Правовая оценка присвоения найденных мобильных телефонов

Материал актуализирован с использованием правовых актов по состоянию на 21 марта 2019 г.

Приводится правовая оценка действий лиц, присвоивших найденное имущество (мобильный телефон). Акцентируется внимание на правомерности квалификации таких действий как хищение и присвоение найденного имущества.

ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ

● Уголовный кодекс (далее – УК)

В последнее время участились случаи привлечения к ответственности лиц, присваивающих чужие мобильные телефоны, полагая, что они являются утерянными собственником. Среди правоприменителей существует мнение, что в подобных ситуациях присвоение мобильного телефона, где бы он ни находился, всегда является хищением. Поэтому вопрос о правовой оценке действий таких лиц, а точнее, наличия признаков именно хищения как уголовно наказуемого деяния, является весьма актуальным.

Подобный взгляд на рассматриваемую проблему укоренился и в судебно-следственной практике. В частности, если лицо нашло имущество, имеющее идентификационные признаки, которые позволяют установить его владельца, то подобные ситуации всегда должны быть расценены как хищение. Иными словами, если найден мобильный телефон, то его можно включить, установить контакты, его владельца и найти собственника. В таком случае всегда будут усматриваться признаки кражи, независимо от места и обстоятельств находки.

Судебная практика.

По одному из уголовных дел П. судом был признан виновным в краже. Найдя мобильный телефон, он решил, не заявляя в милицию, оставить его себе, некоторое время пользовался им и сдал лишь по требованию милиции. Отсутствие заявления в милицию в день нахождения телефона объяснил тем, что рассчитывал, что его владелец установит его местонахождение по индивидуальному номеру и придет за ним к П. Однако этого не произошло. Обжалование приговора в вышестоящей инстанции не привело к изменению квалификации содеянного П. как кражи чужого имущества.

Учитывая изложенное, можно было бы сделать вывод, что основным аргументом в пользу признания правомерности присвоения найденного чужого имущества может служить лишь факт невозможности идентификации имущества законного владельца. Если же на найденном предмете есть признаки и контакты для возврата, присвоение можно расценивать как противоправное действие, т.е. хищение. Однако такое предложение представляется не совсем приемлемым исходя из следующего.

Присвоение мобильного телефона, оставленного, забытого или потерянного в любом месте ввиду того, что его всегда можно обнаружить путем вызова на него, нельзя автоматически всегда признавать хищением (кражей). Следует обратить внимание на то обстоятельство, что такой мобильный телефон, находясь в любом месте, не известном собственнику, вышел из его обладания. Определяющим критерием должен являться фактор неизвестности местонахождения имущества для самого собственника. А то обстоятельство, что он впоследствии может прибегнуть к некой помощи и с помощью технических средств либо иных операций отыскать свой мобильный телефон, имеет уже второстепенное значение, т.к. таким же образом можно попытаться отыскать любое другое имущество, даже несмотря на то что результативность такой операции будет намного менее эффективна.

Пример.

Органы дознания справедливо не усмотрели признаков кражи в действиях М., который, работая барменом в ночном клубе, обнаружил в помещении выключенный сотовый телефон. Забрав его себе, он рассчитывал в дальнейшем передать телефон собственнику в случае обращения к бармену при следующем визите в клуб. Будучи обнаруженным органами милиции, самостоятельно и без принуждения выдал указанный телефон.

Исходя из приведенного примера, бармен не мог знать, кому принадлежит телефон по причине большого количества клиентов. При этом телефон необходимо было включить и лишь потом попытаться установить контакты владельца телефона. Во многих мобильных устройствах предусматривается система защиты от посторонних лиц, и включить телефон любое лицо не сможет. Соответственно, установить, кому принадлежит это имущество, не всегда возможно. Однако если собственник пытается отыскать телефон посредством звонков на него, а нашедший сознательно не отвечает на звонки или отключает телефон, то это свидетельствует о нежелании устанавливать собственника имущества при возможности это сделать. В таком случае действия этого лица связаны с сокрытием и присвоением находки.

Судебная практика.

Обвиняемая, находясь в помещении аквапарка, умышленно, из корыстных побуждений, тайно похитила из ячейки для хранения вещей мобильный телефон. Обвиняемая свою вину не признала, утверждая, что увидела мобильный телефон в пустой ячейке, где не было других вещей. По словам обвиняемой, телефон был взят ею с намерением вернуть его хозяину. При этом она сразу не позвонила по номерам телефонной книги, поскольку не желала терять время оплаченного бассейна и не слышала объявлений о розыске телефона по громкоговорящему устройству. В дальнейшем, выйдя из здания аквапарка, обвиняемая увидела на телефоне входящий звонок, на который не ответила из-за неумения пользоваться телефоном. Впоследствии ей удалось перезвонить на входящий номер и попросить хозяйку забрать телефон. После этого обвиняемую задержала милиция. Потерпевшая в судебном заседании показала, что в ячейке хранения телефон отсутствовал, но при этом ее сумка осталась на месте. Потерпевшая обратилась в администрацию, сотрудники которой пытались разыскать телефон, ими же была вызвана милиция. На номер телефона потерпевшей неоднократно осуществлялись звонки, однако ответа не последовало. Впоследствии позвонила женщина и указала, что ею найден телефон. Вынося обвинительный приговор и признавая обвиняемую виновной в краже, суд указал, что доводы обвиняемой и ее защиты об отсутствии умысла на хищение необоснованны и не соответствуют действительности, поскольку они опровергаются последовательными показаниями потерпевшей, свидетелями, утверждавшими, что в ячейке находилась сумка и мобильный телефон, который в последующем был похищен, о чем сразу было сообщено в администрацию аквапарка и правоохранительные органы. При этом были приняты меры по его розыску. Обвиняемая не оспаривает, что взяла из другой ячейки мобильный телефон, положила к своим вещам и о найденном телефоне никому не сообщала. Таким образом, она осознавала, что телефон не утерян. С момента, когда она положила телефон в свой шкафчик, хищение было окончено. Совершаемые обвиняемой действия указывают, что было осуществлено именно хищение, т.к. она никому не сообщила о мобильном телефоне, при этом находясь в аквапарке, не могла не слышать объявления о пропаже телефона. Обвиняемая утверждала, что намеревалась отдать телефон после окончания сеанса, однако не сделала этого, имея реальную возможность, в т.ч. находясь в фойе аквацентра. Суд посчитал, что, видя в фойе сотрудников милиции в форменной одежде, она решила вернуть похищенное, указывав, что нашла мобильный телефон с целью избежать ответственности за содеянное. Поэтому ее доводы, что телефон она нашла и намеревалась возвратить, отвергаются как надуманные. В итоге обвиняемая была признана виновной в краже (ч. 1 ст. 205 УК).

У некоторых юристов вызывает сомнение оценка действий виновного в зависимости от свойств самого присвоенного имущества: имело ли оно идентификационные признаки, которые позволяли установить его владельца. Так, по одному из дел суд апелляционной инстанции не согласился с доводом апелляционного представления о том, что в силу специфики сотового телефона, позволяющей идентифицировать его владельца, присвоение телефона во всех случаях должно квалифицироваться как хищение вне зависимости от того, каким образом телефон выбыл из обладания собственника. Действительно, сотовый телефон обладает рядом признаков, дающих возможность лицу, обнаружившему пропавший телефон, установить его владельца. Между тем такие признаки не свидетельствуют о том, что он не может быть потерян, они лишь несколько упрощают его розыск и облегчают лицу, обнаружившему телефон, возможность выполнения его обязанностей, предусмотренных гражданским законодательством.

Обращение в свою собственность мобильного телефона в любой ситуации нельзя всегда признавать хищением, т.к. телефон может быть и утрачен самим собственником или его владельцем в неизвестном ему месте. Под утратой же вещи понимается тот случай, когда вещь случайно и незаметно для ее владельца вышла из его обладания, вне той сферы, на которую распространяется это владение и владельцу имущества неизвестно, где оно находится. Соответственно, если вещь оставлена ее владельцем по невнимательности или рассеянности в месте, которое ему неизвестно, то такая вещь является утерянной и подобные случаи не могут расцениваться как кража.

Предложенный критерий должен рассматриваться в связке с умыслом лица, взявшего найденное имущество. Например, собственник может забыть вещь в общественном месте, где присутствует множество людей, однако не помнить об этом, например, по причине алкогольного опьянения. В частности, на практике правоохранительными органами рассматривается множество подобных заявлений. Впоследствии удается установить, что заявитель, находясь в нетрезвом состоянии, не помнил, где оставил телефон, поэтому для него телефон пропал в неустановленном месте. Как выясняется далее, телефон заявителя забирает другое лицо. Исходя из того что собственник телефона не помнит, где его оставил, можно констатировать, что у лица, взявшего телефон, нет состава преступления. Однако здесь сама обстановка, в которой был изъят мобильный телефон, говорит об умысле изымающего лица на присвоение чужого имущества, т.к. он достоверно знал, что этот телефон оставлен другим лицом. Однако при находке мобильного телефона чаще всего у нашедшего его лица имеется возможность установить владельца имущества по имеющимся в телефоне контактам. Исходя из этого, нашедший почти всегда имеет реальную возможность вернуть находку либо возвратить ее собственнику.

В подобных случаях, несмотря на неосведомленность собственника о месте, где он забыл вещь, умысел виновного направлен именно на кражу, а не на присвоение найденного имущества. Этот критерий для оценки ситуаций имеет первоочередное значение, несмотря на то что потерпевший оставил свое имущество в неизвестном ему месте. Таким образом, даже если потерпевший не знает, где именно он утратил свое имущество, но лицо, забирающее такое имущество, достоверно знает, кому оно принадлежит или имеет разумное основание полагать, где находится владелец вещи, и что он может за ней вернуться, виновно в хищении (краже). Таким образом, для констатации факта хищения значение имеет свойство имущества, его местонахождение и элементы обстановки, в которой оно было найдено.