ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ 
                ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

О СУДЕБНОЙ ПРАКТИКЕ ПО ДЕЛАМ О ВЗЯТОЧНИЧЕСТВЕ

     По  данным Министерства внутренних дел в 2002 году по сравнению
с  2001-м  преступность этого вида в республике увеличилась на 21,5%
(с  971  до 1180 человек). Наибольшее число случаев взяточничества в
этот  период  выявлено в  г.Минске и Гомельской области. В 2002 году
отмечен  рост  этих  преступлений в Могилевской (81,8%), Гродненской
(58,3%) и Витебской (40,2%) областях.
     Судами  республики  в  2002 году осуждено за взяточничество 288
человек,  что  на  24,6%  больше,  чем в предшествующем. Преобладает
судимость за получение взятки.
     Субъектом  получения взятки может быть только должностное лицо,
признанное таковым в соответствии с ч.4 ст.4 УК.
     По  делам  в  отношении должностных лиц, обвиняемых в получении
взяток,    необходимо  установить  круг  и  характер  их   служебных
полномочий,  закрепленных  в  законодательных  и  иных   нормативных
правовых  актах,  должностных  положениях и инструкциях. В приговоре
должны  содержаться  ссылки  на конкретные правовые акты, наделяющие
должностное  лицо  теми  или  иными  полномочиями, используя которые
вопреки интересам службы, оно получило вознаграждение.
     Отдельные  суды поверхностно анализировали служебные полномочия
лиц,  обвинявшихся  во  взяточничестве,  а поэтому неверно оценивали
характер их полномочий, что влекло судебные ошибки.
     По приговору   суда   Советского   района   г.Минска  начальник
тоннельного отряда ГСП  "Минскметрострой"  Ш.  был  осужден  по  ч.2
ст.430 УК за получение взятки за сдачу в аренду помещений.
     Определением судебной  коллегии  по  уголовным  делам  Минского
городского суда приговор изменен,  действия Ш. переквалифицированы с
ч.2 ст.430 УК на ч.1 ст.166 УК 1960  года.  Такое  решение  коллегия
приняла исходя из следующего.  Согласно приказу № 124 начальника ГСП
"Минскметрострой",  имеющемуся   в   материалах   дела,   начальники
структурных  подразделений  ГСП,  коим и является обвиняемый,  имели
право  заключать  договоры  аренды  помещений  только  при   наличии
специальной  доверенности начальника ГСП.  При таких обстоятельствах
заключение и расторжение договоров аренды помещений не относилось  к
исключительной  компетенции такого должностного лица,  как начальник
тоннельного  отряда,  а  следовательно,   обвиняемый   не   является
субъектом получения взятки в правоотношениях по аренде помещений.
     Наряду  с  этим имелись факты, когда должностные лица, виновные
во  взяточничестве,  ошибочно  не  признавались  субъектами  данного
преступления.
     Органами  предварительного  следствия  М. обвинялся в том, что,
работая    старшим    преподавателем   кафедры   электрооборудования
Белорусского  аграрного  технического  университета  (БАТУ), являясь
должностным  лицом,  на  которое  в  соответствии  с  Уставом БАТУ и
Положением  "О  курсовых  экзаменах  и  зачетах  в  высших   учебных
заведениях"    возложено   преподавание  предмета,  прием   зачетов,
экзаменов, курсовых и дипломных работ, то есть выполнение юридически
значимых    действий,  злоупотребляя  своим  служебным   положением,
неоднократно вымогал и принимал от студентов БАТУ взятки за оказание
содействия  в  получении  положительных  оценок при сдаче экзаменов,
зачетов, курсовых работ.
     По  приговору  суда Первомайского района  г.Минска от 10 января
2001  г.  М.  оправдан  за  отсутствием  в  его  действиях   состава
преступления,  поскольку,  по  мнению  суда, он не являлся субъектом
данного    преступления,   выполняемые  им  действия  относились   к
исполнению     профессиональных    обязанностей       преподавателя,
предусмотренных  Положением  "О  курсовых экзаменах в высших учебных
заведениях"    №   235-А,  утвержденным  Министерством   образования
Республики  Беларусь  22  августа  1994  г. В момент инкриминируемых
деяний  М. не был наделен по выполняемой им преподавательской работе
организационно-распорядительными  или административно-хозяйственными
функциями  в  отношении  студентов  и  не являлся лицом, выполнявшим
юридически значимые действия.
     Определением  судебной  коллегии  по уголовным делам Верховного
Суда  от  18  января  2002 г. приговор отменен, а дело направлено на
новое  судебное  рассмотрение,  поскольку  преподаватели  высших или
средних    специальных    учебных    заведений,   уполномоченные   в
установленном порядке на принятие у обучаемых экзаменов или зачетов,
являются  субъектами  юридически  значимых  действий  и  в  связи  с
осуществлением    указанных    полномочий  подпадают  под   признаки
должностного лица.
     Если  должностное  лицо  за вознаграждение просит других лиц, с
которыми  оно  ни  в  каких служебных отношениях не состоит, оказать
содействие в получении какой-то выгоды лицам, давшим вознаграждение,
в  его  действиях состав получения взятки отсутствует, поскольку это
лицо    совершает   указанные  действия  без  использования   своего
служебного положения.
     Так,  Минский  областной  суд  признал  законным оправдательный
приговор,  вынесенный  судом  Несвижского  района  в  отношении  М.,
обвинявшегося  в  получении  взятки  от  Х.  за  оказание последнему
содействия  в  оплате  СП  "Сен" ООО "Валдинес" поставленного на КПА
"Клецкий"  концентрированного  яблочного  сока. По делу установлено,
что СП "Сен" - плательщик по договору и КПА "Клецкий", председателем
которого  являлся  М.,  в  служебной  зависимости  между  собой   не
находились.
     По уголовным  делам  этой  категории  имеет   место   и   такой
недостаток, как отсутствие в некоторых из них должностных инструкций
в отношении лиц,  признанных должностными.  Так,  в материалах  дела
милиционера-водителя Л.  и конвоира конвойной службы К.,  осужденных
судом Центрального района г.Гомеля по ч.2  ст.430  УК  за  получение
взятки   группой   лиц   по  предварительному  сговору,  должностная
инструкция имеется только на К. Отсутствует должностная инструкция и
в материалах дела Г., осужденной по ч.1 ст.430 УК этим же судом.
     Изучение показало, что суды не всегда четко определяют признаки
преступного  поведения  должностного  лица,  за которое оно получает
взятку.
     По  делу Ч., который, будучи председателем сельского Совета, за
взятки  составлял и выдавал фиктивные справки, дающие право на вывоз
сельхозпродукции  за  пределы  Республики Беларусь, в приговоре суда
Мстиславского  района  указано,  что  вознаграждение  он  получал за
благоприятное    решение    вопроса,   входящего  в  его   служебную
компетенцию.  Между  тем использование им служебных полномочий носит
точно  определенный  характер  по своему содержанию: выдача заведомо
ложных документов.
     Некоторые  суды  не  выясняют  и  не  отражают в приговорах, за
выполнение   каких  конкретных  действий  (бездействие)  по   службе
должностное лицо получило взятку от заинтересованного лица.
     В  приговоре  суда  Центрального  района  г.Гомеля от 17 января
2002  г.  по  делу  Г.  указано,  что она получила вознаграждение за
благоприятное  решение  вопросов,  входящих  в  ее  компетенцию   по
приобретению товаров. В чем это конкретно выражалось, в приговоре не
раскрыто.
     Дача,  получение  взятки  и  посредничество  во  взяточничестве
считаются  оконченными преступлениями с момента принятия должностным
лицом материального вознаграждения.
     В  случаях  когда  обусловленная  взятка  не  была  получена по
причинам,  не зависящим от воли взяткополучателя, содеянное образует
покушение на получение взятки.
     Если    передаваемая   взятка  отвергнута  должностным   лицом,
содеянное следует квалифицировать как покушение на дачу взятки.
     Изучением    установлены    неединичные   случаи   неправильной
квалификации  действий  взяткодателей  как оконченного преступления,
когда должностное лицо отказалось принять взятку.
     Д. в течение года после наложения  административного  взыскания
за  обман  покупателей  вновь  совершила аналогичное правонарушение.
Преследуя  цель  уйти  от  уголовной  ответственности,  Д.  пыталась
передать  оперуполномоченному ОЭП Ленинского РОВД г.Бобруйска К.  30
долларов  США   за   уничтожение   материалов   о   совершенном   ею
правонарушении. Несмотря на то, что взятка была отвергнута, действия
Д.  стороной  обвинения  и  судом  Ленинского   района   г.Бобруйска
неправильно расценены как оконченное преступление.
     Суд Первомайского района г.Витебска осудил С. за дачу взятки по
ч.2 ст.431 УК.  Установлено,  что,  имея цель избежать привлечения к
административной ответственности за  мелкое  хищение,  она  передала
оперуполномоченному   ОЭП   Первомайского  РОВД  г.Витебска  К.  100
долларов  США,  К.  взятку  не  принял.  Однако  действия   С.   суд
неправильно расценил как оконченное преступление.
     Как  показало  изучение,  наибольшие  затруднения  на  практике
вызывало  решение  вопроса  о  вменении  квалифицирующего   признака
дачи-получения    взятки    за    заведомо    незаконное    действие
(бездействие).
     Л.,    работая  заместителем  директора  учебного  центра   "ПО
Беларусьнефть",  за  взятки выдавала заведомо ложные свидетельства о
получении    специальности    помощника   бурильщика  подземного   и
капитального  ремонта  скважин  лицам,  не обучавшимся в центре и не
имевшим права на получение указанных свидетельств.
     Стороной обвинения,  а  затем  и  судом  г.Речицы  действия  Л.
квалифицированы по ч.2 ст.430  УК  только  как  повторное  получение
взятки.  Несмотря  на  то,  что  ее  действия  по  выдаче  фиктивных
свидетельств являлись незаконными,  этот квалифицирующий признак  ей
не был вменен.
     Сторона  обвинения  и  суд  Слонимского  района  не  признали в
действиях  Ш.  наличия  признака  дачи взятки за заведомо незаконное
бездействие.  Ш.,  будучи  задержанным  работником ДПС за управление
автомобилем  в  нетрезвом  состоянии, пытался передать ему взятку за
несоставление протокола об административном правонарушении.
     Представляется,  в  случаях когда должностное лицо совершает за
взятку   действия  (бездействие),  содержащие  состав   должностного
проступка,    преступления  или  административного   правонарушения,
действия виновного следует квалифицировать как дача-получение взятки
за заведомо незаконные действия (бездействие).
     Все  содеянное  должностным  лицом за полученное вознаграждение
должно  быть подвергнуто правовому анализу и в тех случаях, когда за
взятку  совершаются  какие-либо другие преступления против интересов
службы,  ответственность  должна  наступать по совокупности. Следует
отметить,  что  это  обстоятельство  не  всегда учитывается органами
предварительного    следствия,    которые,    установив       состав
взяточничества,   не  давали  никакой  правовой  оценки   действиям,
совершенным    за    взятку  и  образующим  самостоятельный   состав
преступления.
     Врач Дубровенского   ТМО   Р.  получил  20000  руб.  от  К.  за
составление   и   выдачу   фиктивного   листка   нетрудоспособности.
Обоснованно  признав Р.  должностным лицом,  сторона обвинения и суд
Дубровенского района квалифицировали  его  действия  только  по  ч.2
ст.430  УК  как  получение  взятки  за заведомо незаконное действие,
оставив без внимания тот факт,  что составление и выдача  фиктивного
листка  нетрудоспособности образуют состав такого преступления,  как
служебный  подлог.  Р.  подлежал  ответственности  по   совокупности
преступлений: по ч.2 ст.430 и ст.427 УК.
     Вымогательство предполагает требование дать взятку с угрозой со
стороны  должностного  лица, либо совершить определенные действия по
службе в ущерб законным интересам гражданина, либо бездействовать по
службе  при наличии законных требований со стороны гражданина, что и
является  поставлением  его  в такие условия, когда он вынужден дать
взятку  для предотвращения вредных последствий своим правоохраняемым
интересам.
     При  вымогательстве взятка дается за то, чтобы должностное лицо
действовало  (бездействовало) законно, без нарушения обязанностей по
службе.  Поэтому  предъявление  обвинения  в  получении  взятки   за
незаконные  действия (бездействие) исключает возможность вменения по
этому  эпизоду  получения  взятки  квалифицирующего  признака "путем
вымогательства".
     По приговору  суда  Гомельского  района  от  1  августа 2002 г.
инженер поста весогабаритного контроля Г.  осужден по ч.2 ст.430  УК
за   получение   взятки   за   заведомо  незаконные  действия  путем
вымогательства.
     Квалифицируя  действия  Г.  по  признаку получения взятки путем
вымогательства, суд исходил из того, что он потребовал у Ж. взятку в
сумме  20  долларов  США  за пропуск транспортного средства с весом,
превышающим  установленную  норму, заявив, что в противном случае за
превышение  веса  автомобиля  придется  заплатить больше 20 долларов
США.
     Из  материалов  дела усматривается, что автомашина с грузом, на
которой  Ж.  намеревался пересечь государственную границу Республики
Беларусь,  по  весу превышала установленную норму и поэтому на посту
весогабаритного  контроля  Ж.  должен был произвести соответствующую
оплату.  Однако  он  передал  Г.  взятку  за  пропуск  автомобиля  с
превышающим  весом  без  дополнительной  оплаты, то есть взятка была
передана  за заведомо незаконное действие. При таких обстоятельствах
в действиях Г. вымогательство взятки отсутствует.
     Следует  иметь  в  виду,  что ошибка в установлении наличия или
отсутствия  признака вымогательства взятки влечет серьезные правовые
последствия, касающиеся ответственности не только получателя взятки,
но  и взяткодателя, поскольку в соответствии с примечанием к  ст.431
УК  лицо,  давшее  взятку в результате вымогательства, должно быть в
обязательном  порядке  освобождено  от  уголовной ответственности за
данное    преступление.    Поэтому   если  квалифицирующий   признак
"вымогательство  взятки"  будет  ошибочно  вменен должностному лицу,
получившему  взятку,  произойдет  не  только не основанное на законе
усиление ответственности этого лица, но и незаконное освобождение от
уголовной    ответственности    взяткодателя.  Напротив,   ошибочное
невменение  вымогательства взятки повлечет смягчение ответственности
получателя    взятки    и    незаконное   привлечение  к   уголовной
ответственности лица, давшего взятку.
     Отмечаются    ошибки  в  определении  такого   квалифицирующего
признака дачи-получения взятки, как повторность.
     Повторное    получение,  дача  взятки  или  посредничество   во
взяточничестве предполагает совершение одного и того же преступления
не  менее  двух  раз,  если  не истекли сроки давности привлечения к
уголовной ответственности.
     Одновременное  получение должностным лицом взятки от нескольких
лиц,  если  в  интересах  каждого взяткодателя совершаются отдельные
действия,    следует   расценивать  как  преступление,   совершенное
повторно.
     Преподаватель    БГПА    О.,  являясь  должностным  лицом,   за
выставление    положительных  оценок  по  предмету   "начертательная
геометрия" получила в качестве взятки от студенток Я., К. и М. по 15
долларов США.
     Органами предварительного следствия действия О. квалифицированы
по ч.2 ст.430 УК по признаку получения взятки повторно.
     Государственный обвинитель  в  судебном  заседании отказался от
поддержания обвинения в этой части и просил квалифицировать действия
О. по ч.1 ст.430 УК. С учетом мнения государственного обвинителя суд
Первомайского района г.Минска осудил  О.  за  получение  взятки  без
квалифицирующих признаков.
     Данная  квалификация  является  неправильной.  Не  учтено,  что
виновная,  получив  деньги  от  студенток  и  поставив положительные
оценки,  совершила  в  интересах  каждой  из  них  отдельные (хотя и
одинаковые  по  своему  характеру)  действия,  поэтому  их следовало
квалифицировать как получение взятки повторно.
     От    повторности    следует    отличать  единое   продолжаемое
преступление.
     П., работая директором предприятия "Могилевский рынок", с целью
вымогательства    взяток   упразднил  систему  приема,   регистрации
заявлений  и  установления очередности на выделение торговых мест на
рынке,  наделил  себя  полномочиями  по  единоличному  распределению
торговых  мест  на  рынке  "Заднепровский"  и  тем  самым   поставил
предпринимателей     в   зависимые  только  от  его  воли   условия,
распределял  торговые  места  на указанном рынке за взятки по своему
усмотрению. При этом П., в том числе и для сокрытия своего участия в
совершении преступлений, поручил инспектору рынка "Заднепровский" К.
подыскивать  предпринимателей,  нуждающихся  в  торговых  местах  на
рынке,  доставлять  от  них  заявления  на выделение мест и предметы
взятки,  а  им  - документы, подтверждающие право на торговое место.
Создав  указанные  условия  для взяточничества, П. в соучастии с К.,
действовавшим как пособник, систематически получал взятки за решение
вопроса о выделении торговых мест.
     Сторона обвинения и суд Центрального района г.Могилева наряду с
другими  квалифицирующими признаками квалифицировали действия П.  по
ч.2 ст.430 УК,  а К.  по ч.6 ст.16,  ч.2 ст.430  УК  и  по  признаку
повторности.
     Могилевский областной суд с такой квалификацией не согласился и
обоснованно    исключил   признак  "повторность",  "поскольку,   как
установлено  судом,  действия П. и К. определялись единым умыслом на
систематическое  получение взяток, общим источником которых являлась
их  деятельность  на рынке, и составляли в совокупности продолжаемое
преступление".
     Поскольку  от  размера  полученной взятки зависит квалификация,
стоимость  предмета взятки, включая выгоды имущественного характера,
должна  всегда  получить  оценку  в  национальной  валюте Республики
Беларусь на основании действующих цен официального курса иностранных
валют,  расценок  или  тарифов  на  услуги, а при их отсутствии - на
основании  заключения экспертов о его стоимости на момент совершения
преступления.
     Однако  в  практике  имеют  место случаи, когда денежная оценка
предмета    взятки    отсутствует,   а  предмет  взятки  вообще   не
конкретизируется.
     Изучением    установлена    неоднозначность  решения   вопросов
квалификации,  когда  должностное  лицо,  имея  умысел  на получение
взятки  в  крупном  размере,  по независящим от него причинам смогло
получить  только  часть  этой  взятки,  не  превышающую  250 базовых
величин.
     К.,    являясь    проректором   Гродненского   государственного
университета,  намеревался  получить от К-ой Р.  2000 долларов США в
качестве    вознаграждения   за  положительное  решение  вопроса   о
поступлении    К-ва   О.  на  бюджетную  форму  обучения.   Согласно
договоренности   1000 долларов США из оговоренной суммы он получил в
апреле  2001  г.,  а  остальную должен был получить после зачисления
К-ва  О. в университет. Впоследствии К-ва Р. отказалась передать эту
сумму.
     Действия  К.  судом Ленинского района  г.Гродно квалифицированы
по ч.2 ст.430 УК как получение взятки в крупном размере.
     По  делу  А. суд занял иную позицию. А., работая директором ЗАО
"Стадион  "Трактор",  согласился  не  расторгать договор аренды с ЦП
"Болес"  за  взятку в сумме  6000 долларов США. 15 ноября 2001 г. от
заместителя  директора  этого  предприятия А. получил из оговоренной
суммы 1000 долларов США и был задержан с поличным.
     Стороной обвинения и судом Заводского района г.Минска  действия
А.  квалифицированы  по  ч.1  ст.14,  ч.2 ст.430 УК как покушение на
получение взятки в крупном размере.
     По мнению судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда,
в последнем случае решение суда является правильным.
     Если    из   обусловленной  суммы  взятки  в  крупном   размере
должностным  лицом  получена  лишь  ее  часть  и  на этом преступная
деятельность  была  пресечена, содеянное следует квалифицировать как
покушение на получение взятки в крупном размере.
     Судебная  практика  свидетельствует,  что  не  всегда правильно
решается  вопрос  о разграничении посредничества во взяточничестве и
соучастия  в  этом  преступлении.  При  этом не учитывается, что для
квалификации действий виновного как посредничества во взяточничестве
необходимо,  чтобы его роль ограничивалась только передачей предмета
взятки.   Если  же  лицо  организует  дачу  или  получение   взятки,
подстрекает  к  этому  либо  иным  образом  способствует  даче   или
получению  взятки  и  одновременно выполняет посреднические функции,
содеянное  квалифицируется как соучастие в даче или получении взятки
(в  зависимости от того, в чьих интересах, на чьей стороне и по чьей
инициативе оно действовало).
     По приговору суда Советского района г.Гомеля от 13 ноября  2001
г.  Е.  осуждена  за посредничество во взяточничестве.  Она признана
виновной в получении от  Ш.  1500  долларов  США  и  передаче  их  в
качестве   взятки   ответственному   секретарю   приемной   комиссии
университета Л.  за положительное решение  вопроса  о  приеме  Ш.  в
Гомельский государственный университет.
     Из материалов дела видно, что Ш., желая поступить в университет
для  обучения,  решил подыскать должностное лицо,  которое смогло бы
оказать  ему  содействие.  Он  попросил  Е.,  секретаря   факультета
университета,  помочь ему решить данный вопрос.  Пообещав помощь, Е.
обратилась  к  Л.  и  уговаривала  его  за  вознаграждение   оказать
содействие Ш.  в поступлении.  Получив его согласие, Е. сообщила Ш.,
что за 1500 долларов США этот  вопрос  будет  решен  положительно  и
впоследствии указанную сумму передала Л.
     При таких обстоятельствах действия Е. следовало квалифицировать
как соучастие в даче взятки.
     К   числу  характерных  ошибок,  допускаемых  судами  по   этой
категории дел, следует отнести и отсутствие конкретики в мотивировке
квалификации  действий обвиняемого. Нередко мотивировка квалификации
преступления,  совершенного  конкретным  обвиняемым,  заключается  в
воспроизведении диспозиции ч.1 ст.430 УК.
     Согласно закону лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной
ответственности,  если имело место вымогательство взятки со  стороны
должностного  лица  или  если  это лицо добровольно сообщило органу,
имеющему право возбудить уголовное дело, о даче взятки (примечание к
ст.431 УК).  Это два самостоятельных основания,  для освобождения от
уголовной ответственности достаточно хотя бы одного,  любого из них.
При этом следует иметь в виду, что при их наличии прекращение дела в
отношении   взяткодателя   с   освобождением   его   от    уголовной
ответственности является обязанностью следователя и прокурора.
     Однако, как показало изучение судебной практики, это требование
закона  выполнялось  не всегда.  Например,  по делу Д.,  осужденного
приговором суда Островецкого района от 30  апреля  2002  г.  по  ч.1
ст.430  УК  за  получение взятки от Л.,  следователем прокуратуры не
решен  вопрос   об   освобождении   от   уголовной   ответственности
взяткодателя,  хотя  последний  добровольно  сообщил  в  заявлении в
прокуратуру о совершенном преступлении.
     При  анализе  дел  выявлены  случаи  неправильного   толкования
понятия  добровольности  заявления  и  признания  его таковым тогда,
когда  фактически  оно  было вынужденным. Так, не может признаваться
добровольным  сообщение, сделанное в связи с тем, что о преступлении
стало известно органам предварительного следствия.
     Приговором суда Центрального района г.Минска от 26 июня 2002 г.
Ш. осужден по совокупности преступлений - ч.3 ст.430 УК и ч.3 ст.424
УК.
     Согласно постановлению следователя прокуратуры уголовное дело в
отношении  М.  и  П.  по  факту  их  соучастия  в  посредничестве во
взяточничестве    при  получении  взятки  Ш.  от  Т.   производством
прекращено   в  связи  с  добровольностью  их  сообщения  о   данном
преступлении.
     Между тем,  как следует  из  материалов  дела,  М.  и  П.  были
задержаны по подозрению в совершении преступления,  предусмотренного
ч.5 ст.16,  ч.1 ст.431 УК.  В день задержания они были  допрошены  в
качестве  подозреваемых  и  в  ходе  допроса отрицали свое участие в
совершении преступления. В последующем они были допрошены повторно и
написали заявления о явке с повинной.
     При таких обстоятельствах М.  и П. не могли быть освобождены от
уголовной ответственности согласно примечанию к ст.432 УК, поскольку
добровольно  не  заявили  о  содеянном,  а  лишь  после   задержания
подтвердили свое участие в совершении преступления.
     Не   всегда  правильно  решается  вопрос  об  освобождении   от
уголовной ответственности взяткополучателей, отвергнувших взятку.
     В отношении должностного лица, отвергнувшего взятку, следует не
прекращать производство по делу,  а выносить постановление об отказе
в  возбуждении  уголовного  дела  на  основании  ч.1  ст.29  УПК  за
отсутствием общественно опасного деяния,  предусмотренного уголовным
законом.
     Из материалов    дела    О.    усматривается,   что   уголовное
преследование против  работников  милиции  К.  и  Ш.  по  ст.430  УК
прекращено,  при  этом  неправильно  сделана  ссылка на примечание к
ст.432 УК,  в которой,  по мнению следователя,  указано,  что "лицо,
получившее взятку,  освобождается от уголовной ответственности, если
оно после получения взятки добровольно заявило о содеянном".
     Такое  решение  следователя  не  основано  на законе. Работники
милиции  в  данном  случае  преступления  не  совершали.  По   этому
основанию в отношении их следовало вынести постановление об отказе в
возбуждении уголовного дела.
     Нередки    случаи,  когда  лица,  освобожденные  от   уголовной
ответственности,  необоснованно признаются во время предварительного
следствия    потерпевшими.    При  этом  упускается  из  виду,   что
освобождение  от уголовной ответственности по мотивам вымогательства
взятки  или  добровольного  заявления  о  даче  взятки  не исключает
противоправного   характера  их  действий.  Поэтому  они  не   могут
признаваться  потерпевшими  от преступления, за исключением случаев,
когда  будет  установлено,  что  они действовали в состоянии крайней
необходимости (ст.36 УК).
     Изучение дел показало, что при решении вопроса о судьбе денег и
других    ценностей,   являвшихся  предметом  взятки  и   признанных
вещественными    доказательствами,   судами  допускались  ошибки   и
нарушения  закона.  Отдельные  из  них вообще не решали в приговорах
вопрос    о    предметах    взятки,    признанных      вещественными
доказательствами.
     В  некоторых  случаях  суды  неправильно  взыскивали  в   доход
государства  деньги  и другие ценности, переданные в качестве взятки
лицами,  которые  до  передачи  взятки  добровольно уведомили органы
уголовного  преследования  о  требовании  взятки  и   способствовали
изобличению взяткополучателя.
     Так, суд  г.Новополоцка  в  приговоре от 12 августа 2002 г.  по
делу Г.  необоснованно распорядился конфисковать в доход государства
предмет взятки в виде 200 долларов США,  принадлежавших В.,  который
добровольно заявил в Новополоцкий ГОВД о вымогательстве взятки и для
изобличения  взяткополучателя  участвовал  в  проведении оперативных
действий под контролем милиции и  для  этого  предоставил  свои  200
долларов.
     Судом  кассационной  инстанции  указанная  ошибка   исправлена,
постановлено вернуть В. всю валюту.
     Анализ статистических данных о назначении наказания  по  ст.430
УК свидетельствует о том, что преобладающим видом наказания являются
исправительные работы - 31,3%.  К лишению свободы осуждено 29,5%,  к
ограничению свободы - 28,3%.
     Большинству лиц,  осужденных по ч.1 ст.430 УК,  санкция которой
является  альтернативной,  назначено  наказание  в  виде ограничения
свободы (39,3%) и  исправительных  работ  (31,2%).  Лишение  свободы
применялось в 9,8% случаев.
     Санкция ч.2 ст.430  УК  предусматривает  в  качестве  основного
наказания  только  лишение свободы на срок от 5 до 10 лет.  Удельный
вес этого вида наказания в 2002 году составил 39%.  Причем  виновные
лица   часто   осуждаются   к   лишению   свободы   на   сроки  ниже
предусмотренных санкцией статьи:  от 3 до 5 лет (35,9%),  от 2 до  3
лет (23,1%) и от 1 года до 2 лет (10,3%).
     Отмечается распространенное применение ст.70 УК  при  осуждении
по ст.430 УК.  Так, удельный вес наказаний, назначенных ниже низшего
предела, либо более мягких наказаний (в целом по ст.430 УК) составил
60,8%, а по ч.2 ст.430 УК - 77%.
     Как  показывает  статистика, к лицам, осужденным по  ст.431 УК,
суды чаще всего применяют исправительные работы (69,0%).
     Дополнительные  наказания - лишение права занимать определенные
должности  или  заниматься  определенной деятельностью и конфискация
имущества - применены соответственно к 32,9% и 21,1% осужденных.
     Изучение  дел  свидетельствует  о  том, что большинство ошибок,
допускаемых    судами    при    назначении  наказания  по  делам   о
взяточничестве,   связано  с  применением   ст.70  УК,  а основная -
назначение  более  мягкого  наказания,  чем  предусмотрено за данное
преступление,  при  отсутствии  убедительных  оснований  и   должной
мотивировки применения данной статьи.
     Д. признан виновным в том, что, являясь исполняющим обязанности
начальника    производственной  базы,  получил  от   индивидуального
предпринимателя С. деньги в размере 80 долларов США за благоприятное
решение  вопроса,  входящего  в  его  компетенцию,  выразившееся   в
обещании  незаконного  занижения  показателя  фактически  арендуемой
площади  по  договору  аренды,  что  должно  было  повлечь  за собой
незаконное снижение арендной платы.
     По приговору суда Заводского района г.Минска от 3 мая  2002  г.
Д.  осужден  по  ч.2  ст.430 УК с применением ст.70 УК к ограничению
свободы сроком на 2 года 6 месяцев. Исключительными обстоятельствами
суд  признал его чистосердечное раскаяние в совершенном преступлении
и то, что впервые привлекается к уголовной ответственности.
     Очевидно,  что указанные в приговоре обстоятельства не являются
исключительными.  Кроме  того,  из  материалов  дела видно, что Д. в
судебном  заседании  лишь частично признал себя виновным в получении
взятки.
     Имеют место случаи неправильного применения ст.70 УК.
     Так, по приговору суда Слуцкого района и г.Слуцка А. осужден по
ч.1  ст.14  и  ч.2  ст.431  УК.  Избирая  меру  наказания,  суд счел
возможным применить ст.70 УК и назначил А.  6 месяцев ареста. Однако
санкция  ч.2  ст.431  УК  наряду  с  лишением свободы и ограничением
свободы предусматривает также исправительные  работы.  Назначение  с
применением   ст.70   УК   ареста,   наказания  более  тяжкого,  чем
исправительные работы, недопустимо.
     Отдельные  суды  при избрании меры наказания лицам, виновным во
взяточничестве,    указывают    на   корыстные  побуждения  как   на
обстоятельство,  отягчающее  их ответственность. При этом упускается
из  виду,  что  корыстная  заинтересованность  является  необходимым
элементом  субъективной  стороны  данного  состава преступления и не
должна    учитываться    в   качестве  обстоятельства,   отягчающего
ответственность.
     По  ряду дел из числа изученных приговоры не содержали сведений
об  обсуждении  вопроса  о  назначении  дополнительных  наказаний  -
конфискации    имущества  и  лишения  права  занимать   определенные
должности   или  заниматься  определенной  деятельностью,  а   также
мотивировок    и    обоснований    решения    суда  о   неприменении
дополнительного наказания.
     По некоторым делам суды не указывали, какие конкретно должности
не  может  занимать виновное лицо или какой именно деятельностью ему
запрещено  заниматься,  либо  лишали  права  занимать  должности, не
связанные с совершенным преступлением.
     Обсуждение  на  Пленуме  Верховного  Суда  судебной практики по
делам    о   взяточничестве  направлено  на  устранение   отмеченных
недостатков,  обеспечение  правильного  и  единообразного применения
законодательства, предусматривающего ответственность за это наиболее
опасное проявление коррупции.

Судебная коллегия                               Управление обобщения
по уголовным делам                              судебной практики
Верховного Суда                                 Верховного Суда
Республики Беларусь                             Республики Беларусь