Регулирование гражданского и хозяйственного судопроизводства в контексте Закона от 17.07.2018 № 130-З «О нормативных правовых актах»
Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 11 июня 2019 г.
Анализируется важность применения в нормотворчестве по вопросам гражданского и хозяйственного судопроизводства принципов научности, социально-экономической обусловленности, гласности, системности. Предлагаются пути совершенствования законодательства в этой сфере, в т.ч. направленные на расширение участия ученых в нормотворческой деятельности.
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ
● Гражданский процессуальный кодекс (далее – ГПК)
● Хозяйственный процессуальный кодекс (далее – ХПК)
● Закон от 17.07.2018 № 130-З «О нормативных правовых актах» (далее – Закон № 130-З)
● Инструкция по прогнозированию последствий принятия (издания) нормативных правовых актов, утв. постановлением Совета Министров от 25.01.2019 № 54 (далее – Инструкция № 54)
● Инструкция о порядке проведения правового мониторинга, утв. постановлением Совета Министров от 30.01.2019 № 65 (далее – Инструкция № 65)
С 01.02.2019 вступили в силу основные положения Закона № 130-З. По объему и содержанию Закон № 130-З существенно отличается от Закона от 10.01.2000 № 361-З «О нормативных правовых актах Республики Беларусь» (далее – Закон № 361-З). В связи с этим новации, привносимые Законом № 130-З, требуют тщательного научного осмысления, в т.ч. в аспекте того, какое влияние они способы оказать на развитие отдельных сегментов отечественной правовой системы и, в частности, цивилистического процесса – гражданского и хозяйственного судопроизводства. Исследовать данные вопросы важно и потому, что Закон № 130-З содержит ряд довольно спорных положений, а некоторые важные вопросы оставляет без регулирования.
Закон № 130-З по сравнению с Законом № 361-З значительно усилил научные основы нормотворчества. Так, Закон № 130-З не только сохранил принцип научности среди принципов нормотворческой деятельности (абз. 7 п. 1 ст. 6 Закона № 130-З), но и подробно разъяснил его содержание.
Справочно
Согласно п. 7 ст. 6 Закона № 130-З принцип научности обеспечивается:
● применением результатов научных исследований, привлечением ученых к разработке проектов НПА, в т.ч. при проведении обязательной юридической, криминологической и иных экспертиз проектов НПА;
● научно обоснованным планированием подготовки проектов НПА;
● прогнозированием правовых, общественно-политических, финансово-экономических, социальных, криминогенных, экологических и иных последствий принятия (издания) НПА.
Далее в тексте Закона № 130-З предусмотрены определенные гарантии реализации названного принципа, согласно которым результаты научных исследований в области права должны учитываться при разработке планов подготовки проектов НПА (п. 3 ст. 38 Закона № 130-З), изучаться в ходе подготовки проекта НПА (абз. 7 п. 5 ст. 42 Закона № 130-З), излагаться в виде обзора в концепции проекта НПА (абз. 5 п. 2 ст. 43 Закона № 130-З), включаться в обоснование необходимости принятия (издания) НПА (абз. 4 ч. 5 п. 1 ст. 50 Закона № 130-З), а предложения научных организаций – рассматриваться при разработке планов подготовки проектов НПА (п. 3 ст. 38 Закона № 130-З), изучаться при осуществлении правового мониторинга (ч. 2 п. 1 ст. 75 Закона № 130-З).
Помимо этого, Закон № 130-З впервые закрепил такой принцип нормотворческой деятельности, как социально-экономическая обусловленность (абз. 8 п. 1 ст. 6 Закона № 130-З).
Справочно
На основании п. 8 ст. 6 Закона № 130-З принцип социально-экономической обусловленности обеспечивается соответствием принимаемых (издаваемых) НПА социально-экономическим потребностям и возможностям общества и государства, а также целям устойчивого развития, содержащимся в международно-правовых актах и правовых актах программного характера.
Экспертное мнение
Полагаем, что принцип научности в новом изложении, а также принцип социально-экономической обусловленности помогут поддерживать высокое качество планирования и содержания нормотворческой деятельности в области цивилистического процесса, чего данной деятельности, как показывает практика последних лет, не всегда в полном объеме хватало.
Например, в результате реформы 2014 года судебные исполнители были отделены от судов и инкорпорированы в структуру исполнительной ветви власти с образованием единой системы органов принудительного исполнения. При этом не было учтено, что исполнительное производство представляет собой ответственную, сложную, сопряженную с осуществлением непосредственного государственного принуждения юрисдикционную деятельность, которая требует обеспечения самых высоких (т.е. процессуальных по своей сути) стандартов правоприменения. Соблюсти такие стандарты в рамках исполнительной ветви власти и в условиях почти полного отсутствия контроля за действиями судебных исполнителей со стороны судов (поскольку реформа привела к сложностям и с судебным обжалованием действий судебных исполнителей) является весьма проблематичной задачей.
Неслучайно поэтому уже сейчас на научно-методических мероприятиях практические работники высказывают мнение о том, что не стоило отпускать судебных исполнителей в «свободное плавание» и имело бы смысл вернуть их обратно в подчинение судов. О том, что указанная реформа не получила достаточной научной проработки, свидетельствует также неточность, допущенная в названии и содержании (как следствие, и в наименовании учрежденной системы органов принудительного исполнения) Указа Президента от 29.11.2013 № 530 «О некоторых вопросах совершенствования организации исполнения судебных постановлений и иных исполнительных документов»: судебные постановления здесь отождествлены с исполнительными документами, хотя таковыми они, за исключением нескольких случаев, не являются.
С середины 2018 года в гражданском процессе начала действовать апелляционная форма проверки судебных постановлений. Одно из ее новшеств заключается в том, что согласно п. 2 ч. 1 ст. 405 ГПК в апелляционной жалобе необходимо приводить ссылки на НПА. Указанная новация не вписывается в ту концепцию гражданского процесса, которая изначально была заложена в ГПК, и продолжает действовать для всех (помимо апелляции) стадий судопроизводства: заинтересованные лица (большинство из них, как правило, обычные граждане) не обязаны юридически аргументировать подаваемые процессуальные документы, как и свои устные заявления, ходатайства. Кроме того, анализируемая новелла не учитывает современные социально-экономические реалии. Правовая грамотность населения не достигла того уровня, при котором любой гражданин мог бы самостоятельно сделать в апелляционной жалобе все необходимые правовые ссылки (такие ссылки согласно ч. 2 ст. 418 ГПК имеют решающее значение для результатов апелляционного пересмотра), обращение же за помощью к профессиональным юристам по финансовым причинам не каждый может себе позволить.
После реформы судоустройства 2014 года появилась и активно отстаивается точка зрения о необходимости замены ГПК и ХПК одним новым процессуальным кодексом – единым ГПК (Сукало, В. Пути совершенствования судебной системы Республики Беларусь / В. Сукало // Судовы веснiк. – 2014. – № 1. – С. 5–10; Забара, А. Актуальные задачи в сфере гражданского правосудия / А. Забара // Судовы веснiк. – 2015. – № 2. – С. 3–7).
Экспертное мнение
Подобное мнение основано на принципиально неверной посылке о том, что унификация в сфере судоустройства (объединение общих и хозяйственных судов в одну судебную систему) непременно требует осуществления унификации и на уровне правил судопроизводства, поскольку если строго придерживаться такой точки зрения, то необходимо сделать вывод, что давно назрела потребность и в едином процессуальном кодексе для рассмотрения гражданских и уголовных дел, поскольку такие дела разрешаются одними и теми же судами, а в некоторых случаях – одними и теми же судьями.
Идея разработки единого ГПК не в полной мере согласуется и с некоторыми положениями Закона № 130-З. Так, п. 1 ст. 33 Закона № 130-З определяет перечень случаев, когда может осуществляться подготовка проекта нового НПА. Полагаем, ни один их этих случаев не подходит к анализируемой ситуации, в т.ч. нельзя признать допустимой ссылку и на абз. 6 п. 1 ст. 33 Закона № 130-З, поскольку ГПК и ХПК:
1) регулируют разные области общественных отношений;
2) являются кодифицированными НПА, которые не могут быть объединены и путем консолидации.
Согласно абз. 2 п. 5 ст. 42 Закона № 130-З для подготовки проекта НПА следует уяснить наличие проблем, которые не могут быть разрешены без принятия (издания) НПА. При этом наличие 2 самостоятельных процессуальных кодексов (ГПК и ХПК) – не самая насущная проблема отечественного цивилистического процесса. В сфере судопроизводства есть более актуальные объекты для приложения нормотворческих усилий. Например, проблемы, связанные с отсутствием возможности пересмотра в обычном (апелляционном) порядке решений и определений Верховного Суда, а также существенным различием подходов в регулировании ставок госпошлины для гражданского и хозяйственного судопроизводства (Заключение Конституционного Суда от 23.06.1999 № З-81/99 «О соответствии Конституции Республики Беларусь и международно-правовым актам части второй статьи 207, части первой статьи 268, части первой статьи 269 и части первой статьи 291 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь», решение Конституционного Суда от 24.06.1999 № Р-84/99 «О совершенствовании законодательства о государственной пошлине»). Что касается имеющихся недочетов в организации и осуществлении правосудия, то механизмы их преодоления находятся не в нормотворческой области, а зависят от политики формирования кадрового состава судов.
Нормотворческая деятельность предполагает прогнозирование результатов принятия НПА (абз. 4 п. 7 ст. 6, абз. 9 п. 5 ст. 42, абз. 11 п. 2 ст. 43, ст. 45, абз. 7 ч. 5 п. 1 ст. 50 Закона № 130-З), в т.ч. результатов негативного плана в виде возможных рисков, издержек и т.п. (абз. 4 ч. 1 п. 3 ст. 45 Закона № 130-З). Применительно к идее создания единого ГПК это закономерно порождает вопрос: будет ли новый кодекс лучше и эффективнее имеющихся ГПК и ХПК (особенно в контексте того количества пробелов и коллизий, что допускаются в НПА по вопросам цивилистического процесса в последнее время)? На основании абз. 3 ч. 2 п. 3 ст. 45 Закона № 130-З прогнозирование последствий принятия НПА осуществляется в т.ч. посредством проведения сравнительно-правовых исследований. В связи с этим нельзя не учитывать, что, например, в Российской Федерации тоже предполагалось принятие единого процессуального кодекса, однако, несмотря на мощнейший научный потенциал этой страны и разработку концепции единого ГПК, от реализации такого проекта в конечном итоге воздержались.
В силу абз. 6 п. 1 ст. 6 Закона № 130-З гласность получила статус принципа нормотворческой деятельности (в ст. 8 Закона № 361-З также регулировались вопросы гласности в деятельности нормотворческих органов, однако она прямо не указывалась среди закрепленных ст. 7 принципов нормотворческой деятельности). Закон № 130-З впервые отнес к средствам обеспечения принципа гласности информирование граждан и юрлиц о подготавливаемых нормотворческими органами проектах НПА (абз. 2 п. 6 ст. 6 Закона № 130-З).
Примечание
В указанном случае речь идет об ознакомлении общественности не с готовыми проектами НПА (например, в ходе предусмотренного ст. 7 Закона № 130-З их публичного обсуждения), а именно с подготавливаемыми, т.е. предполагается освещение информации о самой работе над проектами НПА (ее отдельных этапах и результатах последних).
Экспертное мнение
Возможно, приведенные положения Закона № 130-З будут неукоснительно соблюдаться, особенно в отношении важных законопроектов, поскольку, например, в настоящее время юридическая общественность почти не имеет никакой информации о том, на каком этапе находятся работы по подготовке единого ГПК и проводятся ли такие работы вообще.
Несмотря на то что Закон № 130-З значительно усилил научную составляющую нормотворческой деятельности, определенный резерв для его совершенствования в этом направлении еще имеется. В частности, п. 1 ст. 42 Закона № 130-З прямо не называет ученых среди субъектов, которых нормотворческий орган вправе привлекать к подготовке проекта НПА, а только говорит о возможности привлечения специалистов заинтересованных госорганов и иных организаций.
Экспертное мнение
Полагаем, что под специалистами в таком случае подразумеваются не ученые, а компетентные работники (именно в этом значении употреблен термин «специалист») госорганов и организаций, чей профиль деятельности (интересы) тем или иным образом связан с предметом регулирования будущего НПА. Такой вывод подтверждает и содержание п. 4 ст. 42 Закона № 130-З, где указано, что названные специалисты при включении их в состав рабочей группы по подготовке проекта НПА являются представителями соответствующих органов (организаций) и обязаны согласовывать с руководителями этих органов (организаций) свою позицию и особое мнение (в то время как ученые выступают представителями науки и потому не могут понуждаться к согласованию своих научных точек зрения с кем-либо).
В пункте 1 ст. 42 Закона № 130-З следует непосредственно предусмотреть, что ученые могут привлекаться к подготовке проектов НПА, а в отношении отдельных видов НПА (например, законодательных актов) такое привлечение необходимо сделать обязательным. Согласно ч. 2 п. 2 ст. 42 Закона № 130-З в подготовке проекта НПА является обязательным участие юридической службы госоргана (организации), ответственного за подготовку проекта НПА. Под учеными понимаются физлица, имеющие ученую степень кандидата или доктора юридических наук, вне зависимости от их места работы и занимаемой должности. При этом привлечение ученых к участию в работе над проектом НПА должно происходить на добровольной основе и с соблюдением свободы высказываемых суждений (т.е. без обязанности согласовывать с кем-либо свою позицию или особое мнение). Реализация изложенного предложения позволит создать надежную гарантию соблюдения принципа научности нормотворческой деятельности, тем более что в абз. 2 п. 7 ст. 6 Закона № 130-З прямо указывается на привлечение ученых к разработке проектов НПА. К тому же без активной помощи со стороны ученых сложно будет справиться с изучением результатов научных исследований в области права (абз. 7 п. 5 ст. 42 Закона № 130-З).
В указанном направлении требуют совершенствования и некоторые другие нормы. На основании ч. 2 п. 2 ст. 45 Закона № 130-З к прогнозированию последствий принятия (издания) НПА могут привлекаться эксперты и специалисты, а также иные заинтересованные лица.
Экспертное мнение
Допустимо ли под указанными субъектами понимать ученых, остается неясным, особенно если учесть, что сочетание слов «эксперты и специалисты» несет в себе значительный судебно-процессуальный смысловой оттенок. Инструкция № 54 ясности в понимание приведенной нормы не привнесла, поскольку продублировала ее в полном объеме (п. 5 Инструкции № 54). Однако некоторые положения, направленные на реализацию принципа научности, Инструкция № 54 все-таки предусмотрела:
1) изучение предложений научных организаций (п. 8 Инструкции № 54);
2) получение необходимой информации из научных исследований, материалов научно-практических семинаров, конференций (абз. 6 п. 9 Инструкции № 54).
Полагаем, было бы более эффективно, если бы Инструкция № 54, как и ст. 45 Закона № 130-З, закрепляла возможность непосредственного привлечения ученых к прогнозированию последствий принятия (издания) НПА, в т.ч. путем включения их в состав рабочих групп, о которых упоминается в п. 8 Инструкции № 54.
Схожим образом обстоят дела и с регулированием участия ученых в правовом мониторинге. Например, ч. 2 п. 1 ст. 75 Закона № 130-З, предусматривая возможность создания рабочих групп, ничего не упоминает об их субъектном составе, а из всех мер научного характера указывает лишь на изучение предложений научных организаций. Более подробные указания на этот счет можно найти в Инструкции № 65. Так, Инструкция № 65 оговаривает проведение научно-практических семинаров, конференций, круглых столов (абз. 5 п. 10 Инструкции № 65), осуществление анализа результатов научных, в т.ч. сравнительно-правовых, исследований, материалов научно-практических семинаров, конференций, круглых столов (абз. 9, 10 п. 12 Инструкции № 65). В пункте 7 Инструкции № 65 закреплена также норма о возможности привлечения к правовому мониторингу представителей научных организаций. Однако ее положительный эффект нивелируется тем, что, во-первых, ученые работают не только в научных организациях, во-вторых, при участии в правовом мониторинге они должны выступать представителями науки, а не представителями той организации, в которой выполняют трудовую функцию и руководство которой может занимать конъюнктурную, расходящуюся с достижениями науки позицию.
Сохраняя преемственность с Законом № 361-З, Закон № 130-З также закрепил принцип системности и комплексности правового регулирования общественных отношений (абз. 9 п. 1, п. 9 ст. 6 Закона № 130-З). Проблема реализации этого принципа стала особенно актуальной применительно к нормотворчеству в области цивилистического процесса. Так, подготовка самостоятельного закона об исполнительном производстве предполагала принятие мер, направленных на изъятие из ГПК и ХПК норм, регламентирующих порядок исполнительного производства (кроме тех из них, что регулируют компетенцию суда в исполнительном производстве). Недостаток системности в осуществлении законодательных преобразований привел к тому, что значительное количество названных норм оказалось упущенным из виду и осталось в ГПК и ХПК в настоящее время. При замене в гражданском процессе кассации на апелляцию не была учтена потребность внесения одновременных корректировок в налоговое законодательство. Как следствие, в Налоговом кодексе на протяжении почти полугода продолжала действовать ставка госпошлины для кассационных жалоб, что исключало возможность взимания госпошлины по апелляционным жалобам.
Закон № 130-З сохранил проведение обязательной юридической экспертизы проектов некоторых НПА, а в отношении законопроектов увеличил количество юридических экспертиз (абз. 3–5 ч. 2 п. 1 ст. 47 Закона № 130-З).
Экспертное мнение
Возможно, такой подход позволит избежать недоработок в законопроектах. Например, в 2012 году Законом от 04.01.2012 № 337-З ч. 2 и 3 ст. 59 ГПК были изложены в новой, но полностью исключающей друг друга редакции: согласно ч. 2 ст. 59 ГПК права и интересы несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет защищают в суде их законные представители, в то время как по смыслу ч. 3 ст. 59 ГПК такие несовершеннолетние самостоятельно занимаются судебной защитой собственных прав. В 2016 году в ст. 1851 ГПК было скопировано нормативное правовое предписание ст. 1761 ХПК, что привело к закреплению в ГПК нормы об использовании видеоконференцсвязи в подготовительном судебном заседании, которое в гражданском процессе отсутствует, но есть в хозяйственном судопроизводстве.
Закон № 130-З, будучи своеобразной конституцией нормотворчества, по идее должен олицетворять собой эталон юридической техники. Вместе с тем поверхностное ознакомление с текстом Закона № 130-З показывает, что это не так. Например, ст. 15 Закона № 130-З называется «Нормативные правовые акты Президента Республики Беларусь», однако речь в ней идет и о распоряжениях Главы государства, которые, как следует из п. 4 ст. 15 Закона № 130-З, не всегда имеют нормативный характер. Нормативное правовое предписание ч. 6 п. 2 ст. 11 Закона № 130-З гласит, что документы, направленные нарочным (курьером), почтовым отправлением или с использованием иных средств связи до 24 ч последнего дня срока, считаются исполненными в срок. Вместе с тем с точки зрения русского языка более корректно было написать, что документы считаются направленными, а не исполненными в срок.
Вывод
Закон № 130-З содействует развитию в нормотворчестве таких начал, как научность, социально-экономическая обусловленность, гласность, системность регулирования и пр.
В свете указанных начал целесообразно переосмыслить уже осуществленные (отделение судебных исполнителей от судов и пр.) или только планируемые (разработка единого ГПК и др.) преобразования в области регулирования цивилистического процесса.
Статьи 42, 45, 75 Закона № 130-З, Инструкцию № 54, Инструкцию № 65 необходимо дополнить положениями о порядке и условиях привлечения ученых к участию в соответствующих нормотворческих мероприятиях, а в ч. 6 п. 2 ст. 11, ст. 15 Закона № 130-З устранить некоторые неточности.