ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ

                           ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 НАРУШЕНИЕ ПРАВА ОБВИНЯЕМОГО НА ЗАЩИТУ В СТАДИИ
 ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ ЯВЛЯЕТСЯ СУЩЕСТВЕННЫМ
 НАРУШЕНИЕМ ЗАКОНА И ВЛЕЧЕТ ЗА СОБОЙ ОТМЕНУ ПРИГОВОРА

===

                           (извлечение)

     По приговору  судебной коллегии по  уголовным делам Гомельского
областного  суда от  24 января  1992 г.  Б. осужден  по совокупности
преступлений, предусмотренных ст.ст.111, 202,  ч.3 ст.143,  п.п."а",
"е", "ж", "з" ст.100 УК Республики Беларусь.
     Определением  судебной коллегии  по уголовным  делам Верховного
суда  Республики  Беларусь  от  7  апреля  1992  г. приговор в части
осуждения  Б. по  п.п."а", "е",  "ж",  "з"  ст.100 и  ч.3 ст.143  УК
Республики Беларусь отменен и дело направлено на новое расследование
ввиду  неполноты   предварительного  следствия  и   нарушения  права
обвиняемого на защиту.
     И.о. Генерального прокурора Республики Беларусь внес  протест в
Президиум  Верховного  суда,  в  котором  поставил  вопрос об отмене
кассационного определения, как необоснованного.
     Президиум  оставил  протест  без  удовлетворения  по  следующим
основаниям.
     Отменяя приговор в части осуждения Б. за умышленные убийства Ш.
и С.,  судебная  коллегия в определении  указала, что обстоятельства
дела исследованы неполно, имеющиеся  противоречия в показаниях Б. не
выяснены   и  не  оценены,  а  также  нарушено  право обвиняемого на
защиту, что  влечет безусловную отмену приговора  и направление дела
на  новое расследование.
     Как усматривается из материалов  дела, по ходатайству Б. органы
следствия  обеспечили ему  право  на  защиту с  момента предъявления
обвинения.  Адвокат   Ж.  принимала  участие   при  предъявлении  Б.
обвинения  и его  допросе в  качестве обвиняемого  8 февраля 1991 г.
Последующие  допросы Б.  6 марта,  9 апреля  1991 г. проводились без
присутствия адвоката.
     5  августа 1991  г. Б.   на допросе  заявил, что  он фактически
оказался  без  защиты,  так  как  адвокат  не оказывает ему правовой
помощи,  и потребовал  замены защитника,  однако и  после этого - 26
августа 1991 г. снова допрашивался без присутствия защитника.
     27  августа 1991  г. Б.  было предъявлено  новое обвинение и он
допрошен в качестве обвиняемого  в присутствии защитника-адвоката М.
Однако  последующие  допросы  Б.  30  августа  и  21  октября  снова
проводились без присутствия защитника.
     В материалах дела нет данных, что адвокаты, защищавшие интересы
Б.,  были  извещены  следственными  органами  о предстоящих допросах
обвиняемого,  так  как,  если  к  участию  в  деле  допущен адвокат,
следователь  должен   известить  его  о   производстве  следственных
действий с участием  обвиняемого.
     При таких  обстоятельствах вывод судебной  коллегии о нарушении
права обвиняемого на защиту является правильным.