ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ 
                ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ О ПРИЗНАНИИ ГРАЖДАНИНА
ОГРАНИЧЕННО ДЕЕСПОСОБНЫМ ИЛИ НЕДЕЕСПОСОБНЫМ, А ТАКЖЕ
О ПРИЗНАНИИ ГРАЖДАНИНА ДЕЕСПОСОБНЫМ ЛИБО ОБ ОТМЕНЕ
ОГРАНИЧЕНИЯ ДЕЕСПОСОБНОСТИ
(по материалам обзора)

        Дела о признании гражданина ограниченно дееспособным

     В соответствии  с  п.1 ст.21 ГК никто не может быть ограничен в
правоспособности и дееспособности иначе как  в  случаях  и  порядке,
установленных законом.
     Начать дело о  признании  гражданина  ограниченно  дееспособным
вправе  те  общественные объединения,  уставом которых предоставлено
право  возбуждать  в  суде  вопрос  об  ограничении   дееспособности
гражданина,     злоупотребляющего    спиртными    напитками,    либо
наркотическими средствами, либо психотропными веществами (ч.1 ст.373
ГПК).
     Изучение дел показало, что иногда заявителями являлись комиссии
по    делам    несовершеннолетних    районных    исполнительных    и
распорядительных органов.
     Решением суда   Городокского  района  удовлетворено  заявленное
требование  комиссии  по   делам   несовершеннолетних   Городокского
райисполкома  об  ограничении  дееспособности  С.,  имеющей  четырех
несовершеннолетних  детей.  Рассматривая  дело,  суд  не  учел,  что
комиссия по делам несовершеннолетних не являлась надлежащей стороной
по делу,  поскольку Положением о порядке образования и  деятельности
комиссий  по  делам несовершеннолетних,  утвержденным постановлением
Совета Министров Республики Беларусь от 10 декабря 2003 г.  №  1599,
такое право не предусмотрено.
     Часть 1 ст.373 ГПК относит  к  лицам,  которые  могут  заявлять
требования о признании гражданина ограниченно дееспособным, и членов
его семьи.  Исходя из положений    пп.8,  9 ст.1 и ст.373 ГПК, члены
семьи  гражданина,  злоупотребляющего  спиртными  напитками,  -  это
родители,  дети,  усыновители, усыновленные, родные братья и сестры,
дед, бабка, внуки, другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и
иные  лица,  которые  проживают  с  ним  совместно  и  ведут   общее
хозяйство.
     К    числу  членов  семьи  лица,  злоупотребляющего   спиртными
напитками, в судебной практике принято относить супруга этого лица.
     Слонимский межрайпрокурор обратился в  суд  в  интересах  Х.  с
заявлением  о  признании  ограниченно  дееспособным  ее  мужа - Х.В.
Супруги проживают одной семьей, их взрослые дети проживают отдельно.
Х.В.  состоит  на  учете  по  поводу  хронического  алкоголизма,  на
приобретение спиртных напитков тратит всю свою заработную плату, чем
ставит  семью  в  тяжелое  материальное  положение.  Х.  имела право
заявить такое требование, так как проживала с Х.В.  совместно,  вела
общее хозяйство и, следовательно, являлась членом его семьи.
     Решением суда  Слонимского  района  Х.В.  обоснованно   признан
ограниченно  дееспособным  в части получения заработной платы,  иных
доходов, распоряжения ими и другим имуществом.
     При изучении  установлено,  что  суды причисляли к членам семьи
гражданина,  злоупотребляющего спиртными напитками, совершеннолетних
детей, если они проживают совместно с ним и ведут общее хозяйство.
     Из  материалов  дела  о  признании ограниченно дееспособным С.,
1937  года  рождения,  усматривается,  что  он  фактически постоянно
проживает в квартире своей дочери, имеющей несовершеннолетних детей.
Пенсию  по возрасту С. тратит на приобретение спиртных напитков, чем
ставит  семью  в  тяжелое  материальное  положение.  Решением   суда
Слонимского района С. обоснованно ограничен в дееспособности в части
получения  им  пенсии,  иных  доходов,  распоряжения  ими  и  другим
имуществом.
     Основанием для ограничения дееспособности  гражданина  является
только такое злоупотребление спиртными напитками,  которым он ставит
свою семью в тяжелое материальное положение.
     В заявлении  суду  прокурор  Советского района г.Минска указал,
что М.  длительное  время  злоупотребляет  спиртными  напитками,  на
приобретение   их   тратит   заработную  плату,  на  почве  пьянства
устраивает скандалы по месту жительства,  не оплачивает коммунальные
услуги. Прокурор просил суд ограничить М. в дееспособности.
     Решением суда   Советского   района    г.Минска    постановлено
ограничить  М.  в дееспособности.  Определением судебной коллегии по
гражданским делам Минского городского суда это  решение  отменено  и
постановлено  новое,  которым в удовлетворении заявленных требований
прокурору отказано по следующим основаниям.
     Удовлетворяя   заявленные  требования,  суд  первой   инстанции
исходил  из того, что вследствие злоупотребления спиртными напитками
М.  ставит свою семью в тяжелое материальное положение. Между тем М.
семьи не имеет, брак с женой расторгнут, общее хозяйство не ведется.
Совершеннолетняя дочь М. проживает одной семьей с матерью. Тот факт,
что М. не оплачивает коммунальные услуги, не является основанием для
ограничения  дееспособности,  а  служит  основанием для предъявления
исковых требований о возмещении ущерба.
     При рассмотрении    дел   судами   учитывалось,   что   тяжелое
материальное положение семьи может вызываться как уклонением лица от
исполнения   своих   материальных  обязанностей  перед  нею,  так  и
затратами семьи на содержание злоупотребляющего спиртными напитками.
     Прокурор Мостовского  района  просил  суд  признать ограниченно
дееспособным М.И.,  который тратит заработную плату на  приобретение
спиртных  напитков,  состоит  на  учете  у врача-нарколога по поводу
хронического алкоголизма второй степени.
     При рассмотрении дела судом Мостовского района установлено, что
супруги  М.  работают  в   колхозе,   получают   заработную   плату.
Совершеннолетний сын, являясь трудоспособным, длительное время нигде
не работает,  со своей сожительницей фактически состоит на иждивении
родителей.  М.И.  из своей заработной платы производит оплату жилья,
приобретает   продукты   питания,   одежду,    уплачивает    налоги,
рассчитывается  за  обработку  приусадебного  участка,  участвует  в
содержании  домашнего  хозяйства  своим   трудом   и   материальными
средствами.
     При таких обстоятельствах суд пришел к правильному выводу,  что
М.И.  от  исполнения своих материальных обязанностей перед семьей не
уклоняется, супруга не несет затрат за счет получаемых ею средств на
его  содержание.  Тот  факт,  что  М.И.  состоит  на учете по поводу
хронического алкоголизма,  сам по себе не  является  основанием  для
ограничения дееспособности.
     Вклад в ведение общего хозяйства и материальное положение семьи
определялись  судами  с  учетом  расходов каждого из членов семьи на
продукты питания,  предметы домашнего обихода,  оплату  коммунальных
услуг  и  т.п.  При  отсутствии  соответствующих  доказательств суды
обоснованно отказывали  в  удовлетворении  заявленных  требований  о
признании гражданина ограниченно дееспособным.
     Прокурор Дрогичинского района обратился в суд с  заявлением,  в
котором  просил  признать  ограниченно  дееспособным  З.  вследствие
злоупотребления им спиртными напитками.
     Суд Дрогичинского  района  в  удовлетворении заявления отказал,
мотивировав решение тем,  что З. состоит в зарегистрированном браке,
однако   супруги   фактически   ведут  хозяйство  раздельно,  каждый
расходует пенсию по своему усмотрению.  З.  сам  покупает  продукты,
оплачивает газоснабжение,  супруга денежных средств на содержание З.
не затрачивает.  Из характеристики с места жительства и протоколов о
привлечении к административной ответственности усматривается, что З.
склонен  к  употреблению  спиртных  напитков.   Однако   достаточных
доказательств,  что тем самым он ставит семью в тяжелое материальное
положение, суду не представлено.
     Наличие у  других  членов  семьи  заработка  не всегда является
основанием для отказа в  удовлетворении  требований  об  ограничении
дееспособности.   В   случае   если   семья  не  получает  от  лица,
злоупотребляющего  спиртными  напитками,  необходимой   материальной
поддержки   и   вынуждена   его  содержать,  то  это  лицо  подлежит
ограничению в дееспособности.
     Прокурор   Стародорожского  района  просил  суд  ограничить   в
дееспособности В.А., который проживает со своей матерью В.Г., однако
зарплату  расходует  на  приобретение  спиртных  напитков.  В   ходе
судебного  заседания  подтвердилось,  что  мать  и  сын  ведут общее
хозяйство,   проживают  одной  семьей.  Сама  В.Г.  имеет  доход   и
фактически   содержит  сына,  что  не  отрицал  В.А.  На   основании
установленных фактов решением суда Стародорожского района он признан
ограниченно дееспособным.
     Из материалов   некоторых   дел  усматривается,  что  заявители
отказывались от своих требований,  если ко времени рассмотрения дела
гражданин  изменил  поведение  к  лучшему,  перестал  злоупотреблять
спиртными напитками и основания для ограничения его в дееспособности
отпали.  В таких случаях суды обоснованно прекращали производство по
делу в связи с отказом заявителя от своих требований.
     В ходе  судебного  заседания  по  делу  по  заявлению прокурора
Клецкого  района  о  признании  ограниченно  дееспособным  К.   мать
заинтересованного  лица  отказалась  от  заявленных  в  ее интересах
требований,  поскольку  К.  исправился,   спиртными   напитками   не
злоупотребляет,  заработную плату отдает матери, своим поведением не
ставит семью в тяжелое материальное положение.  Суд Клецкого  района
принял отказ от заявленных требований, поскольку это не противоречит
закону и не нарушает  чьи-либо  права  и  интересы,  и  определением
прекратил производство по делу на основании п.3 ст.164 ГПК.
     Если судом было вынесено решение  об  отказе  в  удовлетворении
заявления либо  производство  по  делу  прекращено в связи с отказом
заявителя от своих требований,  то эти обстоятельства  не  исключают
возможности  повторного  возбуждения  дела  этим  же гражданином или
другим лицом, указанным в ч.1 ст.373 ГПК, когда гражданин продолжает
злоупотреблять спиртными напитками,  либо наркотическими средствами,
либо психотропными веществами.
     В соответствии с п.4 ст.25 ГК при наличии достаточных оснований
суд по  ходатайству  родителей,  усыновителей  или  попечителя  либо
органа   опеки   и   попечительства   может  ограничить  или  лишить
несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет права  самостоятельно
распоряжаться  своим заработком,  стипендией или иными доходами,  за
исключением  случаев,  когда   такой   несовершеннолетний   приобрел
дееспособность в полном объеме в соответствии с п.2 ст.20 ГК.
     Заявления    органов    опеки   и  попечительства   обоснованно
рассматривались  судами в порядке особого производства применительно
к 4 главы 30 ГПК.  Несовершеннолетний,  его  законный  представитель
привлекались к участию в деле в качестве заинтересованных лиц.
     В некоторых случаях при  вынесении  решений  об  удовлетворении
заявленных  требований об ограничении несовершеннолетнего в возрасте
от 14 до 18 лет права самостоятельно распоряжаться своим заработком,
стипендией или  иными доходами суды необоснованно ссылались на ст.30
ГК или ч.4 ст.164 Кодекса Республики Беларусь о браке и семье, тогда
как   применению   подлежит   специальная   норма  о  дееспособности
несовершеннолетних - ст.25 ГК.
     Достаточными основаниями  для лишения несовершеннолетнего права
распоряжаться своими доходами в соответствии с  п.4  ст.25  ГК  суды
считали  расходование получаемых несовершеннолетним денежных средств
не по назначению,  неразумную  их  трату  на  приобретение  спиртных
напитков.  При этом ограничение несовершеннолетнего в дееспособности
не  ставилось  судами  в  зависимость  от   тяжелого   материального
положения его семьи.
     По делу  по  заявлению  Узденского  райисполкома  о   признании
ограниченно дееспособным несовершеннолетнего П.  установлено, что П.
имеет отца и мать,  которые работают в колхозе и получают заработную
плату. Сам несовершеннолетний работает животноводом, однако зарплату
расходует   на   приобретение   спиртных   напитков.    Неоднократно
привлекался   к   административной   ответственности,  вызывался  на
заседания  комиссии  по  делам  несовершеннолетних.  Решением   суда
Узденского    района    заявленное    требование    об   ограничении
несовершеннолетнего в дееспособности  обоснованно  удовлетворено  на
основании п.4 ст.25 ГК.
     При отсутствии    доказательств,     что     несовершеннолетний
приобретает    спиртные    напитки    и   нерационально   использует
причитающиеся ему денежные выплаты, суды отказывали в удовлетворении
заявлений   о   лишении   несовершеннолетнего   права  распоряжаться
доходами.
     Орган опеки    и   попечительства   Борисовского   горисполкома
обратился  в   суд   с   заявлением,   в   котором   просил   лишить
несовершеннолетнего учащегося ПТУ К. права распоряжаться стипендией,
которую  он  тратит   на   приобретение   спиртных   напитков,   что
подтверждается  привлечением  его к административной ответственности
за появление в общественном месте в нетрезвом состоянии.
     Решением суда Борисовского района и г.Борисова, оставленным без
изменения  определением  судебной  коллегии  по  гражданским   делам
Минского  областного  суда,  в  удовлетворении  требований отказано,
поскольку  суду  не  представлено  доказательств  о  систематическом
употреблении   К.   спиртных  напитков  и  трате  денежных  средств,
выплачиваемых ему государством, на приобретение этих напитков.
     При рассмотрении   дела   установлено,   что   мать  К.  лишена
родительских  прав  и   несовершеннолетний   находится   на   полном
государственном  обеспечении.  Кроме стипендии,  ежемесячно получает
денежные  выплаты  в  качестве  компенсации  на  одежду  и  питание.
Денежные  средства  расходует  на  приобретение  продуктов  питания,
которые вместе с  выдаваемым  ему  сухим  пайком  отвозит  матери  и
младшему брату. Употребление спиртного носит эпизодический характер,
о   чем   свидетельствует    единичный    случай    привлечения    к
административной  ответственности  в виде предупреждения.  Указанные
обстоятельства в суде подтвердили сам К. и социальный педагог ПТУ.
     Вынося решение  об  удовлетворении  требования  об  ограничении
дееспособности  несовершеннолетнего,  суды  не  всегда  указывали  в
резолютивной  части  решения,  что такое ограничение устанавливается
несовершеннолетнему до  18  лет.  Решением  суда  Ленинского  района
г.Бобруйска  М.,  1986  года  рождения,  на  основании  п.4 ст.25 ГК
признан  ограниченно  дееспособным  и  лишен  права   самостоятельно
получать  и  распоряжаться  своим  заработком,  стипендией или иными
доходами. Судом не указано, что такое ограничение устанавливается М.
до его совершеннолетия.

             Дела о признании гражданина недееспособным

     Производство по  делу  о  признании  гражданина  недееспособным
вследствие душевной болезни  или  слабоумия  может  быть  начато  по
заявлению  членов  его  семьи,  а  в  случае их отсутствия - близких
родственников,   прокурора,   органа   опеки    и    попечительства,
психиатрического лечебного учреждения (ч.2 ст.373 ГПК).
     ГПК не предусматривает  каких-либо  ограничений  в  праве  лиц,
перечисленных  в ч.2 ст.373 ГПК,  при обращении с заявлением в суд о
признании гражданина недееспособным. Право на заявление требований о
признании  гражданина недееспособным вследствие душевной болезни или
слабоумия предоставлено вышеприведенной статьей в равной  мере  всем
указанным в ней лицам, за исключением близких родственников, которые
могут  обратиться  в  суд  с  заявлением  о   признании   гражданина
недееспособным   только   при   отсутствии   членов  семьи  у  этого
гражданина.
     З., имеющая  обоих  родителей,  на протяжении ряда лет страдает
хроническим  психическим  заболеванием.  В  суд   о   признании   З.
недееспособной обратился орган опеки и попечительства. Решением суда
Советского района г.Минска требование обоснованно удовлетворено.
     В некоторых   случаях  суды  упускали  из  виду,  что  близкими
родственниками гражданина,  в отношении которого заявлено требование
о  признании недееспособным,  в соответствии с п.8 ст.1 ГПК являются
родители,  дети,  усыновители, усыновленные, родные братья и сестры,
дед,  бабка,  внуки.  Указанные  лица  вправе  обратиться  в  суд  с
заявлением о признании гражданина недееспособным (при  отсутствии  у
этого  гражданина  членов  семьи)  независимо  от  совместного с ним
проживания.
     Решением суда  Гродненского района удовлетворено заявление М.Е.
о признании недееспособной М.А. Из заявления в суд видно, что М.Е. и
М.А. проживают раздельно и состоят между собой в отношениях свойства
(М.А. является сестрой отца мужа заявительницы).
     Удовлетворяя заявленное требование,  суд не учел,  что М.Е.  не
обладала  правом  обращения  в  суд   с   заявлением   о   признании
недееспособной М.А., поскольку не относится ни к категории членов ее
семьи (п.9 ст.1 ГПК),  ни к категории ее близких родственников  (п.8
ст.1 ГПК).
     Изучение дел  показало,  что  суды  рассматривали  заявления  о
признании граждан недееспособными,  поданные управлениями по труду и
социальной защите райисполкомов.  Но при этом не учитывалось,  что в
соответствии  с ст.143 Кодекса Республики Беларусь о браке и семье и
п.9  Положения  об  органах  опеки  и  попечительства  в  Республике
Беларусь,  утвержденного  постановлением Совета Министров Республики
Беларусь  от  28  октября  1999  г.  №  1676,  функции  по  опеке  и
попечительству   осуществляют  управления  (отделы)  здравоохранения
местных исполнительных и  распорядительных  органов.  Следовательно,
управления (отделы) здравоохранения являются надлежащими заявителями
по делам о признании граждан недееспособными,  а при их отсутствии в
структуре  соответствующих исполнительных и распорядительных органов
- учреждения, на которые такие функции возложены.
     В соответствии  с  ст.374 ГПК судья в порядке подготовки дела к
судебному разбирательству при наличии достаточных данных о  душевной
болезни  или  слабоумии  гражданина  назначает  для  определения его
психического состояния  судебно-психиатрическую  экспертизу.  Однако
отдельные  суды  назначали судебно-психиатрическую экспертизу в ходе
судебного  заседания,  тогда  как  ГПК  предусматривает   назначение
экспертизы в порядке подготовки дела к судебному разбирательству. По
некоторым делам судами назначались  заочные  судебно-психиатрические
экспертизы,  но  вопрос о возможности проведения по конкретному делу
амбулаторной   или   заочной   судебно-психиатрической    экспертизы
относится  к  компетенции экспертов.  Не во всех необходимых случаях
суды  использовали  предоставленное   им   ст.374   ГПК   право   на
принудительное  направление  гражданина  на  судебно-психиатрическую
экспертизу.
     Отдел здравоохранения администрации Ленинского района  г.Минска
обратился  в суд с заявлением о признании недееспособной С., которая
является  инвалидом II группы по психическому заболеванию, проживает
одна,  у  нее  наблюдается  агрессивное поведение, в связи с чем она
часто госпитализируется.
     Определением суда  Ленинского   района   г.Минска   в   порядке
подготовки    дела    к    судебному    разбирательству    назначена
судебно-психиатрическая экспертиза. Суд обязал отдел здравоохранения
обеспечить  явку С.  для прохождения экспертизы.  Однако определение
суда возвращено экспертным учреждением  без  исполнения  в  связи  с
неявкой С. для прохождения экспертизы.
     Суд Ленинского района  г.Минска  своим  определением  заявление
отдела  здравоохранения  оставил  без рассмотрения на основании п.11
ст.165 ГПК,  указав,  что обязанность доказывания (доставка к  месту
прохождения  экспертизы) возлагается на заявителя.  Поскольку решить
вопрос о дееспособности без экспертного заключения не представляется
возможным, то заявление подлежит оставлению без рассмотрения.
     Между тем   суду   следовало   обсудить   вопрос  о  назначении
принудительной  судебно-психиатрической  экспертизы,   поскольку   в
соответствии с   ст.374  ГПК  в  исключительных  случаях  при  явном
уклонении лица, в отношении которого возбуждено дело о признании его
недееспособным,  от прохождения экспертизы суд при участии прокурора
и  психиатра  в  судебном  заседании  может  вынести  определение  о
принудительном  направлении  гражданина  на  судебно-психиатрическую
экспертизу.
     Иногда выносимые судами определения о назначении принудительной
судебно-психиатрической  экспертизы  не  основывались на требованиях
закона.
     В  заявлении  суду  З.Е.  просила  признать недееспособным мужа
З.В.,  поскольку  он  ведет себя агрессивно, были попытки суицида на
фоне  алкогольного опьянения, он неоднократно находился на излечении
в психиатрической больнице.
     Определением суда Ленинского района  г.Бреста по делу назначена
судебно-психиатрическая  экспертиза. Однако экспертиза не проведена,
поскольку от явки в экспертное учреждение З.В. уклоняется.
     Определением суда  Ленинского  района г.Бреста в соответствии с
ст.374 ГПК З.В.  направлен на судебно-психиатрическую  экспертизу  в
принудительном   порядке.   Исполнение   определения   суд   поручил
Брестскому областному психоневрологическому диспансеру.
     Однако согласно   ч.4  ст.31  Закона  от  1  июля  1999  г.  "О
психиатрической помощи и гарантиях прав  граждан  при  ее  оказании"
работники   милиции   обязаны   оказывать   содействие   медицинским
работникам при осуществлении принудительной госпитализации и лечения
и  обеспечивать  безопасные условия для доступа к госпитализируемому
гражданину и его осмотра.  В  случаях  необходимости  предотвращения
действий,   угрожающих   жизни  и  здоровью  окружающих  со  стороны
госпитализируемого гражданина  и  (или)  других  лиц,  а  также  при
необходимости   розыска   и   задержания   гражданина,   подлежащего
госпитализации, работники милиции действуют в порядке, установленном
законодательством Республики Беларусь.
     Судом Ленинского      района      г.Бреста       принудительная
судебно-психиатрическая  экспертиза назначена в судебном заседании в
присутствии прокурора и представителя органа опеки и попечительства,
которым   являлся   юрисконсульт   Брестской  центральной  городской
больницы.  Однако  ст.374   ГПК   предусматривает   при   назначении
принудительной    судебно-психиатрической    экспертизы   наряду   с
прокурором присутствие в судебном заседании психиатра.
     По изложенным   обстоятельствам   определение  суда  Ленинского
района   г.Бреста   о    направлении    З.В.    на    принудительную
судебно-психиатрическую    экспертизу    не   основано   на   нормах
процессуального закона.

              Дела о признании гражданина дееспособным

     Ранее установленное ограничение дееспособности  суды  отменяли,
руководствуясь   п.2  ст.30  ГК,  если  основания,  в  силу  которых
гражданин  был  ограничен  в   дееспособности,   отпали   (например,
прекращение злоупотребления спиртными напитками).
     Вывод суда  об   отмене   ограничения   дееспособности   должен
основываться на достаточных данных,  свидетельствующих о прекращении
гражданином злоупотребления спиртными напитками,  и в связи  с  этим
ему  может  быть  доверено самостоятельное распоряжение имуществом и
денежными  средствами.  Поэтому  суды  отказывали  в  удовлетворении
требований   об  отмене  ограничения  дееспособности,  если  имелись
доказательства,  что гражданин, ранее ограниченный в дееспособности,
не прекратил злоупотреблять спиртными напитками и отмена ограничения
дееспособности  отрицательно  отразится  на  материальном  положении
семьи.
     Ф. обратился в суд с заявлением, в котором указал, что решением
суда   Мостовского  района  в  2002  году  был  признан  ограниченно
дееспособным   вследствие   злоупотребления   спиртными   напитками.
Заявитель просил суд отменить ограничение дееспособности,  поскольку
спиртными напитками не злоупотребляет,  не ставит  семью  в  тяжелое
материальное   положение,   снят   с   профилактического   учета   у
врача-нарколога,  за последний год не привлекался к административной
ответственности.
     Однако в  ходе  судебного   заседания   установлено,   что   Ф.
продолжает   употреблять   спиртные  напитки,  устраивает  скандалы,
продает из дома вещи и на вырученные деньги покупает  спиртное.  Сам
Ф.  не  явился  на первое судебное заседание,  поскольку находился в
нетрезвом  состоянии.  При  таких  обстоятельствах   решением   суда
Мостовского   района   заявление   Ф.   обоснованно   оставлено  без
удовлетворения.
     Разрешая вопрос  об отмене ограничения дееспособности,  суды не
всегда точно применяли нормы ГК.
     В.Л. обратилась в суд с заявлением,  в котором указала,  что ее
муж В.В. в 2000 году был признан ограниченно дееспособным вследствие
злоупотребления спиртными напитками.  В настоящее время В.В.  прошел
лечение от алкоголизма,  три года не  пьет,  просила  признать  В.В.
дееспособным. Решением   суда  Первомайского  района  г.Минска  В.В.
признан дееспособным,  поскольку  отпали основания для признания его
ограниченно  дееспособным.  Между   тем,   удовлетворяя   требование
заявителя,  суду  следовало отменить ограничение дееспособности В.В.
на основании п.2 ст.30 ГК, а не признавать его дееспособным, так как
дееспособности в полном объеме В.В. не лишался.

             Дела об отмене ограничения дееспособности

     Если обстоятельства,  послужившие  основанием   для   признания
гражданина  недееспособным (выздоровление или значительное улучшение
его здоровья), отпали, суды признавали этого гражданина дееспособным
в соответствии с п.3 ст.29 ГК.
     По    делам   о  признании  гражданина  дееспособным   основным
доказательством    является    заключение    судебно-психиатрической
экспертизы, проведение которой по делам данной категории обязательно
в силу ч.3 ст.376 ГПК.
     В 1998 году Г.,  1970  года  рождения,  признан  недееспособным
вследствие  душевной  болезни.  В  марте  2004  г.  с  заявлением  о
признании Г.  дееспособным обратился в  суд  главный  врач  районной
больницы в связи с тем,  что Г.  не имеет опекуна, сам распоряжается
своей  пенсией,  самостоятельно  совершает  покупки,  готовит   еду,
подрабатывает на территории церкви.
     Решением  суда  Осиповичского района в удовлетворении заявления
отказано, поскольку по заключению судебно-психиатрической экспертизы
Г.  в силу психического заболевания не может понимать значение своих
действий или руководить ими.

                        Применение норм ГПК

     Дела о    признании   граждан   ограниченно   дееспособными   и
недееспособными,  а также о  признании  дееспособными  и  об  отмене
ограничения  дееспособности  подлежат рассмотрению в порядке особого
производства (ст.ст.373-376 ГПК).  Однако в материалах некоторых дел
заявления  именовались исками,  заинтересованные лица - ответчиками,
прокуроры - истцами.  Иногда  в  ходе  судебных  заседаний  сторонам
разъяснялось   право   требовать  составления  мотивировочной  части
решения,  хотя в соответствии с ч.3 ст.375 ГПК решение суда, которым
гражданин   признан  недееспособным  или  ограниченно  дееспособным,
должно быть мотивированным,  то  есть  составлено  с  мотивировочной
частью.
     Совершеннолетние  члены  семьи  гражданина,  интересы   которых
непосредственно  затрагиваются  возбуждением дела об ограничении его
дееспособности,  принимают  участие в процессе в качестве заявителей
как  в  том  случае, когда они сами обращаются в суд, так и в случае
привлечения  к  делу  в  связи с заявлением, поданным в их интересах
прокурором,    органом    опеки    и  попечительства,   общественным
объединением.  Однако  в  протоколах  судебных  заседаний  заявители
именовались заинтересованными лицами, а иногда - свидетелями.
     Суды должны учитывать,  что заинтересованные лица по  изучаемым
категориям  дел  имеют  право  на  кассационное обжалование решения,
поскольку согласно ч.1 ст.399 ГПК  не  вступившее  в  законную  силу
решение  суда  может  быть  обжаловано  в кассационном порядке в суд
кассационной    инстанции    сторонами    и    другими    юридически
заинтересованными в исходе дела лицами,  а также иными лицами,  если
суд вынес решение об их правах и обязанностях.
     Решение суда,  постановленное в отсутствие представителя органа
опеки и попечительства,  не извещенного о времени и месте  судебного
заседания, подлежит отмене в соответствии с п.2 ч.2 ст.404 ГПК.
     Решением суда г.Новополоцка отказано в удовлетворении заявления
К.  об  ограничении в дееспособности его сына З.  Дело рассмотрено в
отсутствие представителя органа  опеки  и  попечительства,  а  также
данных  о  надлежащем  его извещении,  что в силу п.2 ч.2 ст.404 ГПК
влечет безусловную отмену решения.
     Определением судебной  коллегии по гражданским делам Витебского
областного  суда  решение  отменено  и  дело  направлено  на   новое
рассмотрение в связи с нарушением норм процессуального права.
     Кроме этого,  отказывая К.  в  удовлетворении  требования,  суд
указал  в  решении,  что  З.  действительно злоупотребляет спиртными
напитками,  однако  проживает  один,  не  ставит  семью  в   тяжелое
материальное  положение.  Такой  вывод  сделан судом на недостаточно
исследованных  доказательствах.  Свидетели  пояснили,  что   З.   не
проживает  в  квартире,  принадлежащей  ему  на праве собственности,
продал все вещи из квартиры и проживает у родителей, находится на их
содержании, коммунальные услуги оплачивает К. При новом рассмотрении
дела З. признан ограниченно дееспособным.
     Из материалов некоторых дел усматривалось,  что представителями
органа опеки и попечительства являлись методисты по  охране  детства
райисполкомов,  работники  управления  по  труду и социальной защите
райисполкомов  или  члены  комиссии  по  делам   несовершеннолетних,
секретари сельских Советов. Участие указанных лиц в рассмотрении дел
нельзя  признать  правильным,  поскольку  функции  органов  опеки  и
попечительства   осуществляют  управления  (отделы)  здравоохранения
местных исполнительных и распорядительных органов.
     Представители органов  опеки и попечительства принимали участие
в судебных заседаниях для дачи заключения по делу  (ст.90  ГПК).  Но
нередко  заключение  сводилось  лишь  к  тому,  что  орган  опеки  и
попечительства  не   возражал   против   удовлетворения   заявленных
требований.  По  мнению  судебной  коллегии  по  гражданским  делам,
заключение органа опеки и попечительства по делу должно быть дано  в
письменной форме.
     Согласно ч.4  ст.375  ГПК  судебные  расходы   (государственная
пошлина  и  издержки,  связанные  с  рассмотрением  дела) по делам о
признании граждан  ограниченно  дееспособными  и  недееспособными  с
заявителей  не  взыскиваются.  Однако  некоторые  суды  взыскивали с
заявителей госпошлину или  судебные  издержки.  Ошибочно  уплаченная
госпошлина, как правило, заявителям не возвращалась.
     Зачастую суды,  вынося решение об  ограничении  дееспособности,
взыскивали  госпошлину  с  заинтересованного лица.  При этом суды не
учитывали,  что в соответствии с ст.118 ГПК плательщиками госпошлины
являются граждане,  которые подают заявления.  Заинтересованные лица
(граждане,  злоупотребляющие спиртными напитками и ставящие семью  в
тяжелое  материальное  положение)  не  подают  заявления  в  суд,  в
отношении их решается вопрос об ограничении дееспособности.
     В силу  ч.3 ст.375 ГПК решение суда,  которым гражданин признан
недееспособным   или   ограниченно   дееспособным,    должно    быть
мотивированным.  Нарушение  указанного требования влечет безусловную
отмену решения суда первой инстанции на  основании  п.7  ч.2  ст.404
ГПК.
     Решением суда г.Новополоцка удовлетворено  заявление  прокурора
г.Новополоцка об    ограничении    дееспособности    К.,     который
злоупотребляет   спиртными   напитками  и  ставит  семью  в  тяжелое
материальное положение.
     Постановлением  президиума Витебского областного суда указанное
решение отменено, поскольку не являлось мотивированным.
     Согласно  чч.2,  3  п.1  ст.30  ГК  гражданин,  ограниченный  в
дееспособности,   вправе  самостоятельно  совершать  мелкие  бытовые
сделки. Совершать другие сделки, а также получать заработок, пенсию,
иные доходы и распоряжаться ими он может лишь с согласия попечителя.
Однако он  самостоятельно  несет  имущественную  ответственность  по
совершенным им сделкам и за причиненный им вред.
     Изучение дел  показало,  что  по  многим   делам   формулировка
резолютивной  части решения не соответствовала требованиям указанной
нормы.
     Некоторые суды,  признавая гражданина ограниченно дееспособным,
не  указывали  объем  ограничений   его   дееспособности.   Зачастую
формулировка  резолютивной  части  решения  противоречила  ст.30 ГК.
Например,  решением суда Оршанского  района  и  г.Орши  постановлено
признать  ограниченно  дееспособным Б.,  запретив ему самостоятельно
совершать сделки по распоряжению имуществом,  кроме мелких  бытовых,
получать заработную плату, пенсию, иные виды доходов и распоряжаться
ими. Вместе с тем согласно ст.30 ГК  указанные  действия  гражданин,
ограниченный в дееспособности, совершать может, но только с согласия
попечителя.
     Нередки случаи,    когда    суды    устанавливали   ограничение
дееспособности гражданину  только  в  части  получения  одного  вида
доходов,  например  заработной  платы,  или пособия на ребенка,  или
пенсии по возрасту, или пенсии по случаю потери кормильца.
     Решением суда   Минского   района  и  г.Заславля  ограничена  в
дееспособности  Г.  в  части  получения  и  распоряжения   денежными
средствами,  получаемыми  на  содержание  несовершеннолетнего  сына.
Между тем ст.30  ГК  предусматривает  ограничение  дееспособности  в
отношении   совершения  сделок  (кроме  мелких  бытовых),  получения
заработка, пенсии, иных доходов и распоряжения ими.
     Установление судами      частичного      объема     ограничений
дееспособности гражданина порой приводит к необходимости  повторного
обращения в суд.
     Решением суда Мядельского района в 1998  году  И.  ограничен  в
дееспособности   в   части   распоряжения   имуществом  и  получения
заработной  платы.  После  выхода  на   пенсию   И.   не   прекратил
злоупотреблять  спиртными  напитками  и  по-прежнему  ставит семью в
тяжелое материальное положение.  По заявлению  супруги  И.  прокурор
Мядельского  района  обратился  в  суд  с  заявлением об ограничении
дееспособности И. в части получения пенсии по возрасту.
     Поскольку решением суда в 1998 году И. был частично ограничен в
дееспособности  (только  в  отношении  заработной  платы),  то   для
получения  иного  вида  доходов  возникла  необходимость  повторного
обращения в суд.  Решением суда Мядельского района  И.  ограничен  в
дееспособности в части получения и распоряжения пенсией,  совершения
сделок, за исключением мелких бытовых.
     В ряде   случаев   по  изученным  делам  имелась  необходимость
вынесения частного определения,  однако судами это сделано не  было.
Решением   суда   Краснопольского   района  по  заявлению  прокурора
Краснопольского района признаны ограниченно дееспособными  М.  и  Б.
вследствие  злоупотребления спиртными напитками.  Из материалов дела
видно,  что указанные лица имеют пятерых  несовершеннолетних  детей,
нигде   не   работают,  пособие  на  детей  тратят  на  приобретение
спиртного,  воспитанием детей не  занимаются,  за  детьми  ухаживает
престарелая бабка.  При таких обстоятельствах суду следовало вынести
частное  определение  в  адрес  отдела  образования  Краснопольского
райисполкома для проведения воспитательной работы с М.  и Б.,  а при
наличии  к  тому  оснований  -  инициирования  вопроса   о   лишении
родительских прав.
     После вступления решения  о  признании  гражданина  ограниченно
дееспособным или недееспособным в законную силу суд обязан выслать в
течение трех дней копию этого решения соответствующему органу  опеки
и  попечительства по месту жительства лица,  признанного ограниченно
дееспособным  или  недееспособным,  для   установления   опеки   или
попечительства (ч.5 ст.375 ГПК).  В отдельных случаях в органы опеки
и  попечительства  направлялась  не  копия  решения,  а  выписка  из
решения,  что  противоречит  требованию  данной статьи.  В нарушение
процессуальной нормы копии решений иногда направлялись судами  не  в
органы опеки и попечительства,  а в управления социальной защиты,  в
комиссии   по   делам    несовершеннолетних,    психоневрологические
диспансеры, дома-интернаты.
     Направляя копии решений в органы опеки и  попечительства,  суды
зачастую  не  указывали  на необходимость сообщения суду результатов
исполнения решения.  В материалах  ряда  изученных  дел  отсутствуют
копии  решений  местных  исполнительных и распорядительных органов о
назначении опекуна над лицом,  признанным судом  недеепособным,  или
попечителя над лицом, ограниченным в дееспособности.
     Суды не  всегда  контролировали   исполнение   решений   и   по
прошествии  некоторого  времени  не  направляли напоминания в органы
опеки и попечительства о необходимости соблюдения ч.3 ст.151 Кодекса
Республики  Беларусь  о  браке и семье,  согласно которой опекун или
попечитель  должен  быть  назначен  не  позднее  месячного  срока  с
момента,  когда  органам  опеки  и  попечительства  стало известно о
необходимости установления опеки или попечительства.
     Гражданский кодекс  предусматривает  гарантии  защиты интересов
граждан,  связанные с их  правовым  статусом.  Устранение  ошибок  и
недостатков,  отмеченных  в  обзоре,  послужит более полной и точной
реализации этих гарантий.

Судебная коллегия                               Управление обобщения
по уголовным делам                              судебной практики
Верховного Суда                                 Верховного Суда
Республики Беларусь                             Республики Беларусь