. 3 п. 8 Постановления № 3).

Санкция ст. 24.59 КоАП содержит указание на юрлицо как единственного субъекта административной ответственности по этой статье КоАП.

Для ответственности по ст. 24.59 КоАП не подлежит установлению вина юрлица.

По делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП, подлежит доказыванию не вина юрлица, а факт непринятия юрлицом всех мер по соблюдение норм (правил), за нарушение которых установлена административная ответственность по этой статье КоАП.

Непринятие юрлицом указанных мер выражается в инициировании или даче согласия (одобрения) на передачу взятки или незаконного вознаграждения для положительного решения вопроса в интересах юрлица. Доказанность этого факта подтверждается приобщенными к делу об административном правонарушении указанными выше соответствующими уголовно-процессуальными решениями, фиксирующими совершение преступлений, предусмотренных ст. 431 или 433 УК.

Судебная практика.

Экономическим судом рассмотрено дело об административном правонарушении в отношении ООО «Т» по ст. 24.59 КоАП (незаконное вознаграждение от имени или в интересах юрлица).

Согласно материалам дела В., являясь начальником регионального отдела продаж ООО «Т», в период с 31.05.2022 по 26.12.2023 передал начальнику отдела материально-технического снабжения коммерческой службы РУП «З» в качестве взятки денежные средства в сумме 1 200 USD, что по курсу Национального банка составило 3 489,21 руб., и 120 руб., а всего 3 609,21 руб.

Указанные денежные средства были переданы В. начальнику отдела материально-технического снабжения коммерческой службы РУП «З» исключительно в связи с занимаемым им должностным положением для обеспечения ООО «Т» заявками на конвейерные ленты и приводные ремни, а также за своевременную оплату поставленной продукции со стороны РУП «З» по заключенным между РУП «З» и ООО «Т» договорам.

В судебном заседании представитель ООО «Т» заявил о непризнании вины общества в совершении административного правонарушения. Такое заявление представителя ООО «Т» не было принято во внимание как не основанное на предписаниях ч. 1 ст. 2.3 и ч. 2 ст. 4.6 КоАП.

Постановлением экономического суда на ООО «Т» по ст. 24.59 КоАП наложено административное взыскание в виде штрафа в размере 150 % от стоимости переданных материальных ценностей, что составило 5 413,82 руб.

Основанием для такого решения послужили имевшиеся в деле об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП, уголовно-процессуальные решения по уголовному делу: приговор суда Шкловского района Могилевской области, вступивший в законную силу, и постановление следователя УСК по Могилевской области, которыми признано, что В. передал взятку З.(совершил преступлением, предусмотренное ст. 431 УК), а З. принял ее (совершил преступлением, предусмотренное ст. 431 УК) от В., действовавшего в интересах ООО «Т»⁸.

Административный процесс по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП

Анализ ст. 3.30 ПИКоАП приводит к выводу о том, что протоколы об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 24.59 КоАП, вправе составлять только прокуроры. В пункте 4 ч. 2 ст. 3.30 ПИКоАП указано, что такие протоколы составляются прокурором при осуществлении им надзорных функций.

Этой норме п. 4 ч. 2 ст. 3.30 ПИКоАП корреспондируют положения п. 4 ст. 27 Закона от 08.05.2007 № 220-З «О прокуратуре Республики Беларусь», согласно которой прокурор при осуществлении надзора за исполнением законодательства, выявив нарушение законодательства, в зависимости от его характера и в пределах своей компетенции составляет протокол об административном правонарушении.

Составлением протокола об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП, начинается административный процесс по делу об этом административном правонарушении (ст. 9.5 ПИКоАП). По окончании подготовки этого дела к рассмотрению прокурор направляет его в экономический суд (ст. 11.28 ПИКоАП).

Согласно ч. 2 ст. 3.2 ПИКоАП дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 24.59 КоАП, а также дела об административных правонарушениях, протоколы о совершении которых составлены прокурором, рассматриваются единолично судьей экономического суда области (г. Минска).

Частью 6 ст. 3.31 ПИКоАП предусмотрено, что дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП, рассматриваются судом по месту нахождения юрлица, в отношении которого ведется административный процесс, либо прокурора, которым был составлен протокол об административном правонарушении. Установление в законе такой альтернативы (по месту нахождения юрлица либо по месту нахождения прокурора) предоставляет прокурору право выбора того суда, в который он направит дело об административном правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП.

Известны случаи, когда взятка или незаконное вознаграждение от имени или в интересах юрлица передавались лицам, их принявшим, работающим в разных организациях. По этим фактам возбуждались уголовные дела в отношении лиц, принявших взятку или незаконное вознаграждение, которые заканчивались вынесением приговора. В отношении лица, давшего им взятку или незаконное вознаграждение от имени или в интересах юрлица, в соответствии с п. 11 ч. 1 ст. 29 УПК отказывалось в возбуждении уголовного дела ввиду того, что это лицо добровольно сообщило органу уголовного преследования о совершенных им преступлениях. В таких случаях прокуроры начинали административный процесс по нескольким делам об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 24.59 КоАП, направляя их в экономический суд.

Судебная практика.

Экономическим судом 02.10.2025 рассмотрены 2 дела об административных правонарушениях, возбужденных по материалам прокуратуры в отношении ООО «Д».

В ходе рассмотрения дел установлено, что заместитель директора ООО «Д» от имени юрлица передавал денежные средства должностным лицам иных организаций за принятие решений в интересах компании. По одному делу од административном правонарушении установлено, что денежные средства в сумме 450 руб. были переданы помощнику врача-гигиениста за оформление санитарного протокола без фактических измерений, по другому делу об административном правонарушении в другой организации денежные средства в сумме 250 руб. переданы заведующему мастерскими за выбор ООО «Д» в качестве подрядчика и содействие в приемке работ.

В отношении заместителя директора ООО «Д» были вынесены постановления об отказе в возбуждении уголовных дел по ст. 431 УК (дача взятки), на основании п. 11 ч. 1 ст. 29 УПК, т.к. взяткодатель сам сообщил о факте передачи денежных средств взяткополучателям.

В отношении указанных получателей взятки вынесены обвинительные приговоры, которые вступили в законную силу.

На основании указанных уголовно-процессуальных решений по каждому из обоих дел об административных правонарушениях на ООО «Д» в соответствии со ст. 24.59 КоАП наложено административное взыскание в виде штрафа в одинаковом размере в сумме 50 БВ (2 100 руб.)⁹.

В рассматриваемых случаях и прокурор, и экономический суд в подавляющем большинстве случаев не применяют положения ст. 12.4 ПИКоАП о соединении в одном административном процессе нескольких дел об административных правонарушениях, совершенных одним и тем же лицом, если они подведомственные одному и тому же суду, органу, ведущему административный процесс.

Часть 1 ст. 12.4 ПИКоАП устанавливает дискреционные полномочия суда при решении вопроса о соединение в одном административном процессе нескольких дел об административных правонарушениях. Это означает, что решение этого вопроса отдается на усмотрение суда: суд вправе, но не обязан произвести такое соединение при наличии для этого соответствующих оснований.

Отказ от такого соединения дел об административных правонарушениях лишает юрлицо права на применение к нему предписаний ст. 7.4 КоАП, согласно которой суд, орган, ведущий административный процесс, наложив основное либо основное и дополнительные административные взыскания отдельно за каждое административное правонарушение, окончательно определяют административное взыскание за совершенные административные правонарушения путем поглощения менее строгого административного взыскания более строгим либо путем полного или частичного сложения.

Вопрос о соединении нескольких дел об административных правонарушениях в одном производстве при одновременном рассмотрении их одним и тем же судом решается иначе.

Согласно ч. 1 п. 18 Постановления № 3 при одновременном рассмотрении одним и тем же судом 2 и более дел об административных правонарушениях «административное взыскание налагается по правилам, установленным статьей 7.4 КоАП». Одновременное рассмотрение судом 2 и более дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 24.59 КоАП, невозможно без соединения их в одном административном процессе, как следствие, и административное взыскание за их совершение налагается по правилам, установленным ст. 7.4 КоАП.

Имея в виду данные предписания можно рекомендовать юрлицу заявлять прокурору и экономическому суду со ссылкой на ст. 12.4 ПИКоАП, ст. 7.4 КоАП и ч. 1 п. 18 Постановления № 3 ходатайство о соединении в одном административном процессе начатых в отношении него 2 и более дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 24.59 КоАП.

Освобождение от административной ответственности по ст. 24.59 КоАП

Согласно ч. 3 примечаний к ст. 24.59 КоАП юрлицо освобождается от административной ответственности за административное правонарушение, предусмотренное этой статьей, при наличии хотя бы 1 из 2 оснований:

● юрлицо способствовало выявлению этого правонарушения и (или) раскрытию и (или) расследованию преступления, связанного с этим правонарушением;

● в отношении этого юрлица имело место вымогательство.

Первое из этих оснований предусматривает совершение юрлицом действий, оказывающих содействие прокурору, ведущему административный процесс по ст. 24.59 КоАП, либо органу уголовного преследования и суду, осуществляющим производство по уголовному делу о преступлениях, предусмотренных ст. 431 или 433 УК.

Такое содействие может выражаться в совершении должностным или иным уполномоченным лицом юрлица действий, выражающихся в добровольном заявлении о совершении его работниками или иными лицами от имени или в интересах юрлица преступлений, предусмотренных ст. 431 или 433 УК, предоставлении документов и иных материалов, подтверждающих совершение указанных преступлений, помощь в проведении оперативно-разыскных и (или) процессуальных действий по уголовным делам об этих преступлениях.

Второе из названных оснований для освобождения юрлица от административной ответственности по ст. 24.59 КоАП налицо, если по уголовному делу доказано и отражено в приговоре суда хотя бы одно из следующих обстоятельств:

● получатель взятки или незаконного вознаграждения требовал дать взятку под угрозой совершения таких действий, входящих в его компетенцию, которые могут причинить вред законным интересам юрлица;

● получатель взятки или незаконного вознаграждения умышленно поставил юрлицо посредством бездействия в такие условия, при которых лицо, передавшее взятку или незаконное вознаграждение, было вынуждено сделать это для предотвращения вредных последствий для правоохраняемых интересов юрлица, от имени или в интересах которого он совершил указанные действия.

Такое содержание второго из названных оснований для освобождения юрлица от административной ответственности по ст. 24.59 КоАП, базируется на предписаниях п. 10 Постановления № 6.

Сам по себе факт добровольного заявления лица о передаче взятки или незаконного вознаграждения, послуживший основанием для его освобождения от уголовной ответственности по ст. 431 или 433 УК, не может служить основанием для освобождения юрлица от административной ответственности по ст. 24.59 КоАП. Не допускается освобождение юрлица от административной ответственности по ст. 24.59 КоАП, если не доказано наличие основания, предусмотренного ч. 3 примечания к этой статье.

Судебная практика.

Экономическим судом рассмотрено 2 дела об административных правонарушениях, предусмотренных ст. 24.59 КоАП, в отношении ООО «С» и КФХ «М», представители которых за совершение действий в интересах данных коммерческих организаций передали в качестве взятки 3 000 руб. и 2 500 руб. соответственно руководителю одного из крупных предприятий перерабатывающей промышленности.

За взятку должностное лицо предприятия давало указания о приеме от КФХ «М» пшеницы и о первоочередном погашении задолженности перед ним, а также о проведении оплат в адрес ООО «С» за поставленное зерно.

Факт передачи взятки установлен вступившим в законную силу приговором суда, которым руководитель завода осужден по ч. 1, 2 ст. 430 УК (получение взятки).

В возбуждении уголовных дел в отношении должностных лиц ООО «С» и КФХ «М» по ст. 431 УК (дача взятки) было отказано в соответствии с п. 11 ч. 1 ст. 29 УПК в связи с наличием оснований для освобождения их от уголовной ответственности, предусмотренных примечанием к ст. 431 УК, согласно которому лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если в отношении его имело место вымогательство взятки либо если это лицо после дачи взятки добровольно заявило о содеянном и активно способствовало раскрытию и (или) расследованию преступления.

В постановлении по указанным делам об административных правонарушениях указано, что каждое из лиц (физическое и юридическое) освобождается от соответствующей ответственности самостоятельно. При этом освобождение физлица, давшего взятку, от уголовного преследования согласно п. 11 ч. 1 ст. 29 УПК не влечет прямого и безусловного освобождения связанного с ним юрлица от наложения административного взыскания за совершение последним правонарушения по ст. 24.59 КоАП.

Постановлениями судьи экономического суда ООО «С» и КФХ «М» привлечены к административной ответственности по ст. 24.59 КоАП с наложением штрафа в размере 2 250 руб. на каждого из этих юрлиц¹⁰.

Верховным Судом признавались необоснованными жалобы юрлиц на постановления экономического суда о наложении на них штрафа по ст. 24.59 КоАП со ссылкой на то, что их следовало освободить от административной ответственности ввиду того, что лицо, давшее взятку в их интересах, освобождено от уголовной ответственности.

Так, по одному из таких дел не была удовлетворена жалоба юрлица, содержавшая просьбу отменить постановление суда и прекратить производство по делу, освободив юрлицо от ответственности за административное правонарушение на основании п. 3 примечания к ст. 24.59 КоАП.

В обоснование своего решения Верховный Суд указал, что факт освобождения главного энергетика от уголовной ответственности по основанию, предусмотренному в примечании к ст. 431 УК, не является достаточным основанием для освобождения ООО от административной ответственности в соответствии с ч. 3 примечания к ст. 24.59 КоАП; материалов, устанавливающих обстоятельства участия ООО в раскрытии и расследовании преступления, выявлении связанного с ним правонарушения, которые могли бы подтвердить наличие оснований для освобождения ООО от административной ответственности, в ходе ведения административного процесса собрано не было¹¹.

По другому делу Верховный Суд по такой же жалобе отказ в ее удовлетворении обосновал следующим образом: являются обоснованными выводы экономического суда об отсутствии оснований для освобождения ОДО от административной ответственности, поскольку приговором суда в действиях директора ОДО не были установлены факты, которые способствовали выявлению этого правонарушения¹².

Иные последствия привлечения юрлица к административной ответственности по ст. 24.59 КоАП

Кроме обязанности уплаты юрлицом штрафа, наложенного экономическим судом по результатам рассмотрения дела об административной правонарушении, предусмотренном ст. 24.59 КоАП, в законодательстве предусмотрены и иные последствия привлечения юрлица к такой ответственности. Эти последствия, в частности, нашли отражение в налоговом законодательстве.

Так, в подп. 1.6 п. 1 ст. 173 Налогового кодекса (далее – НК) предусмотрено, что при налогообложении не учитываются затраты, в числе которых указаны суммы штрафов за нарушение законодательства, перечисляемые в республиканский и местные бюджеты или бюджеты государственных внебюджетных фондов.

Кроме этого, в силу п. 3 ст. 173 НК в состав внереализационных расходов не могут быть включены суммы штрафов за нарушение законодательства, не учитываемые при налогообложении в соответствии с законодательством.

Привлечение юрлица к административной ответственности по ст. 24.59 КоАП негативно сказывается и на возможности участия такого юрлица в процедурах госзакупок.

Согласно абз. 5 ч. 3 подп. 1.7 п. 1 постановления Правительств от 15.06.2019 № 395 «О реализации Закона Республики Беларусь «О внесении изменений и дополнений в Закон Республики Беларусь «О государственных закупках товаров (работ, услуг)» юрлицо, подвергшееся административному взысканию за административное правонарушение, предусмотренное в ст. 24.59 КоАП, не может участвовать в процедурах госзакупок в течение периода, когда оно считается подвергавшимся административному взысканию за это административное правонарушение. Названный период равен 6 мес., исчисляемым со дня исполнения постановления о наложении административного взыскания за совершение указанного административного правонарушения (абз. 3 ст. 4.9 КоАП). Исполнение этого постановления осуществляется в порядке, предусмотренном гл. 17 ПИКоАП.

О соответствии ст. 24.59 КоАП Конституции и обязательным для Республики Беларусь нормам международного права

Конституционный Суд в решении от 28.12.2020 № Р-1247/2020 «О соответствии Конституции Республики Беларусь Кодекса Республики Беларусь об административных правонарушениях» (далее – Решение № Р-1247/2020) указал, что введение в КоАП ст. 24.59 корреспондирует указанному положению Конвенции против коррупции о возможности установления в национальном законодательстве административной ответственности юрлиц за коррупционные преступления, признанные международными нормами уголовными преступлениями (вымогательство, подкуп, взятка и др.).

Статья 24.59 КоАП признана Конституционным Судом соответствующей ч. 1 ст. 8 Конституции, согласно которой Республика Беларусь признает приоритет общепризнанных принципов международного права и обеспечивает соответствие им законодательства.

Представляются спорными выводы Конституционного суда о том, что:

● введение в КоАП ст. 24.59 корреспондирует Конвенции против коррупции в части возможности установления в национальном законодательстве административной ответственности юрлиц за коррупционные преступления;

● ст. 24.59 КоАП соответствует ч. 1 ст. 8 Конституции.

Полагаем, что первый из перечисленных выводов не в полной мере согласуется как с нормами Конвенции против коррупции, так и с нормами КоАП. Как следствие, отсутствуют основания для признания ст. 24.59 КоАП соответствующей ч. 1 ст. 8 Конституции.

Такая оценка выводов Конституционного Суда основывается на анализе норм Конвенции против коррупции и КоАП.

Действительно в п. 2 ст. 26 Конвенции против коррупции предусматривается возможность государств-участников этой Конвенции устанавливать различные виды юридической ответственности юрлиц за участие в коррупционных преступлениях, в т.ч. и административную ответственность. Однако эта норма содержит принципиальную оговорку, о которой не упомянул Конституционный Суд в Решении № Р-1247/2020.

Суть этой оговорки нашла отражение в 2 структурных элементах ст. 26 Конвенции протии коррупции.

Так, в п. 1 ст. 26 Конвенции против коррупции определено, что установление юридической ответственности юрлиц следует проводить государствам-участникам «с учетом его правовых принципов».

В пункте 2 ст. 26 Конвенции против коррупции это же положение сформулировано в виде обязывающей нормы: административная ответственность юрлиц государств-участников может вводиться «при условии соблюдения правовых принципов государства-участника».

Правовые принципы административной ответственности юрлиц в белорусском государстве зафиксированы в гл. 1 Общей части КоАП, получившей название «Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях. Его задачи и принципы». И сводятся эти правовые принципы к следующему.

В статье 1.1 КоАП перечисляются базисные основы КоАП. Они ранжируются по степени их значимости. На первом месте обозначена Конституция, на втором – общепризнанные принципы международного права и нормы международных договоров Республики Беларусь, иных международно-правовых актов, содержащих обязательства Республики Беларусь.

Одним из принципов, на которых основан КоАП, является принцип справедливости, нашедший закрепление в ст. 1.4 КоАП. Из ключевых положений этого принципа выделим следующие корреспондирующие друг другу составляющие.

В части 1 ст. 1.4 КоАП установлено, что административные взыскания, профилактические меры воздействия должны устанавливаться и применяться с учетом характера и вредных последствий совершенного административного правонарушения, а также обстоятельств его совершения.

В части 4 ст. 1.4 КоАП в соответствии с ч. 1 этой статьи предусмотрено, что «административная ответственность юридического лица может наступать в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, когда ответственность виновного работника этого юридического лица, исходя из задач и принципов настоящего Кодекса, недостаточна ввиду причинения административным правонарушением значительного вреда охраняемым интересам».

Из предписаний, взятых в системном единстве норм ч. 1 и 4 ст. 1.4 КоАП, следует, что административная ответственность юрлица обусловлена виновными деяниями его работника, которые являются административным правонарушением. Законодатель определил, что вред охраняемым интересам, причиняемый работником юрлица путем совершения им административного правонарушения, столь значителен, что требует привлечения к административной ответственности за это же административное правонарушение и юрлица.

Глава 2 «Административное правонарушение» КоАП начинается с дефиниции понятия «административное правонарушение». В части 1 ст. 2.1 КоАП содержится законодательное определение того, что признается административным правонарушением юрлица: «противоправное деяние юридического лица, за совершение которого установлена административная ответственность». Исходя из содержания ч. 4 ст. 1.4 КоАП такое «противоправное деяние юридического лица» является не чем иным, как административным правонарушением его работника.

Глава 4 «Административная ответственность» КоАП определяет условия административной ответственности юрлиц. Эти условия изложены в ч. 2 ст. 4.6 КоАП «Ответственность индивидуального предпринимателя и юридического лица».

Нормы об административной ответственности юрлица в части взаимосвязи такой ответственности с уголовной ответственностью должностного лица или иного работника юрлица впервые были введены в КоАП 2003 года Законом от 28.07.2003 № 230-З «О внесении дополнений в Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях». В действующем КоАП (2021 года) соответствующие нормы включают в себя 2 взаимосвязанных условия.

Первое условие. Юрлицо несет административную ответственность, если такое лицо указано в санкции, с учетом специального условия, предусмотренного ч. 3 ст. 4.6. КоАП, и данным лицом не были приняты все меры по соблюдению норм (правил), за нарушение которых предусмотрена административная ответственность.

Второе условие. Привлечение к административной ответственности юрлица не освобождает от административной ответственности за данное правонарушение его виновное должностное лицо, равно как привлечение к административной или уголовной ответственности должностного лица юрлица не освобождает от административной ответственности за это правонарушение юрлицо.

Первое условие корреспондирует приведенным выше предписаниям ч. 1 и 4 ст. 1.4 КоАП: работник юрлица совершил административное правонарушение, а юрлицо не приняло всех мер по соблюдению своим работников норм (правил), за нарушение которых предусмотрена административная ответственность.

Второе условие, состоящее из 2 частей, не в полной мере согласуется с предписаниями взятых в системном единстве норм ч. 1 и 4 ст. 1.4, ч. 1 ст. 2.1 КоАП.

Первая часть этого условия (привлечение к административной ответственности юрлица не освобождает от административной ответственности за данное правонарушение его виновное должностное лицо), на первый взгляд, повторяет положения ч. 1 и 4 ст. 1.4, ч. 1 ст. 2.1 КоАП о взаимозависимости административной ответственности работника юрлица и самого юрлица за административное правонарушение, совершенное работником юрлица. Однако внимательное прочтение этой части второго условия административной ответственности юрлиц указывает на ее несоответствие принципу справедливости административной ответственности.

Во-первых, вместо понятия «работник юрлица» в ч. 2 ст. 4.6 КоАП использовано понятие «должностное лицо юрлица». Работник юрлица может быть как должностным, так и не должностным лицом. В противоречие с ч. 4 ст. 1.4 КоАП подмена понятия «работник юрлица» понятием «должностное лицо юрлица», с одной стороны, сужает круг лиц, относящихся к работникам юрлица, с другой стороны, расширяет его, поскольку в качестве должностного лица юрлица может выступать лицо, осуществляющее полномочия единоличного органа управления этого лица не по трудовому, а по гражданско-правовому договору или по иным основаниям, предусмотренным законом (ст. 103 Гражданского кодекса, ст. 25, 53, 54 Закона от 09.12.1992 № 2020-ХII «О хозяйственных обществах», ст. 60 Закона от 13.12.2022 № 227-З «Об урегулировании неплатежеспособности»).

Во-вторых, в ч. 2 ст. 4.6 КоАП делается акцент на административной ответственности юрлица, от которой якобы зависит административная ответственность должностного лица юрлица, что противоречит принципу справедливости административной ответственности, согласно которому административная ответственность юрлица производна от административной ответственности работника юрлица.

Вторая часть второго условия административной ответственности юрлица (привлечение к административной или уголовной ответственности должностного лица юрлица не освобождает от административной ответственности за это правонарушение юрлицо), на наш взгляд, также не безупречна.

Принципу справедливости административной ответственности соответствует только указание на то, что привлечение к административной ответственности должностного лица юрлица не освобождает от административной ответственности за это правонарушение юрлицо (с указанной выше оговоркой относительно подмены понятия «работник должностного лица» понятием «должностное лицо юрлица»).

Представляется противоречащей принципу справедливости административной ответственности указание в ч. 2 ст. 4.6 КоАП на то, что привлечение к уголовной ответственности должностного лица юрлица не освобождает от административной ответственности за это правонарушение юрлицо. Этот принцип не предусматривает административной ответственности юрлица за совершенные его работником деяния, являющиеся преступлением.

Таким образом, введение административной ответственности юрлица по ст. 24.59 КоАП за преступления, совершенные работниками юрлица, не соответствуют Конвенции против коррупции, правовому принципу КоАП – принципу справедливости административной ответственности, и, соответственно, – ч. 1 ст. 8 Конституции.

Не соответствует Конвенции против коррупции и правовому принципу КоАП – принципу справедливости административной ответственности, а соответственно, и ч. 1 ст. 8 Конституции, установление административной ответственности юрлица по ст. 24.59 КоАП за преступления, совершенные от имени или в интересах юрлица лицами, не являющимися работниками этого юрлица.

Устранение указанного несоответствия ст. 24.59 КоАП Конституции возможно посредством системной корректировки содержания принципа справедливости административной ответственности, понятия административного правонарушения юрлица и особенностей его административной ответственности (ст. 1.4, 2.1, 4.6 КоАП), что возможно, хотя размывает границы между понятиями «административное правонарушение» и «преступление». В рамках белорусской правовой системы концептуальным решением устранения указанного несоответствия ст. 24.59 КоАП Конституции видится введение уголовной ответственности юрлиц за преступления, совершенные физлицами от имени или в интересах юрлица¹³.

Приведенные выше соображения могут использоваться юрлицом в качестве обоснования обращения в органы, указанные в п. 1 ст. 103 Закона № 124-З, на нарушение его прав судебным постановлением, основанном на применении к нему ст. 24.59 КоАП, которая, по его мнению, не соответствует Конституции.

В отличие от граждан юрлица не обладают правом на конституционную жалобу и могут лишь инициировать у органов, перечисленных в п. 1 ст. 103 Закона № 124-З, рассмотрение в Конституционном Суде вопроса о конституционности закона, который был положен в основу судебного постановления, которым, по мнению юрлица, нарушены его права. Если указанные органы сочтут необоснованным обращение юрлица о неконституционности ст. 24.59 КоАП, они откажут ему в обращении с таким запросом в Конституционный Суд и такой отказ в силу п. 5 ст. 103 Закона № 124-З будет является окончательным, не подлежащим обжалованию.

Библиография

1. В Беларуси усовершенствуют антикоррупционное законодательство https://belta.by/society/view/v-belarusi-usovershenstvujut-antikorruptsionnoe-zakonodatelstvo-804767-2026/ // Электронный ресурс. – Дата обращения: 08.10.2026.

2. Генпрокуратура: за 10 лет число коррупционных преступлений в Беларуси снизилось практически вдвое // Официальный сайт Генеральной прокуратуры Республики Беларусь. – URL:  https://www.sb.by/articles/genprokuratura-za-10-let-chislo-korruptsionnykh-prestupleniy-v-belarusi-snizilos-prakticheski-vdvoe.html. – Дата обращения: 31.08.2026.

3. Судом Ленинского района г. Бреста постановлен приговор по уголовному делу о коррупционных преступлениях в сельскохозяйственной отрасли // Официальный сайт Верховного Суда Республики Беларусь. – URL: https://www.court.gov.by. https://court.gov.by/ru/brestskij/oblastnoj/sud/press_sluzhba/soobscheniya/press_sluzhbi/8c43c6c8700b4402.html. – Дата обращения: 20.08.2026.

4. Экономический суд Гомельской области c начала года привлек 4 предприятия к административной ответственности за незаконную передачу вознаграждения в их интересах // Официальный сайт Верховного Суда Республики Беларусь. – URL: https://www.court.gov.by/ru/ekonomicheskij/sud/gomeljskoj/oblasti/press_sluzhba/soobscheniya/press_sluzhbi/c3eaf51d9bdd492e.html. – Дата обращения: 15.08.2026.

5. Прокуратура Несвижского района: за дачу взятки в интересах организации к административной ответственности привлечено юрлицо // Официальный сайт Генеральной прокуратуры Республики Беларусь. – URL: https://prokuratura.gov.by/ru/media/novosti/borba-s-korruptsiey/prokuratura-nesvizhs18082026/. – Дата обращения: 28.08.2026.

6. Взятки – около 30 млн российских рублей. В Витебске суд вынес приговор должностному лицу // Электронный ресурс. – URL: https://belta.by/regions/view/vzjatki-okolo-30-mln-rossijskih-rublej-v-vitebske-sud-vynes-prigovor-dolzhnostnomu-litsu-794615-2026/. – Дата обращения: 06.08.2026.

7. Материалы интернет-конференции по актуальным вопросам экономического правосудия // Официальный сайт Верховного Суда Республики Беларусь. – URL: https://court.gov.by/ru/justice/press_office/8395b4a8a5ac4df4.html. – Дата обращения: 11.11.2022.

8. Экономическим судом города Минска привлечено к административной ответственности предприятие за передачу незаконного вознаграждения от имени и в интересах юридического лица // Официальный сайт Верховного Суда Республики Беларусь. –https://court.gov.by/ru/ekonomicheskij/sud/goroda/minska/press_sluzhba/soobscheniya/press_sluzhbi/14b86153351f4105.html. – Дата обращения: 10.09.2026.

9. Субъект хозяйствования привлечен к административной ответственности за коррупционные выплаты от имени компании // Официальный сайт Верховного Суда Республики Беларусь. – URL: https://www.court.gov.by/ru/ekonomicheskij/sud/minskoj/oblasti/press_sluzhba/soobscheniya/press_sluzhbi/b084e2e769c64a39.html. – Дата обращения: 10.11.2025.

10. Два юридических лица привлечены экономическим судом Витебской области к административной ответственности за незаконное вознаграждение в их интересах // Официальный сайт Верховного Суда Республики Беларусь. – URL: https://www.court.gov.by/ru/ekonomicheskij/sud/vitebskoj/oblasti/press_sluzhba/soobscheniya/press_sluzhbi/66e1a5d6672d4440.html. – Дата обращения: 10.07.2026.

11. Постановление Верховного Суда Республики Беларусь от 09.07.2024 по делу № 153АП24327/Жн // Официальный сайт Верховного Суда Республики Беларусь. – URL: https://www.court.gov.by. – Дата обращения: 12.07.2026.

12. Постановление Верховного Суда Республики Беларусь от 12.06.2024 по делу № 153АП24270/Жн // Официальный сайт Верховного Суда Республики Беларусь. – URL: https://www.court.gov.by. – Дата обращения: 12.07.2026.

13. Лукашов, А. Уголовная и административная ответственность: сосуществование или слияние? / А. Лукашов // Библиотека криминалиста. Научный журнал. – 2013. – № 2 (7). – С. 160–172.