ОПРЕДЕЛЕНИЕ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ
                ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ


 ПРОИЗВОДСТВО СЛЕДСТВЕННЫХ ДЕЙСТВИЙ НЕСКОЛЬКИМИ СЛЕДОВАТЕЛЯМИ
 БЕЗ ПРИНЯТИЯ ДЕЛА К СВОЕМУ ПРОИЗВОДСТВУ ИЛИ БЕЗ СОЗДАНИЯ
 СЛЕДСТВЕННОЙ ГРУППЫ ПРИЗНАНО СУЩЕСТВЕННЫМ НАРУШЕНИЕМ
 УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНА

===

                             (извлечение)

     По приговору  суда Смолевичского района  от 22 октября  1993 г.
осуждены по ч.1 ст.96 и ст.91-1 УК Республики Беларусь Р. и М.
     Они признаны виновными  в том, что 5 марта  1993 г., находясь в
состоянии алкогольного опьянения,  по предварительному сговору между
собой и двумя другими лицами,  проникли в магазин N 37 Смолевичского
райпотребсоюза и тайно  похитили  материальные  ценности  стоимостью
571  тыс. 907  руб. Они   же при  проникновении в  магазин умышленно
повредили сигнализацию,  дверную коробку и замки,  причинив ущерб на
сумму 35 тыс. 005 руб.
     Первый заместитель Председателя Верховного  Суда внес протест в
судебную  коллегию по  уголовным  делам  Верховного Суда,  в котором
поставил  вопрос   об  отмене  приговора   и  направлении  дела   на
дополнительное расследование.
     Судебная коллегия протест удовлетворила, указав следующее.
     В   нарушение   требований   ст.15   УПК   Республики  Беларусь
обстоятельства  дела  исследованы  неполно  и  кроме  этого допущены
существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона.
     В соответствии  со ст.125 УПК  Республики Беларусь следственные
действия  по  делу  вправе   производить  лишь  тот  следователь,  в
производстве  которого  находится  дело,  о  чем  следователь обязан
вынести постановление.
     Как  усматривается из  материалов дела,  по заявлению уголовное
дело было возбуждено 9 марта 1993 г. следователем Смолевичского РОВД
С. и принято к своему производству.
     В то же время следственные действия 5 марта 1993 г., то есть до
возбуждения уголовного дела, проводил оперуполномоченный ОБЭП Х.
     Не  принимая  дела  к  своему  производству,  проводил  допросы
свидетелей заместитель начальника Смолевичского РОВД В., следователь
Б.,  а следователь  П. вынес  постановление о  производстве обыска и
произвел его, а затем допросил в качестве свидетеля М., произвел его
задержание  9  марта  1993  г.  и  допросил  его  10 марта 1993 г. в
качестве подозреваемого. На допросе  М. отказался от услуг адвоката,
однако следователь не выяснил причину отказа.
     Таким  образом,  практически  все  первоначальные  следственные
действия  проведены  разными  следователями  и  ни  один  из  них не
принимал  дело  к  своему  производству,  что  является существенным
нарушением норм уголовно-процессуального  закона. Отсутствует в деле
и постановление  о поручении  предварительного следствия  нескольким
следователям.
     18  марта  1993  г.  дело  к  производству  принял  следователь
Смолевичской  межрайпрокуратуры  М-к  и  в  этот  же  день предъявил
обвинение  М. по  ч.4  ст.87  УК, не  пригласив  защитника, и  более
того, разъяснил, что защитник допускается к участию в деле с момента
объявления обвиняемому об  окончании предварительного следствия, чем
нарушил требования ст.51 УПК Республики Беларусь.
     В  соответствии  со ст.119 УПК 29 мая 1993 г. был задержан Р. и
31 мая  1993 г. следователь  предъявил ему обвинение.  На допросе Р.
отказался от  услуг адвоката, однако следователь  не выяснил причину
отказа.
     М. был  допрошен с применением звукозаписи,  однако в нарушение
требований ст.138-1  УПК в протоколе допроса  отсутствуют сведения о
применении  технических средств  и условиях  звукозаписи, отметки  о
воспроизведении  звукозаписи допрашиваемому  не имеется,  а также не
удостоверена правильность протокола и звукозаписи как допрашиваемым,
так и следователем.
     19  июля 1993  г.  дело  принял к  производству и.о.следователя
Смолевичской  межрайпрокуратуры   Ж.  и  дело   в  его  производстве
находилось  до 26  августа 1993.  В то  же время  23 августа 1993 г.
производил допросы свидетелей следователь М-к.
     26 августа 1993 г. дело  принял к производству следователь М-к,
но, несмотря на это, и.о. следователя Ж. допросил 27 августа 1993 г.
свидетеля У. и М. в качестве обвиняемого.
     В судебном заседании Р. виновным себя не признал и показал, что
кражи не совершал, а найденные у  него вещи принес ему М. Осужденный
М. на суде  показал, что он оговорил Р., который  участия в краже из
магазина не принимал.
     В обоснование виновности М. и Р. суд в приговоре сослался на их
показания  на предварительном  следствии, в  которых они  признавали
себя виновными  в краже из  магазина.
     Однако  эти  показания  не  могут  являться доказательствами по
делу,  так  как  добыты  с  нарушением норм уголовно-процессуального
закона.
     Как на доказательства суд ссылается на "повинные" Р. и М.
     В соответствии со ст.109 УПК  Республики Беларусь в случае явки
с повинной   устанавливается  личность   явившегося  и  составляется
протокол,  в   котором  подробно  излагается   сделанное  заявление.
Протокол  подписывается явившимся  с повинной  и должностным  лицом,
составившим протокол.
     Из  материалов дела  усматривается, что  1 июня  1993 г. на имя
прокурора  г.Смолевичи  Р.  написана  повинная,  однако  в нарушение
требований ст.109  УПК протокол не был  составлен и должностное лицо
не подписывало явку с повинной.
     В жалобах  Р. указал, что он  повинную написал под принуждением
следователя, который дал прослушать магнитофонную  запись М. В то же
время  в  материалах  дела  отсутствуют  сведения  о воспроизведении
звукозаписи, чем нарушено требование ст.138-1 УПК.
     Ни  предварительным  следствием,  ни  судом  не  выяснено  и не
установлено,  когда  и  при  каких  обстоятельствах  Р.  и М. писали
"повинные".
     Суд  в   судебном  заседании  допросил   в  качестве  свидетеля
следователя  М-ка, производившего  расследование, и  сослался на его
показания  как на  доказательства виновности  Р. и  М. в  совершении
преступления, что противоречит смыслу ст.66 УПК Республики Беларусь.
     Поскольку достоверных  доказательств, добытых в  соответствии с
законом  и дающих  основание сделать  вывод о  виновности Р.  и М. в
совершении  преступлений, недостаточно,  судебная коллегия  приговор
отменила и дело направила на дополнительное расследование.