ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРЕЗИДИУМА ВЫСШЕГО ХОЗЯЙСТВЕННОГО СУДА
 РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ
 30 октября 2002 г. № 33

ОБ ОБОБЩЕНИИ СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ ПО КАТЕГОРИИ ДЕЛ О
НЕДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТИ (УСТАНОВЛЕНИИ ФАКТА НИЧТОЖНОСТИ) СДЕЛОК

 В целях установления единой правоприменительной практики,
руководствуясь статьей 18 Закона Республики Беларусь "О
хозяйственных судах в Республике Беларусь", Президиум Высшего
Хозяйственного Суда Республики Беларусь постановляет:
 1. Одобрить обобщение судебной практики по категории дел о
недействительности (установлении факта ничтожности) сделок.
 2. Направить данное обобщение в хозяйственные суды областей и
города Минска для использования в работе.

Председатель
Высшего Хозяйственного Суда В.С.КАМЕНКОВ

Секретарь Президиума,
судья Высшего Хозяйственного Суда В.А.КУРИЛО

 ОДОБРЕНО
 Постановление Президиума
 Высшего Хозяйственного Суда
 30.10.2002 № 33

 Обобщение судебной практики по категории дел
 о недействительности (установлении факта ничтожности) сделок

 Достаточно весомой категорией дел при рассмотрении
хозяйственными судами споров по неимущественным искам является
признание сделок недействительными.
 Так, за 2001 год хозяйственными судами было рассмотрено 96 дел,
а за первое полугодие 2002 года - 74 дела о признании сделок
недействительными.
 Данное обобщение проведено с целью изучения практики применения
хозяйственными судами законодательства, регулирующего указанные
вопросы, Обзора судебной практики по делам о признании сделок
недействительными и установлении факта ничтожности сделок и
применении последствий их недействительности, одобренного
постановлением Президиума ВХС Республики Беларусь от 17 декабря 2001
года № 28 (далее - Обзор судебной практики), выявления новых проблем
при рассмотрении данной категории дел.
 В процессе проведенного обобщения были изучены судебные акты,
вынесенные хозяйственными судами г.Минска, Гродненской, Минской,
Могилевской областей.
 По результатам изучения судебных актов хозяйственных судов
необходимо указать на допускаемые судами нарушения при рассмотрении
данной категории дел.
 В процессе рассмотрения дел судом не всегда привлекаются все
участники сделки, требование о признании недействительности
(установлении факта ничтожности) которой рассматривается судом.
 Следует также учитывать, что требование о признании сделки
недействительной может быть заявлено лишь в отношении оспоримой
сделки, в отношении ничтожной - установление факта ничтожности
сделки.
 Является недопустимым признание договоров незаключенными по
основанию отсутствия в договоре цели приобретения товара. Согласно
Указу Президента Республики Беларусь от 7 марта 2000 года № 117
отсутствие в договоре поставки указания на цель приобретения товара
влечет наложение штрафа.
 На данные обстоятельства уже указывалось в Обзоре судебной
практики, вместе с тем, в ряде случаев вынесенные решения не
учитывают положения данного Обзора.
 По итогам проведенного обобщения необходимо указать на
следующие проблемы, возникающие при рассмотрении дел о признании
недействительными (установлении факта ничтожности) сделок.
 1. Согласно статье 402 Гражданского кодекса Республики Беларусь
(далее - ГК) договор считается заключенным, если между сторонами в
требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем
существенным условиям договора.
 Если при рассмотрении спора, вытекающего из договора, суд
приходит к выводу об отсутствии согласования сторонами существенных
условий договора, в мотивировочной части решения он указывает на
незаключенность договора.
 Так, колхоз "Л" обратился с иском в суд о выселении предприятия
"Б", указав в исковом заявлении, что ответчик пользуется помещениями
на основании договора аренды от 7 декабря 1994 года, который нельзя
считать заключенным. Суд первой инстанции отказал истцу в иске на
том основании, что согласно статье 402 ГК между сторонами при
заключении договора было достигнуто соглашение по всем его
существенным условиям.
 Постановлением коллегии ВХС по проверке законности решений
хозяйственных судов указанное решение было отменено.
 Коллегия в постановлении указала, что договор аренды от 7
декабря 1994 года был заключен с нарушением действовавшего на тот
момент законодательства. Так, сторонами не были соблюдены требования
статьи 8 Закона "Об аренде", содержащей положения о существенных
условиях договора.
 В мотивировочной части постановления коллегия указала на то,
что поскольку сторонами не были согласованы все существенные условия
договора, соответственно, данный договор не является заключенным.
 Решение суда первой инстанции было отменено, исковые требования
колхоза "Л" о выселении предприятия "Б" удовлетворены.
 На указанное постановление коллегии председатель хозяйственного
суда подал представление, которое было отклонено. В решении об
отказе в принесении протеста на постановление коллегии в качестве
аргументов правомерности вынесенного постановления указано
следующее. Надлежащее исполнение договора сторонами в течение
длительного срока, своевременное внесение арендных платежей не может
являться подтверждением существования договора, заключенного с
соблюдением всех его существенных условий.
 Следует отметить, что в подобных ситуациях судам необходимо
руководствоваться частью 2 пункта 3 постановления Пленума ВХС от 16
декабря 1999 года № 16 "О применении норм Гражданского кодекса
Республики Беларусь, регулирующих заключение, изменение и
расторжение договоров", согласно которой при рассмотрении
хозяйственным судом спора, вытекающего из договора, согласование
существенных условий которого не нашло своего подтверждения, суд на
основании соответствующей нормы закона, не позволяющей считать
подобный договор заключенным, должен указать на данное
обстоятельство в мотивировочной части решения.
 2. Согласно статье 167 Гражданского кодекса Республики Беларусь
сделка может быть признана недействительной по основаниям,
предусмотренным ГК либо иными законодательными актами.
 Законом Республики Беларусь "Об экономической несостоятельности
(банкротстве)" от 18 июля 2000 года (далее - Закон) предусмотрены
иные, помимо Гражданского кодекса, основания для признания сделок
недействительными.
 1) В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 112 Закона сделки
должника, совершенные им в течение года до начала производства по
делу о банкротстве, признаются судом недействительными, если данными
сделками должник умышленно нанес вред интересам кредиторов, а другая
сторона сделки знала или должна была знать об этом.
 По договору к индивидуальному предпринимателю (кредитор)
перешло право требования взыскания с ООО "С" (должник) денежной
суммы. Однако причитающиеся кредитору суммы должником возвращены не
были. По заявлению индивидуального предпринимателя возбуждено дело о
банкротстве ООО "С".
 Согласно материалам дела ООО "С" произвело отчуждение имущества
в пользу гражданки В. Как было установлено судом, при совершении
сделки со стороны руководителя ООО "С" имело место умышленное
нанесение вреда кредитору - индивидуальному предпринимателю.
Хозяйственным судом договор купли-продажи имущества был признан
недействительным.
 2) Часть 1 статьи 113 Закона устанавливает, что договоры
дарения, совершенные должником до момента открытия конкурсного
производства, независимо от мотивов действий должника и
одариваемого, если они совершены в течение года до начала
производства по делу о банкротстве, признаются недействительными.
 При рассмотрении подобных дел следует учитывать положения
статьи 546 Гражданского кодекса, в соответствии с которыми не
допускается дарение в отношениях между коммерческими организациями.
Соответственно, такие сделки являются ничтожными согласно статье 170
ГК, поскольку запрещены законодательством.
 Управляющий по делу о банкротстве ООО "Н" обратился с иском в
суд о признании договора дарения доли в уставном фонде
недействительным. Согласно положениям данного договора общество
передало долю в уставном фонде предприятию "Б".
 Хозяйственным судом договор неправомерно признан
недействительным на основании положений статьи 113 Закона. Данный
договор является ничтожным согласно статье 170 ГК.
 Статья 419 ГК предусматривает, что торги, проведенные с
нарушением правил, установленных законодательством, могут быть
признаны недействительными по иску заинтересованного лица.
 В рамках исполнительного производства на имущество ГП "У" было
обращено взыскание. В результате проведения конкурса здание должника
было продано.
 ГП "У" были заявлены исковые требования о признании договора
купли-продажи здания недействительным в связи с нарушением
требований процедуры проведения конкурса.
 Вместе с тем, при рассмотрении дела нарушений законодательства
судом установлено не было. Доводы истца о нарушении порядка
проведения конкурса в связи с ненадлежащим извещением его о времени
и месте проведения конкурса, о завышении цены по продаже
государственного имущества, о наличии у него преимущественного права
на покупку объекта материалами дела не подтверждены и признаны судом
несостоятельными.
 В иске правомерно отказано.
 3. В соответствии со статьей 169 ГК сделка, не соответствующая
требованиям законодательства, ничтожна.
 Статья 169 ГК устанавливает общее основание для установления
факта ничтожности сделок - несоответствие требованиям
законодательства.
 При установлении факта ничтожности сделки по данному основанию
необходимо учитывать, что под несоответствием сделки требованиям
законодательства следует понимать несоблюдение предписаний не только
законодательных, но и подзаконных актов (инструкций, положений, иных
актов министерств и ведомств).
 Так, предприятие "В" обратилось с иском в суд об установлении
факта ничтожности договора купли-продажи абонемента телефонной сети,
заключенного предприятием с кооперативом "А".
 Правилами предоставления услуг местными телефонными сетями
(утв. приказом Министерства связи и информатики от 19 июня 1995 года
№ 66) предусмотрено, что именное право на пользование телефоном не
продается, не покупается, не наследуется, не завещается и не
подлежит дарению или передаче другому физическому или юридическому
лицу.
 Исковые требования правомерно были удовлетворены судом.
 4. Статья 170 ГК предусматривает ничтожность сделок,
запрещенных законодательством.
 Необходимо отметить, что судебная практика идет по пути
применения общих положений недействительности сделок согласно статье
169 ГК в случаях, когда имеются основания для применения статьи 170
ГК.
 Так, ИМНС были заявлены требования об установлении факта
ничтожности сделки. Между ОДО "К" и индивидуальным предпринимателем
был заключен договор аренды помещения. Данный договор с той и другой
стороны был подписан одним лицом, являющимся как директором данного
предприятия, так и индивидуальным предпринимателем.
 Судом был установлен факт ничтожности данной сделки на
основании статьи 169 ГК Республики Беларусь как не соответствующей
требованиям законодательства.
 Указанную практику следует признать неправильной, поскольку
статья 169 ГК содержит лишь общие основания недействительности
сделок.
 Часть 3 статьи 183 ГК предусматривает, что представитель не
может совершать от имени представляемого сделки в отношении себя
лично. Соответственно, указанные сделки являются ничтожными на
основании статьи 170 ГК Республики Беларусь, поскольку запрещены
законодательством.
 5. Согласно пункту 1 статьи 166 ГК несоблюдение нотариальной
формы или требования о государственной регистрации сделки влечет ее
недействительность. Такая сделка считается ничтожной.
 Обязанность нотариального удостоверения сделки может
предусматриваться законодательством либо соглашением сторон (пункт 2
статьи 164 ГК).
 1) Так, в суд был подан иск об установлении факта ничтожности
договора купли-продажи доли в уставном фонде ОДО "Э", заключенного
между участниками общества.
 Доля в уставном фонде общества является обязательственным
правом требования, на ее передачу распространяются требования об
уступке прав (пункт 20 постановления Пленума ВХС Республики Беларусь
от 7 июня 2001 года № 4 "Об отдельных вопросах практики рассмотрения
споров, связанных с применением условий учредительства юридических
лиц и законодательства о хозяйственных обществах"). Согласно статье
360 ГК уступка требования, основанная на сделке, совершенной в
простой письменной или нотариальной форме, должна быть совершена в
соответствующей письменной форме.
 Учредительный договор ОДО "Э" был нотариально удостоверен.
Соответственно, договор купли-продажи доли в уставном фонде должен
быть совершен в той же форме, в которой был заключен учредительный
договор, т.е. в нотариальной.
 Поскольку требования о нотариальном удостоверении договора
купли-продажи доли в уставном фонде не соблюдены, суд правомерно
установил факт ничтожности сделки в соответствии со статьей 166 ГК.
 2) ООО "П" и ООО "Б" заключили договор купли-продажи
предприятия. Судом установлено, что сторонами не были соблюдены
требования к форме договора. Так, не было представлено доказательств
оформления документов, которые в соответствии с пунктом 1 статьи 531
ГК в обязательном порядке должны быть приложены к договору (акт
инвентаризации, баланс предприятия).
 Договор купли-продажи нотариально не удостоверен, не
зарегистрирован в БРТИ.
 Судом исковые требования ООО "Б" удовлетворены, договор признан
недействительным на основании статей 166, 531 ГК.
 Вместе с тем, несоблюдение формы договора купли-продажи
предприятия в соответствии с пунктом 2 статьи 531 ГК является
достаточным основанием для признания договора недействительным.
 6. Согласно части 1 статьи 184 ГК при отсутствии полномочий
действовать от имени другого лица или при превышении таких
полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах
совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый)
впоследствии прямо не одобрит данную сделку.
 Между ОАО "Г" и ООО "Т" был заключен договор подряда.
 Истец, ОАО "Г", указал, что данный договор является
недействительным, поскольку подписан главным инженером общества, не
имеющим права на подписание договоров.
 Судом установлено, что после заключения договора ОАО "Г"
направляло письма за подписью директора в адрес ответчика, в которых
подтверждается факт заключения договора. Данное обстоятельство
свидетельствует о последующем одобрении сделки. В иске правомерно
отказано.
 7. В соответствии с пунктом 1 статьи 183 ГК сделка, совершенная
одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого)
в силу полномочия, основанного на доверенности, законодательстве
либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа
местного управления и самоуправления, непосредственно создает,
изменяет и прекращает гражданские права и обязанности
представляемого.
 По решению суда договор поставки, заключенный между ООО "К" и
райпо, был признан недействительным на основании статьи 184 ГК,
исковые требования о взыскании задолженности отклонены.
 Судом установлено, что от имени райпо договор заключен
директором его обособленного структурного подразделения. Данный
договор не содержал указания на полномочия директора структурного
подразделения действовать от имени райпо. Соответственно, судом был
сделан вывод о том, что договор порождает юридические последствия
для лица, его подписавшего (директора), но не для юридического лица
(райпо).
 Постановлением коллегии ВХС по проверке законности решений
хозяйственных судов решение было отменено, а дело направлено на
новое рассмотрение. При новом рассмотрении дела исковые требования о
взыскании задолженности судом правомерно удовлетворены.
 В соответствии с постановлением Пленума ВХС Республики Беларусь
от 16 декабря 1999 года № 16 "О применении норм Гражданского кодекса
Республики Беларусь, регулирующих заключение, изменение и
расторжение договоров", при разрешении спора, вытекающего из
договора, подписанного руководителем филиала (представительства) от
имени филиала и на основании выданной ему доверенности, следует
выяснять, имелись ли у руководителя филиала (представительства) на
момент подписания договора соответствующие полномочия, выраженные в
доверенности.
 Согласно материалам дела директор структурного подразделения
райпо в соответствии с доверенностью имел полномочия на заключение
договоров от имени райпо. Отсутствие в договоре ссылки на
доверенность не является основанием для признания его
недействительным. Т.о. договор поставки является заключенным от
имени юридического лица (райпо).
 8. Согласно статье 175 ГК, если полномочия лица на совершение
сделки ограничены договором либо полномочия органа юридического
лица - его учредительными документами по сравнению с тем, как они
определены в доверенности, в законодательстве либо как они могут
считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и
при ее совершении такое лицо или орган вышли за пределы этих
ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по
иску лица, в интересах которого установлены ограничения.
 Основанием для признания сделки недействительной в соответствии
со статьей 175 ГК является ограничение полномочий лица,
установленных договором либо учредительными документами. Если лицом
превышены полномочия на совершение сделки, по которым
законодательством уже установлены ограничения, признания сделки
недействительной на основании статьи 175 ГК не требуется, поскольку
такая сделка является ничтожной как не соответствующая требованиям
законодательства согласно статье 169 ГК.
 Между предприятием "А" и ЗАО "Т" был заключен договор о
совместной деятельности, согласно которому предприятие "А" являлось
участником совместного строительства, а ЗАО "Т" - застройщиком.
Между ЗАО "Т" и ЗАО "П" был заключен договор купли-продажи
помещения, являющегося общей собственностью участников договора о
совместной деятельности. Согласия другого участника - предприятия
"А" - на отчуждение имущества получено не было.
 Предприятие "А" обратилось с иском в суд о признании данного
договора недействительным и применении последствий его
недействительности.
 В соответствии со статьей 913 ГК внесенное участниками договора
о совместной деятельности имущество, которым они обладали на праве
собственности, признается их общей долевой собственностью, если иное
не установлено законодательством, договором или не вытекает из
существа обязательства. Распоряжение данным общим имуществом
участников договора согласно статье 914 ГК осуществляется по их
общему согласию.
 Поскольку проданное имущество являлось общей собственностью
участников договора, а договор купли-продажи был заключен без
согласия предприятия "А" (участника договора о совместной
деятельности), соответственно, ЗАО "Т" при заключении договора вышло
за пределы ограничений, предусмотренных нормами статьи 914 ГК.
 Суд признал договор купли-продажи недействительным на основании
статьи 175 ГК и применил последствия недействительности сделок
согласно статье 168 ГК. Однако в данном случае следовало
руководствоваться положениями статьи 169 ГК.
 9. Превышение лицом полномочий, ограниченных договором, либо
органом юридического лица полномочий, предусмотренных учредительными
документами, является достаточным основанием для признания сделки
недействительной согласно статье 175 ГК независимо от того, знала ли
другая сторона по сделке об указанных ограничениях.
 В хозяйственный суд ОАО "П" был подан иск о признании договора
купли-продажи зданий, заключенного между ОАО "П" и ООО "Б",
недействительным. Исковые требования были удовлетворены.
 Как было установлено судом, договор со стороны ОАО "П" был
подписан генеральным директором и утвержден наблюдательным советом.
Однако в соответствии с уставом ОАО "П" отчуждение зданий, стоимость
которых на момент заключения договора превышала 5000 минимальных
заработных плат, отнесено к компетенции собрания акционеров.
Соответственно, при заключении договора генеральный директор и
наблюдательный совет превысили свои полномочия, предусмотренные
уставом.
 Суд правомерно не согласился с доводами ответчика, что для
признания сделки недействительной на основании статьи 175 ГК
необходимо наличие 2 условий (по аналогии с законодательством РФ):
превышения органом юридического лица полномочий, ограниченных
учредительными документами, и доказанности лицом, в интересах
которого установлены ограничения полномочий, что другая сторона
знала или должна была знать о наличии таких ограничений.
 Статья 175 ГК Республики Беларусь не содержит указания на то,
что сделка признается недействительной лишь в том случае, если будет
доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была
знать об указанных ограничениях.
 10. Согласно статье 179 ГК сделка, совершенная под влиянием
заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана
судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием
заблуждения.
 Существенное значение имеет заблуждение относительно природы
сделки, тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно
снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение
относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.
 Сделки, совершенные под влиянием заблуждения, относятся к числу
сделок с пороками воли. При заключении сделки под влиянием
заблуждения воля заблуждавшегося формируется под влиянием ошибочного
представления об обстоятельствах, имеющих существенное значение для
сделки. Для признания ее недействительной сторона, действовавшая под
влиянием заблуждения, обязана доказать наличие заблуждения, а также
его существенное значение, т.е. доказать, что при отсутствии
заблуждения сделка не была бы совершена.
 Сделку, совершенную под влиянием заблуждения, следует отличать
от сделки, заключенной в результате обмана (статья 180 ГК).
 В первом случае заблуждение является результатом неосторожности
обоих участников сделки или одного из них. Во втором случае
заблуждение формируется вследствие умышленных действий (обмана)
одного участника сделки в отношении другого.
 Между ООО "К" и акционером ЗАО "О", был заключен договор
купли-продажи акций. Акционер обратился с иском в суд о признании
данного договора недействительным как заключенного под влиянием
заблуждения.
 Суду не было представлено доказательств, свидетельствующих о
наличии неверного представления у истца об обстоятельствах, имеющих
существенное значение для совершения сделки (предмет, участник,
юридическая природа сделки и т.п.).
 Указание на заблуждение относительно финансового положения ЗАО
"О", побудившего его продать акции, не относится к числу
обстоятельств, имеющих существенное значение, а является мотивом
сделки.
 Мотив представляет собой внутреннее побуждение лица на
совершение сделки, согласно статье 179 не имеет существенного
значения и не влечет недействительность сделки.
 В удовлетворении иска правомерно отказано.
 11. Статья 180 ГК устанавливает, что сделка, совершенная под
влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения
представителя одной стороны с другой стороной или вследствие
стечения тяжелых обстоятельств, является оспоримой и может быть
признана судом недействительной по иску потерпевшего.
 Между ЖСК в лице его председателя и банком был заключен договор
купли-продажи помещения в пользу последнего. В хозяйственный суд
членами ЖСК было подано исковое заявление о признании данного
договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьей 180
ГК: злонамеренное соглашение, обман членов ЖСК.
 Истцом не было представлено доказательств наличия
злонамеренного соглашения сторон либо обмана.
 Злонамеренное соглашение предполагает сговор (умысел)
представителя с лицом, заключающим сделку от имени представляемого с
целью получения какой-либо выгоды или причинения ущерба
представляемому. При этом не имеет значения, получил ли какую-либо
выгоду представитель или другой участник сделки.
 Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в
заблуждение с целью вступить в сделку. Признание сделки
недействительной по данному основанию возможно в том случае, если
обман - действие или бездействие - совершается в отношении
потерпевшей стороны представителем другой стороны, а не наоборот.
 В ходе судебного разбирательства доводы истца о том, что
председателем ЖСК был заключен договор на основании подложных
документов (протоколов собрания членов и правления ЖСК), не
подтвердились. Соответственно, требование о признании сделки
недействительной, совершенной под влиянием обмана, правомерно
отклонено судом.
 Истцом также не представлено доказательств, свидетельствующих о
том, что банком были совершены действия в отношении ЖСК с целью
ввести его в заблуждение и вступить в сделку.
 Суд правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.
 12. Общим последствием недействительности сделок согласно
пункту 2 статьи 168 ГК является обязанность каждой из сторон
возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности
возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах,
если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены ГК
либо иными законодательными актами.
 Недействительность сделки, по общему правилу, влечет
двустороннюю реституцию.
 Вместе с тем, Гражданский кодекс предусматривает случаи
применения односторонней реституции, когда потерпевшему в сделке
возвращается другой стороной все полученное ею по сделке, а все
полученное по сделке потерпевшей стороной обращается в доход
государства. Кроме того, нормы статьи 170 ГК предусматривают
недопущение реституции: при наличии умысла у обеих сторон на
совершение сделки, запрещенной законодательством, все полученное ими
по сделке взыскивается в доход Республики Беларусь.
 Последствия недействительности оспоримых сделок могут быть
применены судом только на основании заявленных исковых требований. В
отношении ничтожных сделок суд вправе применить такие последствия по
собственной инициативе (статья 167 ГК).
 Так, в хозяйственный суд были заявлены исковые требования об
установлении факта ничтожности договоров подряда об оказании
аудиторских услуг. Как было установлено судом, при заключении
договоров подряда между ООО "К" и индивидуальным предпринимателем
представителем от контрагентов выступало одно и то же лицо.
Поскольку пункт 3 статьи 183 ГК предусматривает, что представитель
не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя
лично, суд правомерно установил факт ничтожности данных договоров
согласно статье 170 ГК. Кроме того, суд по собственной инициативе
применил последствия недействительности сделок и согласно пункту 2
статьи 170 ГК взыскал все полученное сторонами по данным сделкам в
доход государства.
 13. В соответствии с пунктом 1 статьи 1143 ГК срок исковой
давности по иску об установлении факта ничтожности сделки,
предусмотренный пунктом 1 статьи 182 ГК (10 лет со дня, когда
началось исполнение сделки), подлежит применению лишь к тем искам,
сроки предъявления которых, предусмотренные ранее действовавшим
законодательством, не истекли до 1 июля 1999 года.
 В сентябре 2001 года бывший участник ЗАО "С" обратился с иском
в хозяйственный суд с требованием об установлении факта ничтожности
договора купли-продажи акций общества от 1 ноября 1994 года как не
соответствующего требованиям законодательства.
 Срок исковой давности для обращения с данным иском в суд в
соответствии со статьей 73 ГК Республики Беларусь 1964 года был
установлен в 3 года.
 Судом было отклонено утверждение истца о том, что о заключении
договора он узнал 17 января 1997 года. Истец до 23 сентября 1996
года исполнял обязанности вице-президента общества, он подписал
протокол от 1 декабря 1995 года о перерегистрации ЗАО "С", в котором
указаны участники общества. При данных обстоятельствах судом
правомерно отмечено, что уже с 1 декабря 1995 года истец мог
обратиться с иском в суд.
 Срок на обращение с иском в суд истек в сентябре 1998 года.
Истцом не было заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного
срока исковой давности.
 На основании заявления ответчика о пропуске срока исковой
давности суд в соответствии с пунктом 2 статьи 200 ГК правомерно
отказал в удовлетворении исковых требований.
 14. В соответствии с частью 1 статьи 43 ХПК истец вправе до
принятия решения хозяйственным судом изменить основание или предмет
иска.
 В хозяйственный суд были заявлены исковые требования о
признании сделки недействительной как заключенной под влиянием
обмана и злонамеренного соглашения сторон (статья 180 ГК). В
процессе рассмотрения спора истец изменил исковые требования и
просил установить факт ничтожности сделки вследствие ее
несоответствия требованиям законодательства (статья 169 ГК).
 Данное ходатайство истца было правомерно отклонено судом.
 Статья 11 ГК предусматривает возможность защиты гражданских
прав путем признания сделки недействительной и установления факта
ничтожности сделки. Соответственно, предметом иска может быть одно
из указанных обстоятельств.
 Несостоятельно утверждение истца о том, что суд обязан
рассмотреть сделку на предмет ее оспоримости и ничтожности и
самостоятельно выбрать норму права, подлежащую применению. Нормы
процессуального законодательства не предоставляют истцу права
одновременно изменять предмет и основание иска.
 15. В соответствии с частью 2 статьи 66 ХПК Республики Беларусь
обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением
хозяйственного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются
вновь при рассмотрении хозяйственным судом другого дела, в котором
участвуют те же лица или их правопреемники.
 ОАО "Г" заявлены исковые требования о признании договора
поставки недействительным, поскольку договор заключен со стороны
истца лицом, не имеющим права на его заключение (товароведом ОАО
"Г").
 Вместе с тем, уже вступившим в законную силу решением суда по
данной сделке и в отношении этих же сторон установлено, что
товаровед имела полномочия на заключение сделки.
 Судом правомерно было отказано в удовлетворении исковых
требований.