Комментарий к Закону от 17.07.2020 № 45-З «Об изменении кодексов»: изменения, внесенные в Хозяйственный процессуальный кодекс. Часть 1
Читать «Комментарий к Закону от 17.07.2020 № 45-З «Об изменении кодексов»: изменения, внесенные в Хозяйственный процессуальный кодекс. Часть 2»
Материал подготовлен с использованием правовых актов по состоянию на 20 января 2021 г.
Описываются изменения, внесенные в Хозяйственный процессуальный кодекс на основании Закона от 17.07.2020 № 45-З «Об изменении кодексов» в части терминологии, вопросов уголовной ответственности участников судопроизводства, увеличения размера исковых требований, уплаты госпошлины.
ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ
● Хозяйственный процессуальный кодекс (далее – ХПК)
● Гражданский процессуальный кодекс (далее – ГПК)
● Уголовный кодекс (далее – УК)
● Налоговый кодекс (далее – НК)
● Закон от 17.07.2020 № 45-З «Об изменении кодексов» (далее – Закон № 45-З)
Закон № 45-З закрепил в ХПК новые подходы к фиксированию судебных процессов, подтверждению факта уплаты госпошлины, регламентировал ряд иных вопросов процессуального права. При этом положения Закона № 45-З требуют подробного рассмотрения и анализа не только ввиду своей новизны, но и потому, что некоторые из них имеют спорный характер, а отдельные из существующих проблем Закон № 45-З не решил.
Дефиниция краткого протокола и протокола
В связи с изменением правил фиксирования хода судебных процессов Закон № 45-З закрепил в абз. 6 ст. 1 ХПК дефиницию краткого протокола и протокола. В частности, указано, что краткий протокол, протокол – судебные документы, в которых с соблюдением порядка, установленного ХПК, фиксируются факт производства по экономическому делу, содержание и результаты процессуальных действий.
Указанное определение вызывает возражения по ряду причин.
Во-первых, приведенное нормативное правовое предписание относит краткий протокол и протокол к судебным документам. Сделано это было, очевидно, под влиянием аналогичной дефиниции, закрепленной Законом № 45-З в п. 6 ст. 1 ГПК, где краткий протокол, протокол также квалифицированы в качестве судебных документов. Но ГПК в отличие от ХПК разъясняет понятие судебных документов и четко отделяет эти документы от процессуальных документов.
Справочно
Судебными документами являются судебные постановления и протоколы, составляемые соответственно судом или секретарем судебного заседания (секретарем судебного заседания – помощником судьи) (ч. 5 ст. 108 ГПК).
В форму процессуальных документов облекаются заявления и ходатайства юридически заинтересованных в исходе дела лиц, предназначенные для передачи суду (ч. 4 ст. 108 ГПК).
В тексте ХПК также употребляются термины «судебные документы» (ч. 3 ст. 20 ХПК) и «процессуальные документы» (ч. 2 ст. 56-1, ч. 1 ст. 94, ч. 4 ст. 141, ст. 143 ХПК), однако смыслового единства в употребляемой терминологии нет. Например, в ч. 3 ст. 20, ст. 143 ХПК судебные и процессуальные документы рассматриваются законодателем как тождественные категории, обозначающие любые направляемые (вручаемые) судом участвующим в деле лицам документы, т.е. не только судебные постановления, но и судебные извещения, копии исковых материалов и пр. (понятие судебных документов в таком случае трактуется шире, чем в ч. 5 ст. 108 ГПК). В части 1 ст. 94 ХПК процессуальным документом названо заключение эксперта. В части 4 ст. 141 ХПК под процессуальными документами подразумеваются исковое заявление и приложенные к нему документы, а в ч. 2 ст. 56-1 ХПК – любые имеющиеся в деле письменные материалы.
Экспертное мнение
Поэтому, прежде чем относить в абз. 6 ст. 1 ХПК краткий протокол и протокол к той или иной разновидности документов, законодателю следовало упорядочить использование терминологии в ХПК: при сохранении в тексте ХПК обоих терминов – «судебные документы» и «процессуальные документы» – необходимо было четко разграничить их содержание (как это сделано в ГПК). В случае унификации терминологии следовало однозначно определить, каким единым термином подлежат обозначению все имеющие отношение к экономическому делу документы: термином «судебные документы» или термином «процессуальные документы».
Примечание
В научной доктрине достаточно давно все документы, образующиеся в ходе производства по судебному делу, принято называть процессуальными1. Эту традицию продолжают и современные специалисты даже в отношении выносимых по гражданским делам постановлений суда, которые ч. 5 ст. 108 ГПК требует именовать судебными документами2.
Во-вторых, согласно абз. 6 ст. 1 ХПК в кратком протоколе, протоколе фиксируются факт производства по экономическому делу, содержание и результаты процессуальных действий. Выражение «производство по экономическому делу» является таким широким по своему логическому объему, что охватывает все события (действия), происходящие с экономическим делом в суде, в т.ч. то, что указано в заключительной части дефиниции – «содержание и результаты процессуальных действий», что делает эту часть дефиниции фактически излишней. В действительности краткий протокол, протокол предусмотрены для фиксирования только строго определенной информации, имеющей отношение к экономическому делу.
Экспертное мнение
Целесообразно в абз. 6 ст. 1 ХПК было бы указать, что в кратком протоколе, протоколе фиксируется в случаях, предусмотренных ХПК, ход судебного заседания или ход отдельного процессуального действия вне судебного заседания.
В-третьих, абз. 6 ст. 1 ХПК закрепляет единую дефиницию для краткого протокола и протокола, фактически не разграничивая эти категории между собой. В то же время краткий протокол и протокол существенно отличаются друг от друга. Как следует из ст. 189 ХПК, краткий протокол – это документ, который составляется в соответствии с требованиями ч. 1, 3 ст. 189-1 ХПК при осуществлении звуко- или видеозаписи судебного заседания (отдельного процессуального действия), а протокол – это документ, который составляется в соответствии с требованиями ч. 2, 3 ст. 189-1 ХПК в случаях, когда звуко- или видеозапись судебного заседания (отдельного процессуального действия) не ведется.
Иные терминологические корректировки
Каких-либо других изменений в ст. 1 ХПК (помимо включения дефиниции краткого протокола, протокола) Законом № 45-З не внесено, несмотря на то, что объективная потребность в совершенствовании терминологического аппарата ХПК существует. Например, поскольку Закон № 45-З предусматривает использование средств видеозаписи для сплошного фиксирования хода судебных процессов, то в ст. 1 ХПК целесообразно было бы закрепить определение термина «видеозапись», в котором отразить, что видеозапись предполагает одновременное (синхронное) фиксирование информации как визуального, так и звукового характера.
ХПК неоднократно упоминает о применении в ходе осуществления процессуальных действий систем видеоконференцсвязи (ч. 3 ст. 83, ч. 6 ст. 170, ст. 176-1, абз. 6 ч. 1 ст. 189-1 ХПК), однако дефиниция термина «видеоконференцсвязь» в ст. 1 ХПК не закреплена, что порождает вопрос: видеоконференцсвязь предполагает использование любых интернет-технологий или только специальных программно-технических средств и защищенных сетей электросвязи судов?
В текст ХПК, в т.ч. в ст. 1 ХПК, следует ввести термин «СМС-сообщение». В настоящее время суды экономической юрисдикции, опираясь на ч. 2 ст. 140 ХПК, ч. 2 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда от 28.09.2017 № 9 «О принятии искового заявления (заявления, жалобы), возбуждении производства и подготовке экономических дел к судебному разбирательству», активно используют СМС-сообщения для целей направления извещений и вызовов участникам судопроизводства3. В связи с этим нелогичным видится отсутствие самого термина «СМС-сообщение» в ХПК.
Примечание от Нормативка.by
Для ознакомления с возможностями применения современных информационно-коммуникационных технологий для извещения (вызова) участников судебных процессов по гражданским и экономическим делам, а также проблемами, возникающими в этой сфере, рекомендуем использовать:
1) аналитический материал В.П. Скобелева «Извещение участников гражданских и экономических дел посредством современных информационных технологий. Часть 1»;
2) аналитический материал В.П. Скобелева «Извещение участников гражданских и экономических дел посредством современных информационных технологий. Часть 2».
Также решения требует еще одна насущная терминологическая проблема. Она связана с использованием по всему тексту ХПК фразы «суд, рассматривающий экономические дела». Указанное выражение появилось в ХПК в связи с реформой судоустройства 2014 года и возникшей потребностью исключить из ХПК все упоминания про хозяйственные суды. Законодатель заменил по всему тексту ХПК термин «хозяйственный суд» на «суд, рассматривающий экономические дела». Новый термин с юридической точки зрения является точным. Однако в силу своей громоздкости усложняет восприятие нормативного материала, особенно в случаях, когда названный термин сопровождается словом «рассмотрение» и становится тавтологическим выражением – «суд, рассматривающий экономические дела, рассматривает» (ч. 3 ст. 6, ч. 2, 3 ст. 9, ч. 2 ст. 10, ст. 11 ХПК и др.).
Экспертное мнение
Возникшая в 2014 году терминологическая проблема могла бы быть решена и подлежит решению в настоящее время следующим образом. В тексте ХПК необходимо использовать только термин «суд», а в ст. 1 ХПК разъяснить значение этого термина: «суд – рассматривающий экономические (хозяйственные) дела экономический суд области (города Минска), судебная коллегия по экономическим делам, Президиум и Пленум Верховного Суда Республики Беларусь». Для сравнения, абз. 16 ст. 1 ХПК имеет в настоящее время следующую редакцию: «суд, рассматривающий экономические дела, – Верховный Суд Республики Беларусь, экономические суды областей (города Минска)».
Вопросы уголовной ответственности участников судопроизводства
Закон № 45-З коснулся нормативных правовых предписаний ХПК, указывающих на несение уголовной ответственности за соответствующие действия переводчиками, экспертами и свидетелями. Например, сведения о предупреждении переводчика об уголовной ответственности за заведомо неправильный перевод, за отказ либо уклонение без уважительных причин от исполнения возложенных на него обязанностей, эксперта – об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта, за отказ либо уклонение без уважительных причин от исполнения возложенных на него обязанностей, свидетеля – об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, за отказ либо уклонение от дачи показаний отнесены к обязательным реквизитам краткого протокола (абз. 9 ч. 1 ст. 189-1 ХПК). Но большее внимание обращают на себя другие корректировки, связанные с указанными нормами, по причине своеобразной нормотворческой техники, примененной при подготовке Закона № 45-З.
Согласно ч. 6 ст. 72 ХПК, которая Законом № 45-З изложена в новой редакции, за дачу заведомо ложных показаний, за отказ либо уклонение от дачи показаний свидетель несет ответственность, установленную УК. Но если провести сравнение с ч. 6 ст. 72 ХПК (в ред. от 18.12.2019), то можно увидеть, что в ч. 6 ст. 72 ХПК по существу ничего не изменилось, имеет место лишь перестановка слов местами – указание на «дачу заведомо ложных показаний» помещается перед иными видами уголовно наказуемых деяний свидетеля.
Аналогичным корректировкам были подвергнуты и другие статьи ХПК. В части 7 ст. 74 ХПК суть изменений свелась лишь к помещению в начало фразы про «сделанный заведомо неправильный перевод», однако Законом № 45-З указанное нормативное правовое предписание было изложено в новой редакции, согласно которой за заведомо неправильный перевод, за отказ либо уклонение без уважительных причин от исполнения возложенных на него обязанностей переводчик несет ответственность, установленную УК.
В новой редакции изложен абз. 4 ч. 3 ст. 97 ХПК, где указано, что перед допросом суд предупреждает свидетеля об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, за отказ либо уклонение от дачи показаний. В прежней редакции речь шла о том же самом, при этом фраза «за дачу заведомо ложных показаний» находилась в конце нормы.
В новой редакции изложен абз. 9 ч. 2 ст. 176 ХПК о том, что судья или председательствующий предупреждает переводчика об ответственности за заведомо неправильный перевод, за отказ либо уклонение без уважительных причин от исполнения возложенных на него обязанностей; эксперта – за дачу заведомо ложного заключения, за отказ либо за уклонение без уважительных причин от исполнения возложенных на них обязанностей; свидетеля (непосредственно перед допросом) – за дачу заведомо ложных показаний, за отказ либо уклонение от дачи показаний. Однако новации заключаются только в том, что после предлога «об» было добавлено слово «уголовной», после слов «эксперта» и «допросом» – слова «об уголовной ответственности», после слова «заключения» – слово «эксперта», слово «них» заменено на «него», а в выражении «либо за уклонение» исключен предлог «за».
Экспертное мнение
В указанных случаях нормативные правовые предписания без достаточных на то оснований были изложены в новых редакциях. Фактически можно говорить о злоупотреблении разработчиками Закона № 45-З таким приемом нормотворческой техники.
При этом искусственное, надуманное (т.е. когда суть регулирования не претерпевает кардинальных или иных существенных изменений) изложение в новой редакции структурных элементов НПА ведет к ряду негативных последствий.
Во-первых, это провоцирует нормотворческие органы на упрощенный подход к изменению НПА: если нормативное правовое предписание можно изложить в новой редакции, то, получается, нет необходимости глубоко вникать в особенности ее содержания и задумываться над вопросом о необходимости новой редакции. Закономерно, что в результате такого подхода в новую редакцию нормативного правового предписания могут закрасться ошибки.
Полагаем, что в новой редакции ч. 6 ст. 72, ч. 7 ст. 74, абз. 4 ч. 3 ст. 97 ХПК неправильно была изменена последовательность перечисления уголовно наказуемых деяний свидетеля и переводчика, потому что в плане хронологии развития событий со стороны указанных субъектов процесса сначала может последовать именно отказ или уклонение от исполнения своих обязанностей и затем их ненадлежащее осуществление в виде заведомо ложных показаний или заведомо неправильного перевода.
Аналогичная ошибка была допущена при изложении Законом от 18.12.2019 № 281-З «О судебно-экспертной деятельности» в новой редакции ст. 70 ХПК. В части 7 ст. 70 ХПК говорится о несении экспертом уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения эксперта, а также за отказ либо уклонение без уважительных причин от исполнения возложенных на него обязанностей. В то же время в ч. 8 ст. 70 ХПК (в ред. от 17.07.2019) речь шла об ответственности за отказ либо уклонение без уважительных причин от исполнения возложенных на него обязанностей, а также за дачу заведомо ложного заключения.
Аналогичная неверная последовательность перечисления наказуемых согласно УК деяний переводчика, эксперта и свидетеля присутствовала также в абз. 9 ч. 2 ст. 176 ХПК (в ред. от 18.12.2019), и Закон № 45-З, излагая указанное положение в новой редакции, эту последовательность сохранил. Хотя абз. 9 ч. 2 ст. 176 ХПК если и стоило излагать в новой редакции, то для того, чтобы названную последовательность изменить, а не для целей осуществления тех преобразований, которым это положение было подвергнуто Законом № 45-З.
Во-вторых, искусственное придание новой редакции нормативному правовому предписанию (в т.ч. их совокупности), НПА создает обманчивое впечатление о большом объеме проделанной нормотворческим органом работы.
В-третьих, это дезориентирует правоприменителей – они закономерно полагают, что новая редакция нормативного правового предписания подразумевает кардинальное изменение подходов в правовом регулировании соответствующих вопросов, а потому стараются эти измененные подходы (даже если их нет) в новой редакции отыскать и отразить в правоприменительной практике.
Примечание
Нормативные правовые предписания, касающиеся уголовной ответственности переводчика, эксперта и свидетеля, не единственные в ХПК, которые в отсутствие на то объективной необходимости были искусственно изложены в новой редакции. Таким приемом нормотворческой техники разработчики Закона № 45-З злоупотребили и в иных случаях, когда для изменения правового регулирования достаточно было ограничиться внесением в статью (ее часть) ХПК отдельных изменений и (или) дополнений. В частности, это нормативные правовые предписания, регулирующие:
● права переводчика (ч. 5 ст. 74 ХПК);
● права понятого (ч. 2 ст. 75 ХПК);
● порядок подтверждения факта уплаты госпошлины по разным категориям дел и в различных судебных инстанциях (ч. 5 ст. 114, ч. 3 ст. 127, ч. 7 ст. 246, абз. 4 ч. 4 ст. 253, абз. 4 ч. 4 ст. 257, абз. 5 ч. 3 ст. 262-1, абз. 2 ч. 4 ст. 270, ч. 2 ст. 273, абз. 2 ч. 5 ст. 286, ч. 2 ст. 289, абз. 3 ч. 3 ст. 304 ХПК).
Увеличение размера исковых требований
Закон № 45-З закрепил в ч. 3 ст. 281 ГПК новое нормативное правовое предписание о том, что ходатайство об увеличении размера исковых требований должно быть оформлено в виде процессуального документа в соответствии со ст. 108–110 ГПК. Такая новелла поспособствует реализации принципов законности, диспозитивности, выяснения действительных обстоятельств дела, состязательности и равенства сторон, поскольку волеизъявление истца об увеличении исковых требований вместе с его обоснованием будет получать четкое, недвусмысленное закрепление на бумаге, что, с одной стороны, позволит ответчику хорошо ознакомиться с волеизъявлением и подготовить против него защиту, а с другой, мобилизует суд на то, чтобы не упустить волеизъявление из виду при разрешении спора.
В ХПК подобное правило Законом № 45-З включено не было, т.к. в ч. 3 ст. 127 ХПК на этот счет уже было предусмотрено, что к заявлению об увеличении размера исковых требований прилагается документ, подтверждающий уплату госпошлины.
Экспертное мнение
Однако подобного правила недостаточно для решения проблемы: присутствие в ч. 3 ст. 127 ХПК упоминания про заявление об увеличении размера исковых требований еще не означает того, что установлен запрет на выражение истцом (соответственно, на его принятие судом) волеизъявления об увеличении исковых требований в устной форме. В пользу такого вывода свидетельствует и тот факт, что анализируемое положение находится в главе ХПК, посвященной судебным расходам, а не в той структурной части ХПК, которая определяет формы выражения участвующими в деле лицами своих требований (ходатайств). Полагаем, что в ХПК нужно прямо закрепить нормативное правовое предписание, аналогичное ч. 3 ст. 281 ГПК.
Относительно рассматриваемого вопроса Законом № 45-З были произведены другие корректировки: в ч. 3 ст. 127 ХПК включена оговорка «за исключением случая, когда государственная пошлина уплачена посредством использования системы ЕРИП и учетный номер операции (транзакции) в едином расчетном и информационном пространстве указан в заявлении либо сообщен суду, рассматривающему экономические дела, иным способом при подаче заявления». Такое изменение логичное, возражения вызывает только нормотворческая техника, посредством которой оно было осуществлено, – ч. 3 ст. 127 ХПК была не дополнена указанной оговоркой, а изложена в новой редакции.
Экспертное мнение
Полагаем, что при увеличении истцом размера заявленных требований следует или откладывать судебное разбирательство, или объявлять перерыв в судебном заседании. Требуется это для того, чтобы предоставить ответчику возможность подготовиться к защите против исковых требований в увеличенной истцом части (имеется в виду ситуация, кода истец явился в судебное заседание с заранее составленным письменным заявлением об увеличении размера исковых требований и предварительно не представил его копию в распоряжение ответчика). Если же истец в судебном заседании делает заявление об увеличении размера требований в устной форме, то отложение разбирательства дела или объявление перерыва необходимо, чтобы истец свое заявление изложил в письменной форме, передал его копию ответчику, а также доплатил в необходимых случаях госпошлину.
Анализ ХПК показывает, что в настоящее время решение вопроса об отложении разбирательства дела (ч. 1 ст. 179 ХПК) или об объявлении перерыва в судебном заседании (ч. 1 ст. 186 ХПК) во многом зависит от усмотрения суда. Наряду с этим законодатель предусмотрел и конкретные ситуации, когда суд либо в безусловном порядке должен отложить разбирательство дела (ч. 3, 4 ст. 179 ХПК) или объявить перерыв в судебном заседании (ч. 5 ст. 173 ХПК), либо обязан обсудить этот вопрос (ч. 2 ст. 173, ч. 3 ст. 176-1, ч. 2, 5, 6 ст. 179, ч. 4 ст. 185, ч. 4 ст. 255, ч. 5 ст. 259 ХПК). Полагаем, что одной из таких законодательно регламентированных ситуаций должен стать случай увеличения истцом размера исковых требований в ходе судебного заседания.
Взимание госпошлины
Законом № 45-З исключена ч. 4 ст. 127 ХПК (в ред. от 18.12.2019), согласно которой при уменьшении цены иска уплаченная госпошлина не подлежит возврату. Нововведение направлено на приведение положений ХПК в соответствие с новой редакцией НК, подп. 3.2 п. 3 ст. 292 которого гласит, что плательщику производится частичный возврат или зачет уплаченной суммы госпошлины, если в процессе рассмотрения судом дела уменьшена цена иска, с которой была уплачена госпошлина. Предполагаем, что необходимые корректировки будут внесены и в постановление Пленума ВХС от 27.05.2011 № 8 «О некоторых вопросах применения хозяйственными судами законодательства о государственной пошлине», где воспроизводится прежнее правило ч. 4 ст. 127 ХПК (в ред. от 18.12.2019).
Также внесенные в ХПК Законом № 45-З изменения по вопросам взимания госпошлины направлены на имплементацию в ХПК положений ч. 4 п. 6 ст. 287 НК о том, что факт уплаты госпошлины посредством системы ЕРИП подтверждается наличием в системе ЕРИП информации, подтверждающей зачисление госпошлины. Плательщик обязан при обращении в орган, взимающий госпошлину, сообщить учетный номер операции (транзакции) в едином расчетном и информационном пространстве.
В связи с этим положения ХПК, обязывающие прилагать к подаваемым в суды заявлениям (жалобам, ходатайствам) документ, подтверждающий уплату госпошлины, были дополнены оговоркой о том, что такой документ представлять нет необходимости, если госпошлина уплачена посредством системы ЕРИП и учетный номер операции (транзакции) в едином расчетном и информационном пространстве указан в подаваемом заявлении (жалобе, ходатайстве) либо сообщен суду иным способом.
В частности, изменения коснулись нормативных правовых предписаний, которые требовали предъявления документа об уплате госпошлины при подаче в суд:
● ходатайства об обеспечении иска, рассматриваемого международным арбитражным (третейским) судом, третейским судом (ч. 5 ст. 114 ХПК);
● заявления об увеличении размера исковых требований (ч. 3 ст. 127 ХПК);
● информации о недостижении сторонами примирения в примирительной процедуре, если изначально госпошлина была уплачена в размере 50 % от необходимого размера в соответствии с подп. 2.2 п. 2 ст. 286 НК (абз. 16 ст. 151 ХПК);
● искового заявления (абз. 2 ч. 1 ст. 160 ХПК);
● ходатайства о рассмотрении дела в порядке искового производства после отказа суда в вынесении определения о судебном приказе (ч. 4 ст. 224 ХПК);
● заявлений о признании и приведении в исполнение решения иностранного суда или иностранного арбитражного решения (ч. 7 ст. 246 ХПК);
● ходатайства об отмене решения международного арбитражного (третейского) суда, третейского суда, иного постоянного арбитражного органа (абз. 4 ч. 4 ст. 253 ХПК);
● заявления о выдаче исполнительного документа на принудительное исполнение решения международного арбитражного (третейского) суда, третейского суда, иного постоянного арбитражного органа (абз. 4 ч. 4 ст. 257 ХПК);
● заявления о выдаче исполнительного документа на принудительное исполнение медиативного соглашения (абз. 5 ч. 3 ст. 262-1 ХПК);
● апелляционной жалобы (абз. 2 ч. 4 ст. 270, ч. 2 ст. 273 ХПК);
● кассационной жалобы (абз. 2 ч. 5 ст. 286, ч. 2 ст. 289 ХПК);
● жалобы в порядке надзора (абз. 3 ч. 3 ст. 304 ХПК).
По поводу указанных корректировок следует сделать несколько замечаний. Во-первых, все перечисленные нормативные правовые предписания были изложены законодателем в новых редакциях, хотя в большинстве случаев подобный прием нормотворческой техники был применен без достаточных к тому оснований. Например, в новой редакции абз. 3 ч. 3 ст. 304 ХПК прежняя часть нормы («документы, подтверждающие уплату государственной пошлины») была полностью сохранена, вся суть преобразований свелась лишь к дополнению нормы оговоркой «за исключением случая, когда государственная пошлина уплачена посредством использования системы ЕРИП и учетный номер операции (транзакции) в едином расчетном и информационном пространстве указан в жалобе либо сообщен суду, рассматривающему экономические дела, иным способом при подаче жалобы». Следовательно, абз. 3 ч. 3 ст. 304 ХПК нужно было не излагать полностью в новой редакции, а дополнить указанной оговоркой. Аналогичное следует указать и про ч. 5 ст. 114, ч. 3 ст. 127, ч. 7 ст. 246, абз. 4 ч. 4 ст. 253, абз. 4 ч. 4 ст. 257, абз. 5 ч. 3 ст. 262-1, абз. 2 ч. 4 ст. 270, ч. 2 ст. 273, абз. 2 ч. 5 ст. 286, ч. 2 ст. 289 ХПК.
Во-вторых, освободив участвующих в деле лиц от необходимости приложения к подаваемым в суды заявлениям (жалобам, ходатайствам) документа, подтверждающего уплату госпошлины, если она была уплачена через систему ЕРИП, законодатель не отнес к обязательным реквизитам соответствующих заявлений (жалоб, ходатайств) сведения об учетном номере операции (транзакции), связанной с уплатой госпошлины, в едином расчетном и информационном пространстве, а также не указал, что учетный номер операции (транзакции) должен быть сообщен суду иным способом, если этого номера нет в подаваемом в суд заявлении, жалобе или ходатайстве.
В результате возникает проблема, как должен поступить суд в ситуации, когда, например, истец написал в исковом заявлении, что госпошлина уплачена им посредством системы ЕРИП, но самого учетного номера операции (транзакции) в едином расчетном и информационном пространстве в исковом заявлении не указал или не сообщил суду этот учетный номер иным способом. Вероятно, исковое заявление нельзя оставлять без движения по мотиву неприложения к нему документа об уплате госпошлины, поскольку госпошлина была уплачена посредством системы ЕРИП. Этот вывод не столь однозначен. Путем анализа абз. 2 ч. 1 ст. 160 ХПК можно прийти и к следующему заключению: документ об уплате госпошлины допустимо не прилагать к исковому заявлению только в том случае, если суду сообщается (любым способом) информация об учетном номере операции (транзакции) в едином расчетном и информационном пространстве.
В то же время исковое заявление невозможно оставить без движения и по тому основанию, что в нем не указан учетный номер операции (транзакции), связанной с уплатой госпошлины, т.к. подобного реквизита ст. 159 ХПК не закрепляет. Аналогичные проблемы могут возникать и по поводу других заявлений (жалоб, ходатайств), подаваемых в суды первой инстанции, а также апелляционных, кассационных жалоб и жалоб в порядке надзора.
В-третьих, сходную проблему способна спровоцировать и новая редакция ч. 4 ст. 224 ХПК. Ранее ч. 4 ст. 224 ХПК (в ред. от 18.12.2019) закрепляла два условия для рассмотрения дела по общим правилам искового производства в случае отказа взыскателю в вынесении определения о судебном приказе: если в 15-дневный срок после направления определения об отказе в вынесении определения о судебном приказе от взыскателя поступят документы, подтверждающие уплату госпошлины в порядке и размере, установленных при подаче искового заявления, и ходатайство о рассмотрении дела в порядке искового производства.
В настоящее время в ч. 4 ст. 224 ХПК из двух указанных условий осталось одно – суд рассматривает дело по общим правилам искового производства, если в 15-дневный срок после направления определения об отказе в вынесении определения о судебном приказе от взыскателя поступит ходатайство о рассмотрении дела в порядке искового производства. Что касается условия, связанного с уплатой госпошлины, то на этот счет в ч. 4 ст. 224 ХПК указано, что к ходатайству прилагается документ, подтверждающий уплату госпошлины в порядке и размере, установленных при подаче искового заявления, за исключением случая, когда госпошлина уплачена посредством использования системы ЕРИП и учетный номер операции (транзакции) в едином расчетном и информационном пространстве указан в ходатайстве либо сообщен суду, рассматривающему экономические дела, иным способом при подаче ходатайства. Возникает вопрос: как поступить суду, если ходатайство о рассмотрении дела в порядке искового производства от взыскателя поступило, но факт уплаты им госпошлины не подтвержден?
В-четвертых, не в лучшую сторону изменилось регулирование и в новой редакции абз. 16 ст. 151 ХПК. Теперь в случае недостижения сторонами примирения в примирительной процедуре и доплаты госпошлины посредством системы ЕРИП истец должен в заявлении указывать учетный номер операции (транзакции) в едином расчетном и информационном пространстве или сообщать суду учетный номер операции (транзакции) иным способом при подаче такого заявления. Однако положения ХПК не требуют от истца обязательной подачи суду какого-либо заявления при недостижении сторонами примирения в примирительной процедуре. Не упоминает о таком заявлении и постановление Пленума Верховного Суда от 29.06.2016 № 3 «О примирении сторон при рассмотрении судами гражданских и экономических споров». Из части 1 ст. 157 ХПК следует, что в случае недостижения сторонами примирения примирительная процедура завершается по заявлению одной или обеих сторон, по уведомлению примирителя либо по истечении срока примирительной процедуры.
Библиография
1. Ванеева, Л.А. Реализация конституционного права граждан СССР на судебную защиту в гражданском судопроизводстве / Л.А. Ванеева. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 1988. – С. 72.
Осокина, Г.Л. Гражданский процесс. Общая часть: учеб. пособие / Г.Л. Осокина. – М.: Юристъ, 2004. – С. 100.
2. Любецкая, С. Актуальные вопросы подготовки гражданских дел к судебному разбирательству / С. Любецкая // Судовы веснiк. – 2017. – № 3. – С. 64, 66, 67.
Хотько, Е. Мировое соглашение в гражданском процессе: теоретический и практический аспекты / Е. Хотько // Судовы веснiк. – 2015. – № 4. – С. 33.
3. Колесникова, Л. Об актуальных вопросах принятия искового заявления (заявления, жалобы) и подготовки экономических дел к судебному разбирательству / Л. Колесникова // Судовы веснiк. ‒ 2017. ‒ № 4. ‒ С. 24.
