ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРЕЗИДИУМА МИНСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА
                          16 июля 2003 г.

В СООТВЕТСТВИИ С ст.391 УПК СУЩЕСТВЕННЫМИ НАРУШЕНИЯМИ
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ЗАКОНА ПРИЗНАЮТСЯ ТАКИЕ НАРУШЕНИЯ,
КОТОРЫЕ ПУТЕМ ЛИШЕНИЯ ИЛИ СТЕСНЕНИЯ ГАРАНТИРОВАННЫХ ЗАКОНОМ
ПРАВ УЧАСТНИКОВ УГОЛОВНОГО ПРОЦЕССА ПРИ СУДЕБНОМ
РАССМОТРЕНИИ УГОЛОВНОГО ДЕЛА ИЛИ ИНЫМ ПУТЕМ ПОМЕШАЛИ СУДУ
ВСЕСТОРОННЕ, ПОЛНО И ОБЪЕКТИВНО ИССЛЕДОВАТЬ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА
УГОЛОВНОГО ДЕЛА И ПОВЛИЯЛИ ИЛИ МОГЛИ ПОВЛИЯТЬ
НА ПОСТАНОВЛЕНИЕ ЗАКОННОГО И ОБОСНОВАННОГО ПРИГОВОРА

                            (извлечение)

     По приговору  суда  Солигорского  района  и   г.Солигорска   Г.
осуждена по ч.2 ст.160-1 УК 1960 г. и ч.1 ст.216 УК 1999 г.
     Она признана виновной в умышленном  занижении  прибыли  и  иных
объектов   налогообложения,  повлекшем  причинение  ущерба  в  особо
крупном размере,  а также в причинении ущерба в значительном размере
путем обмана при отсутствии признаков хищения.
     Президиум  Минского областного суда 16 июля 2003 г. по протесту
заместителя  Председателя  Верховного  Суда  приговор отменил и дело
передал на новое судебное рассмотрение, указав следующее.
     В соответствии   с   ст.391   УПК   существенными   нарушениями
уголовно-процессуального закона признаются такие нарушения,  которые
путем  лишения или стеснения гарантированных законом прав участников
уголовного процесса при судебном рассмотрении  уголовного  дела  или
иным путем помешали суду всесторонне, полно и объективно исследовать
обстоятельства уголовного дела и  повлияли  или  могли  повлиять  на
постановление законного и обоснованного приговора.
     В обоснование   выводов   о   виновности   Г.   в    совершении
инкриминируемых  ей  деяний  суд  в  приговоре сослался на показания
свидетелей М.  и Р.,  данные при досудебном производстве. В судебном
заседании названные лица не допрошены.
     В материалах дела имеется заявление М., в котором он сообщает о
невозможности  его  явки в заседание суда первой инстанции в связи с
болезнью жены и ребенка.  Однако факт заболевания  документально  не
подтвержден.   Из   протокола   судебного   заседания   видно,   что
рассмотрение дела проходило с  29  ноября  по  6  декабря  2002  г.,
заявление  М.  датировано 2 декабря 2002 г.,  однако суд не выяснил,
действительно  ли  явка  данного  свидетеля  в  судебное   заседание
невозможна в течение длительного времени.  Что же касается свидетеля
Р.,  то в деле вообще не имеется сведений о причинах  его  неявки  в
судебное   заседание,   хотя  в  ходе  досудебного  производства  Р.
допрашивался  органами  уголовного   преследования   на   территории
Республики   Беларусь.   Поэтому   у   суда  не  имелось  оснований,
предусмотренных ст.333  УПК,  для  оглашения  в  судебном  заседании
показаний  названных  свидетелей  и  использования  этих показаний в
качестве доказательств при постановлении приговора.
     Суд также сослался на показания,  данные в качестве специалиста
налоговым инспектором Солигорской налоговой инспекции Ш.
     Согласно ч.1     ст.62    УПК    специалистом    является    не
заинтересованное  в  исходе   уголовного   дела   лицо,   обладающее
специальными знаниями в науке,  технике,  искусстве,  ремесле и иных
сферах деятельности,  вызванное органом,  ведущим уголовный процесс,
для  участия  и  оказания  содействия  в производстве следственных и
других процессуальных действий.
     Из протокола  судебного  заседания  видно,  что Ш.,  участвуя в
судебном разбирательстве в качестве специалиста, на протяжении всего
судебного   следствия   фактически   давала   показания  в  качестве
свидетеля,  поскольку  в   2001   году   ею   проводилась   проверка
правильности исчисления и уплаты налогов фирмой,  директором которой
являлась Г.,  утверждая о достоверности своих выводов  о  выявленных
нарушениях   налогового   законодательства.   Однако   об  уголовной
ответственности за отказ от дачи показаний и  дачу  заведомо  ложных
показаний  Ш.  не предупреждалась.  Неверно определив процессуальное
положение  Ш.  как  специалиста,  суд  не  вправе  был  ссылаться  в
приговоре   на   ее   пояснения  как  на  доказательство  виновности
осужденной.
     Защитником осужденной Г. было заявлено ходатайство о назначении
по делу почерковедческой,  а также судебно-бухгалтерской  экспертиз.
Данное ходатайство судом было оставлено без удовлетворения, при этом
в  постановлении  суд   указал,   что   ходатайство   о   назначении
почерковедческой   экспертизы   дважды   было   отклонено   в   ходе
предварительного расследования дела,  а в  проведении  бухгалтерской
экспертизы   нет   необходимости,  поскольку  проверка  правильности
исчисления   Г.   налога   на   добавленную   стоимость    проведена
специалистом,   имеющим  определенный  стаж  и  опыт  работы,  и  на
основании всех представленных документов.  Таким образом,  судом  до
разрешения  дела  по  существу  решен вопрос о достоверности выводов
данной проверки,  что противоречит положениям ст.360  УПК,  согласно
которой   оценка   доказательств   должна  производиться  судом  при
постановлении приговора.
     На приведенные  обстоятельства  Г.  было указано в кассационной
жалобе,  однако ее  доводы  оставлены  судом  второй  инстанции  без
должного внимания и рассмотрения.
     При таких обстоятельствах приговор нельзя признать  законным  и
обоснованным и он подлежит отмене с передачей дела на новое судебное
разбирательство.