Ирина СТАСЕНКО

Никакая теория не знает поколения так, как они знают сами себя. Я — тот самый «икс», ребенок с «ключами на шее». Ребенок самостоятельный донельзя. Я умела о себе позаботиться в отсутствие родителей: разогреть суп и сделать уроки. Мне не надо было повторять, что учиться нужно хорошо, а иначе «улицу мести будешь». Мне было страшно от распространяющегося СПИДа, аварии на Чернобыльской АЭС и мысли, что мой брат пойдет служить в Афганистан.

Я — тот самый «икс». Я помню главный родительский завет: «Есть такое слово «надо». Моя мама носила одно зимнее пальто много лет, мой папа бережно хранил подборку запрещенных в его молодости «Битлз», а мои бабушки все время повторяли: «Поешь!». Я помню разговоры взрослых о путче, перестройке, приватизации, Горбачеве, Ельцине, Чубайсе… Мне и сейчас неважно, кто у руля и какого цвета флаг, — пусть будет любой, лишь бы жить, а не выживать. Я помню запах шоколадных конфет, которые покупались только к Новому году и неудачно прятались в шкаф. Я помню свой первый личный компьютер на первом курсе университета и мобильный телефон —на третьем. Пирамида