Нарушение права на правосудие (практика рассмотрения экономическими судами дел об административных правонарушениях)

Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 7 октября 2016 г.

Акцентируется внимание на ущемлении права на правосудие при рассмотрении дел в административном процессе. Описываются примеры из судебной практики.

Право на правосудие в сфере административного процесса представляет систему конституционных прав, гарантирующих защиту прав и законных интересов субъектов хозяйствования, в отношении которых выдвинуты обвинения в совершении административных правонарушений.

Согласно ч. 2 ст. 2.7 Процессуально-исполнительного кодекса (далее – ПИКоАП) по общему правилу обязанность доказывать виновность лица, в отношении которого ведется административный процесс, возлагается на должностное лицо органа, ведущего административный процесс. Лицо, в отношении которого ведется административный процесс, не обязано доказывать свою невиновность. Следовательно, для этого лица представление доказательств своей невиновности является правом, а не обязанностью.

Праву ИП и юрлица, в отношении которых ведется административный процесс, на представление доказательств (ч. 4, 5 ст. 4.1 ПИКоАП) корреспондирует обязанность суда, органа, ведущего административный процесс, принять все предусмотренные законом меры по всестороннему, полному и объективному исследованию обстоятельств административного правонарушения, устанавливая как уличающие, так и оправдывающие, как смягчающие, так и отягчающие ответственность обстоятельства, а также другие обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, защиты прав и законных интересов лиц, участвующих в административном процессе (ч. 1 ст. 2.10 ПИКоАП).

Обстоятельства дела

Административный процесс по ч. 4 ст. 12.17 Кодекса об административных правонарушениях (далее – КоАП) в отношении ЧТЭУП начат таможенным органом 30.07.2015.

Постановлением суда от 18.08.2015 на ЧТЭУП наложен штраф в размере 1 800 000 Br, а также взыскана стоимость предметов административного правонарушения в сумме 487 693 470 Br.

Кратко обстоятельства дела изложены в статье: Лукашов, А. Принцип законности в практике рассмотрения экономическими судами дел об административных правонарушениях. В дополнение укажем на ряд существенных обстоятельств.

Так, по делу установлено, что ЧТЭУП осуществлял перевозку части партии товара (подконтрольного груза), которая (партия товара) была получена ОАО (Республика Беларусь) от ООО (Российская Федерация, Калининград).

Поставка партии товара, ее дробление и перевозка осуществлялись в соответствии с законодательством Таможенного союза с участием нескольких субъектов хозяйствования, в т.ч. ЧТЭУП, в следующем порядке:

1. ООО поставило партию товара ОАО, сопроводив их ветеринарными сертификатами, выданными должностными лицами уполномоченных органов Российской Федерации¹.

2. ОАО произвело дробление этой партии товара на части и поставило часть этого товара иностранному торговому унитарному предприятию (далее – ИТУП).

3. ИТУП поставило эту часть товара крестьянскому фермерскому хозяйству (далее – КФХ).

4. КФХ переданную ему часть товара поставило ООО (г. Москва), а перевозку осуществляло ЧТЭУП, получив копии 3 удостоверений качества, на обратной стороне которых проставлен оттиск 3 ветеринарных сертификатов от 17.06.2014 серии RU 39 (Калининград). Копии этих документов в зависимости от вида груза имелись в каждой коробке груза, перевозившегося ЧТЭУП.

ЧТЭУП доставил груз по назначению ООО, что подтверждается документами, имеющимися в деле.

Оригинал ветеринарного сертификата на партию груза остался в ОАО и находился там все время, пока осуществлялся административный процесс по этому делу.

Ключевой документ дела – ветеринарный сертификат

Представитель ЧТЭУП во время подготовки дела к рассмотрению представил копии ветеринарных сертификатов, но таможенный орган их не принял, сказав, что они не имеют отношения к делу. Не проявил к ним интереса и экономический суд. Они были приобщены к делу лишь вместе с жалобой ЧТЭУП на постановление суда от 18.08.2016.

Таможенный орган, осуществлявший подготовку дела к рассмотрению, судьи регионального и Верховного Суда в нарушение ч. 1 ст. 2.10 ПИКоАП не приняли мер по установлению обстоятельств, касающихся того, каким образом товар, перевозившийся ЧТЭУП, оказался в Республике Беларусь, от кого и как он поступил, производилось ли его дробление, какими документами была сопровождена его перевозка, что является существенным нарушением ПИКоАП.

Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного Суда от 30.09.2011 № 6 «О практике рассмотрения судами жалоб (протестов) на постановления по делам об административных правонарушениях» (далее – Постановление № 6) односторонность, неполнота и необъективное исследование обстоятельств административного правонарушения (п. 1 ч. 1 ст. 12.14-1 ПИКоАП) имеют место, когда судом, органом, ведущим административный процесс, не исследованы доказательства, которые могли свидетельствовать об отсутствии состава, события административного правонарушения либо невиновности лица, в отношении которого ведется административный процесс, а также если эти обстоятельства исследованы поверхностно.

В постановлении суда от 18.08.2015 приводятся объяснения руководителя КФХ, согласно которым «не усматривается, что грузоотправителем был получен ветеринарный сертификат на данную партию товара». Несмотря на то, что между пояснениями грузоперевозчика и грузоотправителя имелись существенные противоречия, в судебном заседании ни водитель ЧТЭУП, ни руководитель КФХ не опрашивались, а объяснения опрошенного в судебном заседании представителя ЧТЭУП изложены поверхностно: «у водителя на момент перевозки имелся полный пакет документов, в т.ч. ветеринарный сертификат».

Таможенный орган, судьи регионального и Верховного Суда при подготовке и рассмотрении дела, а также заместитель Председателя Верховного Суда при рассмотрении жалобы:

●  не приняли мер по выяснению того, откуда поступил груз (груз поступил из Калининградской обл. – территории Таможенного союза);

●  не исследовали применимые нормы законодательства Таможенного союза (региональный суд);

●  проигнорировали предписания законодательства Таможенного союза (Верховный Суд);

●  не исследовали, имелся ли ветеринарный сертификат на партию груза (региональный суд);

●  не исследовали копии ветеринарных сертификатов, представленных ЧТЭУП (Верховный Суд);

●  не исследовали, у кого находится его оригинал (региональный суд, Верховный Суд);

●  не исследовали, являлся ли перевозимый ЧТЭУП подконтрольный груз дроблением партии этого груза (региональный суд, Верховный Суд);

●  не исследовали, делались ли копии ветеринарного сертификата, выдавались ли они ЧТЭУП, соответствуют ли они предъявляемым требованиям (региональный суд, Верховный Суд).

Для проверки приводимых ЧТЭУП данных о наличии при перевозке указанных ветеринарных сертификатов ни таможенный орган, ни судьи регионального и Верховного Суда не запросили информацию из Интегрированной информационной системы внешней и взаимной торговли Таможенного союза, не сделали соответствующие запросы в ООО, ОАО и ИТУП.

Невызов в суд ключевых свидетелей по делу, имевших непосредственное отношение к перевозке подконтрольного груза, неустранение в судебном заседании имеющихся противоречий в их объяснениях, имеющих существенное значение по делу, неуказание в протоколе судебного заседания полного содержания объяснений представителя ЧТЭУП, неисследование судом указанных выше обстоятельств следует признать существенным нарушением ПИКоАП, не позволившим судам принять по делу законное и обоснованное решение.

Решение суда по делу об административном правонарушении должно быть отражено в резолютивной части постановления

К числу существенных нарушений ПИКоАП следует отнести и нарушение ПИКоАП, допущенное региональным судом при вынесении постановления о наложении административного взыскания.

Согласно ч. 6 ст. 11.9 ПИКоАП резолютивная часть постановления о наложении административного взыскания должна содержать принятое по делу об административном правонарушении решение, в т.ч. указание на соответствующую часть статьи, статью Особенной части КоАП, предусматривающую ответственность за данное административное правонарушение.

Эта норма является императивной и подлежит безусловному выполнению судом.

До 2014 года в ст. 11.9 ПИКоАП не содержалось указаний относительно того, в какой части постановления должно было отражаться решение о наложении административного взыскания с указанием на соответствующую часть статьи, статью Особенной части КоАП. В ч. 2 ст. 11.9 ПИКоАП при изложении содержания постановления предусматривалось, какие данные должны были быть изложены в постановлении, однако без определения того, в какой именно части этого постановления они должны были содержаться.

Законом от 04.01.2014 № 120-З «О внесении дополнений и изменений в Кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях и Процессуально-исполнительный кодекс Республики Беларусь об административных правонарушениях» ст. 11.9 ПИКоАП изложена в новой редакции.

Законодатель выделяет в постановлении вводную, описательную, мотивировочную и резолютивную части постановления.

Каждая из них имеет собственное содержание.

Так, согласно ч. 5 ст. 11.9 ПИКоАП мотивировочная часть постановления должна содержать оценку доказательств виновности либо невиновности лица, в отношении которого ведется административный процесс, обоснование налагаемого вида административного взыскания либо прекращения дела об административном правонарушении.

Часть 6 ст. 11.9 ПИКоАП определяет содержание резолютивной части: «Резолютивная часть постановления должна содержать принятое по делу об административном правонарушении решение, в т.ч. указание на соответствующую часть статьи, статью Особенной части КоАП, предусматривающую ответственность за данное административное правонарушение; вид, размер (срок) налагаемого административного взыскания (основного и дополнительного); основания прекращения дела об административном правонарушении; срок и порядок обжалования постановления».

Статья 11.6 ПИКоАП обязывает судью при рассмотрении дела об административном правонарушении выяснить виновно ли юрлицо в совершении административного правонарушения и подлежит ли оно административной ответственности, если статьей Особенной части КоАП за такое правонарушение установлена административная ответственность юрлица.

Выяснение этих обстоятельств должно найти отражение в решении суда, а именно в резолютивной части постановления с указанием на соответствующую часть статьи, статью Особенной части КоАП, предусматривающую ответственность за такое административное правонарушение.

В нарушение этих предписаний в резолютивной части постановления суда от 18.08.2015 не указано административное правонарушение, в совершении которого ЧТЭУП признано виновным (решение по этому вопросу в резолютивной части постановления отсутствует).

В нарушение этих предписаний в резолютивной части постановления суда от 18.08.2015 не указаны ни часть статьи, ни статья Особенной части КоАП, предусматривающие ответственность за административное правонарушение, за совершение которого на ЧТЭУП наложено административное взыскание.

В соответствии со ст. 2.2 ПИКоАП суд при ведении административного процесса обязан соблюдать требования ПИКоАП, а нарушения его положений при ведении административного процесса влекут установленную законом ответственность и признание решений, принятых по делу об административном правонарушении, не имеющими юридической силы.

В постановлении судьи Верховного Суда, рассматривавшего жалобу ЧТЭУП, отмечается, что неуказание в резолютивной части постановления номера статьи Особенной части КоАП не создает правовой неопределенности постановления, т.к. подлежащая применению статья Особенной части КоАП указана в мотивировочной части постановления.

Приведенное положение, как представляется, не соответствует нормам ПИКоАП. Суд обязан строго и неукоснительно руководствоваться нормами ПИКоАП.

Во-первых, подобное основание для оценки несоблюдения ч. 6 ст. 11.9 ПИКоАП («не создает правовой неопределенности постановления») не предусмотрено в ПИКоАП.

Во-вторых, если следовать такой логике судьи Верховного Суда, то постановление о наложении административного взыскания будет законным и в том случае, когда в нем вообще не будет указана подлежащая применению статья Особенной части КоАП, т.к. эта статья указана в протоколе об административном правонарушении, а суд рассматривает дело об административном правонарушении по этому протоколу.

Суд, рассматривающий жалобу, в которой утверждается о существенном нарушении ч. 6 ст. 11.9 ПИКоАП, обязан признать указанное несоблюдение норм ПИКоАП нарушением ПИКоАП или не признать таковым.

Если указанное несоблюдение ч. 6 ст. 11.9 ПИКоАП является нарушением ПИКоАП, то нужно привести доводы, по которым оно не признано существенным.

Судья Верховного Суда не дал оценки несоблюдения ч. 6 ст. 11.9 ПИКоАП как нарушения ПИКоАП, им не дана оценка этого нарушения как существенного или несущественного.

Не вызывает сомнений, что законодатель определил ясно и недвусмысленно место, в котором должно быть отражено решение суда по делу об административном правонарушении (резолютивная часть) с указанием в резолютивной части постановления номера статьи Особенной части КоАП.

Отступление от императивной нормы ч. 6 ст. 11.9 ПИКоАП создает указанную выше правовую неопределенность, поскольку неясно, в совершении какого административного правонарушения признано виновным ЧТЭУП, а также неясно, санкцией какой части статьи или статьи КоАП руководствовался суд при наложении административного взыскания в виде штрафа.

Согласно п. 18 Постановления № 6 к существенным нарушениям норм ПИКоАП (п. 2 ч. 1 ст. 12.14-1 ПИКоАП) следует относить нарушения, которые путем лишения или стеснения гарантированных законом прав участников административного процесса при рассмотрении дела об административном правонарушении или иным путем помешали суду, органу, ведущему административный процесс, всесторонне, полно и объективно исследовать обстоятельства дела об административном правонарушении и повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного постановления.

Нарушение предписаний императивной нормы ч. 6 ст. 11.9 ПИКоАП является существенным нарушением ПИКоАП. Только по этому основанию постановление регионального суда следовало отменить с направлением дела на новое рассмотрение.

Законодательство ЕАЭС о перевозке груза, подконтрольного ветеринарному контролю (надзору)

Перевозка грузов на территории Таможенного союза осуществляется в соответствии с законодательством Таможенного союза, ЕАЭС.

Так, согласно п. 6 Договора о ЕАЭС от 29 мая 2014 г. подконтрольные ветеринарному контролю (надзору) товары перевозятся с территории одного государства-члена на территорию другого государства-члена в соответствии с едиными ветеринарными (ветеринарно-санитарными) требованиями. Указанные товары сопровождаются ветеринарным сертификатом, если иное не определено ЕЭК. Государства-члены взаимно признают ветеринарные сертификаты, выдаваемые уполномоченными органами в области ветеринарии по единым формам, утверждаемым Комиссией.

В соответствии с п. 3 Положения о временном порядке осуществления ветеринарного контроля (надзора) в отношении товаров, поступающих из Российской Федерации, утв. постановлением Совета Министров от 29.08.2013 № 758, подконтрольные товары при ввозе в Республику Беларусь из Российской Федерации в течение всего времени транспортировки должны сопровождаться ветеринарными сертификатами Таможенного союза, выданными должностными лицами уполномоченных органов Российской Федерации.

Подпунктами 4.4–4.6 п. 4 Положения о едином порядке осуществления ветеринарного контроля (надзора) на таможенной границе Евразийского экономического союза и на таможенной территории Евразийского экономического союза, утв. Решением Комиссии Таможенного союза от 18.06.2010 № 317, предусмотрено, что оформление ветеринарных сертификатов осуществляется по результатам досмотра (осмотра) подконтрольных товаров при погрузке и оценке ветеринарно-санитарного состояния транспортного средства при условии эпизоотического благополучия территории происхождения подконтрольного товара и его соответствия Единым ветеринарным требованиям.

При перемещении (перевозке) подконтрольных товаров в пределах таможенной территории Таможенного союза разрешения уполномоченных органов не требуется.

Переоформление ветеринарных сертификатов, подтверждающих безопасность товаров, выданных уполномоченным органом одной из Сторон, и проведение с этой целью повторных лабораторных исследований (испытаний) подконтрольных товаров, произведенных (выращенных) на таможенной территории Таможенного союза, не осуществляются.

В случае дробления партии подконтрольного товара, произведенного на таможенной территории Таможенного союза, при прибытии в место назначения на более мелкие партии, уполномоченным органом Стороны для новых получателей оформляются копии ветеринарных сертификатов, выданных уполномоченным органом в месте погрузки, в которые (на обороте листа) вносятся следующие данные: соответствие подконтрольного товара и нового транспортного средства ветеринарно-санитарным требованиям, номер транспортного средства, количество перегруженных в него подконтрольных товаров, наименование и местонахождение получателя груза, дата перегрузки. Эти сведения заверяются печатью и подписью должностного лица уполномоченного органа.

Оригинал ветеринарного сертификата хранится в организации, проводившей дробление партии.

Данные о таких операциях вносятся в Интегрированную информационную систему внешней и взаимной торговли Таможенного союза.

Таким образом, исходя из вышеприведенных норм законодательства Таможенного союза, ЕАЭС КФХ не обязано было получать ветеринарные сертификаты на подконтрольный товар, который она передала для перевозки ЧТЭУП, поскольку этот товар сопровождался ветеринарными сертификатами, полученными ООО (Российская Федерация) от должностных лиц уполномоченных органов Российской Федерации, которые являлись единственными и достаточными документами (оригиналы и их копии), которые в соответствии с законодательством Таможенного союза, ЕАЭС должны были сопровождать этот товар по территории Таможенного союза.

Следовательно, как указывалось выше, ни информация Полоцкой ветеринарной станции и Псковского таможенного управления, ни информация руководителя КФХ не имеют отношения к предмету доказывания по настоящему делу, они не доказывают утверждение таможенного органа и судов об отсутствии ветеринарных сертификатов при перевозке подконтрольного груза.

Других доказательств отсутствия у ЧТЭУП во время перевозки подконтрольного груза ветеринарных сертификатов таможенный орган суду не представил.

Обязанность доказывания и право на правосудие

Обязанность доказывать виновность лица, в отношении которого ведется административный процесс, возлагается на должностное лицо органа, ведущего административный процесс. Лицо, в отношении которого ведется административный процесс, не обязано доказывать свою невиновность.

В постановлении судьи Верховного Суда утверждается, что подконтрольная продукция не дробилась на части в ОАО, т.к. доводы ЧТЭУП по этому вопросу якобы не основаны на материалах дела об административном правонарушении.

Такое утверждение и основанная на нем позиция судьи Верховного Суда, положенная в основу неудовлетворения жалобы ЧТЭУП, является существенным нарушением ПИКоАП.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 4.1, ч. 5 ст. 4.1, ч. 3, 4 ст. 6.12, ч. 2 ст. 12.8 ПИКоАП юрлицо, в отношении которого ведется административный процесс, вправе в обоснование своих требований представлять доказательства и дополнительные материалы.

ЧТЭУП представило суду соответствующие источники доказательств (копии указанных документов) в порядке, установленном ПИКоАП, и содержащиеся в них доказательства подлежали исследованию судом (проверке и оценке) в соответствии с положениями ст. 6.13, 6.14 ПИКоАП.

Об обязанности суда исследовать дополнительные материалы, представленные лицом, в отношении которого велся административный процесс, говорится в ч. 3 ст. 12.8 ПИКоАП: «В случае представления дополнительных материалов судья, должностное лицо органа, ведущего административный процесс, уполномоченные рассматривать жалобу (протест), знакомят с ними лиц, участвующих в рассмотрении жалобы (протеста). Дополнительные материалы могут послужить основанием для изменения постановления по делу об административном правонарушении или его отмены с прекращением дела об административном правонарушении в случае, когда содержащиеся в дополнительных материалах сведения не требуют проверки и оценки судом, органом, ведущим административный процесс, вынесшими постановление по делу об административном правонарушении».

Поэтому поводу в п. 8 Постановления № 6 указано, что если содержащиеся в дополнительных материалах сведения требуют проверки и оценки судом, органом, ведущим административный процесс, вынесшими постановление по делу об административном правонарушении, то суд, должностное лицо, уполномоченное рассматривать жалобу (протест), могут использовать их в качестве основания для отмены постановления и направления дела на новое рассмотрение.

В нарушение указанных императивных предписаний, находящихся в системном единстве и предусмотренных п. 3 ч. 1 ст. 4.1, ч. 5 ст. 4.1, ч. 3, 4 ст. 6.12, ст. 6.3, 6.13, 6.14, 12.8 ПИКоАП, в нарушение предписаний Пленума Верховного Суда судья Верховного Суда, рассматривавший жалобу, даже не упомянул о дополнительных материалах, представленных ЧТЭУП, не назвал их, не исследовал их и не дал им оценки.

Однако в постановлении Председателя Верховного Суда, принявшего окончательное решение по жалобе ЧТЭУП, об этих доказательствах, представленных лицом, на которое наложено административное взыскание, и имевшихся в деле, даже не упомянуто, им не дана правовая оценка. В постановлении Председателя Верховного Суда отсутствует оценка указанным выше существенным нарушениям норм ПИКоАП со стороны таможенного органа, судей регионального и Верховного Суда.

Судьи не вправе занимать обвинительную позицию. Не проверив и не оценив доказательства, представленные ЧТЭУП, допустив иные указанные выше существенные нарушения ПИКоАП, суды нарушили право ЧТЭУП на правосудие, на защиту его прав и законных интересов в суде, который согласно ст. 60 Конституции должен быть компетентным, независимым и беспристрастным.

●  таможенный орган, региональный и Верховный Суд нарушили ПИКоАП, не исследовав и не дав оценки доказательствам, представленным ЧТЭУП и указывающим на отсутствие в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.17 КоАП;

●  таможенный орган, региональный и Верховный Суд нарушили ПИКоАП, основывая свои решения на доказательствах, не имеющих отношения к предмету доказывания по делу об административном правонарушении;

●  таможенный орган, региональный и Верховный Суд нарушили ПИКоАП, допустив иные указанные выше существенные нарушения ПИКоАП.

При вынесении постановлений судьями регионального и Верховного Суда кроме нарушения п. 8, 18 Постановления № 6, о чем указывалось выше, нарушены также предписания п. 9 этого постановления, согласно которым:

●  постановление по делу об административном правонарушении признается законным, если оно постановлено с соблюдением всех требований как материального, так и процессуального закона;

●  обоснованным признается постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное на основании лишь тех представленных суду доказательств, которые всесторонне, полно и объективно исследованы судом, органом, ведущим административный процесс.

Несмотря на многочисленные нарушения, допущенные по этому делу, согласно ПИКоАП указанное решение руководителя Верховного судебного органа Республики Беларусь не может быть пересмотрено, а дело сдано в архив.
_________________

¹См.: Согласно п. 2 Протокола о применении санитарных, ветеринарно-санитарных и карантинных фитосанитарных мер (приложение № 12 к Договору о ЕАЭС от 29 мая 2014 г.) «ветеринарный сертификат» – документ, выдаваемый уполномоченным органом в области ветеринарии на подконтрольные ветеринарному контролю (надзору) товары, подлежащие перемещению (перевозке), и удостоверяющий их безопасность в ветеринарно-санитарном отношении и (или) благополучие административных территорий мест производства этих товаров по заразным болезням животных, в т.ч. болезней, общих для человека и животных.